Для борьбы с террористами в Сирии американцы не нужны. Ч.2. Андрей Арешев

   Дата публикации: 15 августа 2016, 15:46

Окончание. Начало

«Гуманитарная» риторика как средство поддержки боевиков. Уверенность Анкары в целесообразности ставки на боевиков проверяется на прочность

Российская гумпомощь в Сирии

Активизировавшиеся боевые действия могут стать отправной точкой для дальнейшей напряжённости после предстоящих в США в ноябре президентских выборов. Разумеется, возможные успехи террористов вокруг Алеппо не останутся без ответа со стороны просирийских сил. Это, в свою очередь, послужит поводом для раскручивания очередной спирали противостояния под прикрытием псевдо-«гуманитарной риторики».

Как это в очередной раз происходит, мы можем наблюдать уже сейчас. Странная инициатива ооновских чиновников Якуба Хеллу и Кевин Кеннеди, настаивающих на введении безотлагательной 48-часовой гуманитарной паузы, на поверку может оказаться не такой уж странной. Особенно если принять во внимание информацию некоторых источников о наличии среди заблокированных в Алеппо боевиков западных и саудовских инструкторов.

По словам руководителя российского бюро Ливанской коммуникационной группы и телевизионного канала «Аль-Манар» Ахмада Хаж Али, «судьба Сирии и всего региона решается в Алеппо. Сирийская армия и друзья сирийской армии воюют не только с вооружёнными террористическими группировками, они воюют в Алеппо с великими державами (выделено нами – Авт.)… солдаты и офицеры ВКС России и сирийской армии почувствовали во время боёв, что за террористическими группировками точно стоит кто-то из великих держав. Ими дирижируют, их контролируют, у них есть командные пункты в Турции, в Иордании, в других местах…».

И та ярость, с которой боевики пытались деблокировать свою группировку в Восточном Алеппо, может свидетельствовать о стремлении скрыть очередное яркое свидетельство внешнего (включая американских спецназовцев) участия в сирийском вооружённом конфликте. И вот теперь и ООН им, как говорится, в помощь. Кстати, обращает на себя внимание аргументация вышеупомянутых господ, в ангажированности которых сомневаться не приходится: «ООН срочно призывает к гуманитарной паузе в боях в Алеппо, которая позволит провести ремонт систем электроснабжения и водопровода, а также оказать гуманитарную помощь нуждающимся… Когда к блокадной тактике прибегают преднамеренно с целью лишить людей еды и других, необходимых для выживания, припасов, это считается военным преступлением».

Деятели из ООН (преимущественно с американской, британской либо французской припиской), демонстративно не замечающие организованных Москвой и Дамаском гуманитарных коридоров, де-факто подыгрывают террористам, стремящимся к тому, чтобы как можно дольше удерживать людей в качестве «живого щита» (1). Не исключены также дальнейшие попытки организовать безопасные для террористов убежища под видом «бесполётных зон». В этом же ключе следует рассматривать предложение министра иностранных дел Германии об организации над Алеппо некоего «воздушного моста», якобы для доставки мирным жителям медикаментов и прочего. В условиях продолжающихся боевых действий, массовой гибели мирных граждан от обстрелов боевиков, отказывающихся складывать оружие, подобного рода «инициативы» выглядят, по меньшей мере, абсурдно.

Специальному посланнику ООН по Сирии Стаффану де Мистуре и его старшему советнику Яну Эгеланну нужно по 48 часов «перемирия» каждую неделю. Фото AP

Любые, а особенно длительные псевдо-«гуманитарные паузы» идут на пользу террористам, позволяя им отдохнуть и проводить (вполне возможно, под руководством западных советников) локальные перегруппировки. Вопросы помощи мирному населению могут и должны решаться исключительно в рамках гуманитарной операции, объявленной Москвой и Дамаском. Сотрудники ООН могли бы работать в лагерях для беженцев и сопровождать гуманитарные конвои, однако попытки оказания ими политико-дипломатического влияния на ход контртеррористической операции в Алеппо во внимание приниматься не должны.

12 августа очередной гуманитарный конвой доставил в Алеппо около 800 тонн грузов: в основном это различные продовольственные товары, питьевая вода, школьные принадлежности, средства гигиены и бытовая химия. Колонна большегрузов формируется в пригороде у поселка Хандрат, где создан специальный пункт сбора. Международные организации и частные лица доставляют сюда продукты и питьевую воду для жителей города. «Дорога жизни» приводит колонну на блок-пост, откуда после проверки грузовики развозят помощь по центрам временного размещения беженцев. Вместе с тем, в российском МИДе не оставили без внимания пропагандистскую кампанию в западных СМИ, которые, претендуя «на объективность и непредвзятость, занимаются откровенными спекуляциями, оперируя непроверенными данными, взятыми из сомнительных источников. Сыплются обвинения в эскалации насилия в адрес либо сирийских военных, либо российских ВКС, участвующих в антитеррористической борьбе в Сирии… Параллельно активно раскручивается тема гуманитарной катастрофы. Правда, при этом умалчивается тот факт, что в том числе и при российском содействии в Алеппо проводится масштабная гуманитарная операция».

