Смена элит в Средней Азии: чего ждать русским

Дата публикации: 04 Сентябрь 2016, 11:00

Исламисты попытаются использовать уход Каримова в своих интересах

Узбекистан

Смерть президента Узбекистана Ислама Каримова, как видно, по соцсетям, не на шутку встревожила русское население Узбекистана и вообще всех республик Средней Азии. Ясно, что республики эти, как сообщающиеся сосуды, поскольку границы между ними, по-прежнему, довольно прозрачны.

Русских беспокоит, не станет ли уход Каримова поводом для исламистов раскачать ситуацию не только в Узбекистане, но и вообще в Средней Азии. Напомним, что и в других республиках президенты находятся в довольно преклонном возрасте.

Согласно данным последних переписей, людей, относящих себя к русским, в Средней Азии проживает около 5 миллионов. Ещё примерно столько же — русскоязычных других национальностей.

Самым «русским» в регионе продолжает оставаться Казахстан. Здесь в начале 2015 года проживало 3 млн. 600 тысяч русских. На их долю приходится 21% населения республики, а вместе с украинцами и белорусами — почти четверть (23%). Резко упала численность русских в Киргизии. Но и тут она составляет порядка 350 тысяч человек. Это почти 9% населения республики.

А вот в Узбекистане перепись населения после распада СССР ни разу не проводилась. Поэтому можно, опираясь на расчёты демографов, лишь сделать приблизительную оценку русского населения в республике — 500 тысяч человек.

Есть еще Таджикистан и Туркмения.

В общей сложности — это миллионы и миллионы человек. Затронет ли их судьбу начавшийся в регионе процесс смены элит? И что может сделать Россия, чтобы не пришлось принимать у себя сотни тысяч новых беженцев?

— Смена элит тревожит русских в Средней Азии, поскольку они уже не раз сталкивались с недружественным к себе отношением, особенно в начале постсоветского периода, — говорит преподаватель факультета гуманитарных наук ВШЭ, специалист по Средней Азии Григорий Лукьянов. — После распада СССР прошло четверть века. За это время численность русских общин в среднеазиатских государствах резко сократилась. А те, кто остались, по большей части интегрированы в жизнь новых государств. Установлены профессиональные и деловые связи между русскими и другими этническими группами в этих странах.

Существует определённая угроза безопасности русским в Киргизии. Главная причина — в республике слабы государственные институты. И каждый всплеск нестабильности в этой стране сопровождался погромами кварталов с русским населением. Так было в 2004 и 2010 годах. Одна из причин была в том, что именно русская этническая группа довольно обеспечена в материальном плане на фоне бедности большинства населения.

Что касается Узбекистана, то следует отметить, что главное достижение Каримова — создание мощных государственных институтов. Система, созданная им, позволяет контролировать государство с самым многочисленным в регионе населением. В этих условиях русские чувствовали себя достаточно уверенно. В большинстве своём — это люди с хорошим образованием, получить которое далеко не каждый в республике может себе позволить. В различных профессиональных сферах это специалисты, которых в Узбекистане просто некем заменить. В частности, русские занимают сегмент сферы безопасности. Не секрет, что в рядах Службы национальной безопасности Узбекистана большое количество этнических русских и украинцев. Они остались в регионе после распада СССР и благодаря профессиональным навыкам живут вполне обеспеченной жизнью.

Русскому населению в Узбекистане может угрожать только большая гражданская война, способная расколоть данное общество. Я угрозы такой войны не вижу. Связано это с тем, что социальные опоры той государственной системы, которую создал Каримов, расшатать довольно сложно. Инструменты, обеспечивающие контроль над ситуацией в стране, будут продолжать функционировать, как и при Каримове. Нет серьёзных оснований предполагать, что в переходный период возникнут проблемы с безопасностью. А это значит, что и русские в Узбекистане могут чувствовать себя спокойно.

— А какова ситуация в других регионах?

— Как я уже сказал, наиболее напряжённая ситуация с правами русских в Киргизии. Это во многом объясняется отсутствием там авторитарного режима.

Россия должна сделать всё, чтобы на ментальном уровне не потерять Среднюю Азию. Расширить квоты для молодёжи из этих республик в наших ВУЗах. Русские школы и университеты в этом регионе должны всячески поддерживаться Россией. А для того, чтобы представители титульных этносов республик не забывали русского языка, надо поддерживать информационные сети на русском языке — в первую очередь следить, чтобы сохранялось вещание российских телеканалов, а, кроме того, был доступ к российскому сегменту интернета. Причём важно, чтобы это были такие СМИ, которые, затрагивая важные для жителей Средней Азии вопросы, доносили и российскую точку зрения на те или иные проблемы.

