Одна и без Европы. Олег Игнатов

Дата публикации: 07 Сентябрь 2016, 15:42

6 сентября президент Петр Порошенко зачитал в Верховной Раде ежегодное обращение. По сравнению с аналогичным выступлением 2015 года, в риторике главы украинского государства заметно вырос пессимизм относительно дальнейших перспектив поддержки Киева со стороны Запада.

Одна и без Европы

Главным лейтмотивом речи стало признание неизбежности опоры на собственные силы в условиях все более ухудшающегося для Украины внешнеполитического климата. Порошенко объяснил депутатам, что в 2017 году решать проблемы Украины, скорее всего, придется самой Украине и что мотивировать Запад в новых обстоятельствах будет все сложнее. Киев может столкнуться в будущем, если не с прекращением политической поддержки со стороны Европы, то с ее коренным пересмотром. Более того, пожалуй, впервые глава государства произнес слова, в которых звучала явная обида на европейские страны.

Если в обращении 2015 года Порошенко рассказывал о настоящей демонстрации «твердой и всесторонней поддержки Украины со стороны всего мира» и «поразительной солидарности мира с Украиной», то в последнем обращении фактически призвал элиту готовиться к тому, что в 2017 году Украина в Европе может потерять самых сильных союзников и оказаться наедине с недружественным окружением. «В течение ближайшего года в ряде европейских стран в результате выборов к власти могут прийти если и не крайние, то такие политические силы, которые склонны к компромиссам с Кремлем, а лучшей политикой по агрессора считают умиротворение», — констатировал он.

Столь негативные высказывания, сравнивающие текущую политику Европы с политикой умиротворения накануне Второй мировой войны и напоминающие о Мюнхенском сговоре, не редко можно услышать от других украинских политиков и экспертов, но не от президента. Такая резкая смена тона означает, что Порошенко видит для себя риски сценария, когда Европа захочет «сдать» Украину в обмен на перезагрузку отношений с Россией, как очень высокие. При этом вряд ли здесь речь идет о рациональном расчете всех последствий смены власти в тех или иных европейских странах и о серьезной подготовке к ним. Скорее, пока это эмоциональная реакция на неизвестное.

Так, Порошенко сообщил, что сейчас даже в обороне Украина «должна опираться сама на себя — на свою армию, на собственный ВПК», что в НАТО «нет консенсуса относительно членства Украины» и что двери в альянс «могут и закрыться при слишком резком приближении». Даже летальное оружие Киев будет вынужден просить у Запада только в случае «полномасштабного вторжения России».

В этих условиях задачи для украинской дипломатии «обеспечивать единую европейскую позицию по санкциям и других форм давления на Российскую Федерацию» значительно усложнятся. В целом украинский президент говорил, что во внешней политике от Киева в будущем потребуется большей взвешенности и просчитанности каждого шага.

Вместе с тем, несмотря на пессимистичный тон, Порошенко попытался показать, что он по-прежнему способен влиять на политику своих союзников — если не Европы, то Соединенных Штатов. «Нарушение Россией прав человека на оккупированных территориях, в том числе и в отношении крымских татар, требует введения дополнительных секторальных санкций. Думаю, не был бы лишним осовремененный диалог для того, чтобы принять аналог поправки Джексона-Вэника», — сказал президент. Он не стал пояснять смысл своего высказывания, однако очевидно, речь идет о предложении Конгрессу США закрепить секторальные санкции на постоянной основе в виде отдельного закона, как это было в период Холодной войны, и увязать их с украинскими условиями завершения конфликта с Россией.

Учитывая уровень отношений России и США, такого развития событий в будущем действительно исключать нельзя. Однако понятно, что у Киева сейчас нет подготовленной инициативы, как и подходящих лоббистских возможностей. Украинскому президенту лишь требуется вбросить новую тему, говорящую о продолжении его поддержки на Западе и одновременно рассчитанную сугубо на внутреннюю аудиторию.

Во внешней политике только позицию по Минским соглашения украинский президент решил записать себе в актив. Он заявил, что «мы убедили наших западных союзников и партнеров в том, что любым шагам политического урегулирования должен предшествовать очевидный и безоговорочный прогресс в вопросах безопасности: стойкое прекращение огня, вывод российских войск и техники с оккупированной территории, разоружение боевиков и восстановление нашего контроля за нашей границей».

Тем самым Порошенко убеждает украинскую аудиторию в том, что сумел навязать Германии, Франции и США свою интерпретацию Минских соглашений, которые, как известно, предполагают совсем другую последовательность действий в рамках политического процесса. О том, произойдет ли это в действительности, покажет время. Пока лишь можно констатировать, что среди западных союзников Киева публично никто не доволен ходом мирных переговоров, в том числе и той ролью, которую в них играет Украина.

Обращает на себя внимание и тот факт, что в этом контексте Порошенко приписал себе в качестве заслуги провал Конституционной реформы – одного из ключевых своих предвыборных обещаний. В июне 2015 года президент выражал надежду, что реформа будет принята к осени, а именно, что «децентрализация может стать реальностью уже после осенних выборов органов местной власти и местного самоуправления». Сейчас он заявил с явным удовлетворением, что «второго чтения Конституционного изменений, призрак которых постоянно блуждал этим залом, не произошло … и не произойдет, пока не выполнят соответствующие требования». По словам Порошенко, Украина не позволит России «инфильтрировать» Донбасс на своих условиях.

То есть, учитывая все выше сказанное о перспективах 2017 года, выполнять Минские соглашения Украина не планирует, даже в том случае, если останется без прежней поддержки со стороны Запада.

Олег Игнатов

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
eurosoiuz_bfb6


bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1