Большое значение в отношениях со среднеазиатскими республиками всегда играл вопрос миграции. За счёт упорядочения миграции представителей титульных этносов в Россию, можно было бы гарантировать безопасность славянского населения в Средней Азии. Впрочем, Россия уже использовала этот фактор на протяжении последних двух десятилетий и делала это достаточно эффективно.

Нам надо и дальше поддерживать существующие в республиках режимы, поскольку они являются гарантами безопасности русского населения.

 — Однако Восток дело не только тонкое, но порой и непредсказуемое. Режимы среднеазиатских республик иногда ведут себя далеко не дружественно по отношению к русскому населению. Пример — Туркмения, где некоторое время было запрещено даже выписывать газеты и журналы на русском языке. Вопрос как раз в том, не получится ли, что на смену людям, ориентированным на сотрудничество с Россией, во власти могут оказаться сторонники, к примеру, исламизации Средней Азии?

— Туркмения — особый случай. Российское руководство закрывало глаза на ущемление русскоязычных в республике в период, когда «Газпром» в больших объёмах закупал в этой республике газ, который потом перепродавал в Европу.

Россия всегда балансировала между двумя приоритетами. Мы хотим поддерживать экономические связи с республиками Средней Азии. Об этом говорит и наше активное участие в Шанхайской организации сотрудничества. С другой стороны, нам необходимо всячески поддерживать русских и русскоязычных в этих республиках, что не всегда просто в рамках политической ситуации. Поэтому российской дипломатии всегда приходится искать некий баланс между этими двумя основами наших взаимоотношений.

Кроме того, мы должны разделить население славянское и население титульное, которое, тем не менее, говорит на русском языке, сохраняет ориентацию на Русский мир. Эту часть населения России необходимо также поддерживать. Поскольку она при любом режиме будет оставаться инструментом для влияния на среднеазиатские республики.

— Насколько серьёзно может встать проблема радикального исламизма в условиях смены элит в Средней Азии?

— Повторяю, пока предпосылок для смены элит в том же Узбекистане нет. Кто бы ни пришёл на смену Исламу Каримову — это будет человек из того же режима и той государственной системы, которая сейчас функционирует в Узбекистане. Оппозиционная фигура никак не может сегодня претендовать на власть в стране. Демократическая оппозиция практически не имеет влияния в самом Узбекистане. Она популярна только среди части представителей зарубежных диаспор. Исламисты также не имеют доступа ни к власти, ни к силовым структурам, ни к рычагам влияния на экономику. Схожая ситуация и в Казахстане, где сохраняется наибольшая русская община.

Да, Ислам Каримов — фигура мощнейшая. Его уходом могут захотеть воспользоваться исламисты самых разных мастей. Существует Исламское движение Узбекистана*. Но его основные силы располагаются либо в Пакистане, либо на территории «Исламского государства”**. Чтобы перебросить какие-то силы в Узбекистан, нужно время. К тому же это сделать довольно сложно, поскольку, как я упоминал, Служба национальной безопасности Узбекистана работает достаточно профессионально. Скорей всего, радикальный исламизм станет в Узбекистане тем жупелом, которым будут пугать население для того, чтобы оно сильнее сплотилось вокруг существующего режима и проголосовало за того кандидата в президенты, которого этот режим выдвинет.

— С момента первых сообщений о смерти Керимова, официальный Ташкент воздерживается от каких-либо комментариев, а высокие чиновники, как водится, занялись дележом портфелей, — говорит политолог, кандидат исторических наук, научный сотрудник ИМЭМО РАН Антон Бредихин. — Скоро страна получит нового руководителя и новое правительство, которое, скорее всего, изменит курс страны — как внешнеполитический, так и внутренний. Не обойдёт этот процесс и русских Узбекистана. Да, их с момента массового исхода 90-х осталось немного, но все же речь идёт о сотнях тысяч человек. Для России именно они являются неформальной «мягкой силой», проводником её идей и интересов. Поддержка их входит в число стратегических интересов страны. Москва не может оставаться в стороне от процесса смены элит в Узбекистане, который граничит с нашим Евразийским экономическим союзом.

И потому просто обязана оказать поддержку силам, способствующим не только стабилизации политического поля Узбекистана, но и способным привести его в ЕАЭС. То есть я бы не ждал только отрицательных последствий от ухода Каримова для положения русских в Узбекистане и вообще в Средней Азии. Если Россия правильно поведёт себя в данной ситуации, мы можем получить более лояльный для себя режим в Узбекистане.

*4 февраля 2003 года Верховный суд РФ признал организацию террористической и запретил её деятельность на территории России.

** «Исламское государство» (ИГ) решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 года было признано террористической организацией, его деятельность на территории России запрещена.

Алексей Верхоянцев

Метки по теме: ; ; ;

uz


bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1