Вообще, политико-дипломатическая, гуманитарная и военная фаза операций российских ВКС в Сирии теснейшим образом переплетены, более того, они не могут рассматриваться в отрыве друг от друга. 9 августа Президент России внёс в Госдуму проект ратификации соглашения, предусматривающего размещение на территории Сирии авиационной группы Вооруженных Сил России. Само соглашение с Сирией было подписано ещё год назад — в августе 2015 года. Российское руководство намерено сделать военное присутствие в Сирии постоянным и стратегическим, что расширяет возможности оперативных действий отечественных систем вооружений на южном направлении.

В частности, Россия имеет право ввозить в Сирию и вывозить из нее без каких-либо сборов и пошлин любое вооружение, боеприпасы, оборудование и материалы, а личный состав российской авиационной группы не подлежит досмотру пограничными и таможенными органами Сирии, обретая де-факто статус дипломатической миссии. И это полностью оправдано: в боевой обстановке крайне важно действовать без проволочек.

Хмеймим будет расширяться, а количество техники на нём – увеличиваться. В планах – создание условий для базирования тяжёлой и транспортной авиации, новые авиаполосы и стоянки для техники, новое радиотехническое оборудование. Также будут построены либо модернизированы многие стационарные объекты, оборудованы позиции для ЗРК «Панцирь», защищающих аэродром от возможных атак. Помимо Хмеймима, российская сторона использует возможности пункта морского базирования в Тартусе, аэродромы подскока Шейрат и Тияс в Хомсе, пункты базирования на аэродроме Квейрис и в аэропорту Камышлы на севере Сирии. Будущее российской военной инфраструктуры в Сирии и её возможное дальнейшее расширение зависит от условий обстановки и времени завершения боевых действий. Даже если придется расширить рамки операции ВКС (или иметь в виду необходимость наземных действий), соглашение придаст российским действиям безусловную легитимность.

К сожалению, вооруженная борьба с террористами (а особенно с такими «партнёрами», как наши западные) может продлиться месяцы и годы. Российский воинский контингент в впредь будет поддерживать высокую боеготовность в порту Тартус, на авиабазе Хмеймим, а возможно, и не только там. При этом, подчеркнём ещё раз, в отличие от американцев или британцев, Россия действует на Ближнем Востоке в полном соответствии с международными договорно-правовыми нормами.

Что же касается так называемой проамериканской «антитеррористической коалиции», в распоряжении которой находится как минимум пять современных военно-воздушных баз и много чего ещё, то для борьбы с террористами в Сирии Москве она вовсе не нужна, ибо её действия де-факто направлены на поддержку тех, с кем она на уровне лозунгов вроде бы призвана бороться.  Вашингтон является не просто лидером так называемой «коалиции» – при его непосредственном участии координируются и управляются действия орудующих по всей Сирии террористических группировок.

Если говорить о широко рекламируемых операциях якобы против «ИГ» (запрещенная в РФ террористическая группировка) – таких, например, как многомесячный шум вокруг Манбиджа – то они, как и многомесячные вялые бомбардировки пустынных местностей, вряд ли приводят к сколь-нибудь серьёзным потерям среди террористов. Между тем, как показал опыт сирийской военной кампании, Вооруженные Силы России, если им не мешать, прекрасно справляются с задачами антитеррористической борьбы. Однако мешать, к сожалению, будут: например, некоторые успешные операции боевиков против российских военных могут объясняться действиями технологически оснащённой американской разведки с последующей передачей полученных данных террористам. По информации агентства Fars, боевики засевшей в Алеппо коалиции террористических группировок «Джейш аль-Фатх» получают разведданные с американских кораблей в Средиземном море.

В настоящее время у российской стороны есть все необходимое для уничтожения террористов в Сирии – военная мощь, полная международно-правовая легитимность и поддержка таких влиятельных государств региона, как Иран и даже Израиль. Министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу заявил о стремлении координировать с Москвой действия против запрещённого в России террористического «Исламского государства», добавив, что это не означает совместных ударов по боевикам. В заявлении Чавушоглу сквозит намерение нацелить Москву исключительно против «ИГ», что может означать попытку отвлечения внимания от других, как минимум не менее опасных группировок, среди которых немало протурецких. Не исключено также, что Турция стремится к возобновлению полётов своей авиации над северными районами Сирии, которые были прекращены по мере развёртывания российских ракетно-зенитных систем С-400. Не менее важное значение имеет прекращение деятельности трансграничных «гуманитарных» организаций, собирающих по всему миру деньги, оружие наёмников для сирийских боевиков.

Тем не менее, хотя бы частичное налаживание диалога с Турцией, в случае эффективной работы сформированной по итогам визита Эрдогана в Москву двусторонней комиссии по Сирии, позволило бы закрыть Латакию, Идлиб и Алеппо для проникновения террористических банд с севера. Правда, пока неизвестно, как скоро это произойдёт и произойдёт ли вообще: не исключено, что турецкий лидер просто не смог представить успехи боевиков в Алеппо в качестве козыря на переговорах в Санкт-Петербурге: обстреливаемый с юга, с севера и с воздуха «коридор» в квартале Рамусие если и является «достижением», то весьма сомнительным, хотя бы потому что он был пробит ценой значительных жертв, а главное – рано или поздно будет отвоёван сирийской армией. Как и остальные территории, остающиеся под временной террористической оккупацией, включая северо-западную Латакию, где сирийской армии удалось заметно продвинуться (2).

Удалось также отбить очередную атаку «ИГ» на Пальмиру, в значительной степени – благодаря усилиям ВКС России. По сообщению Минобороны России, 14 августа 2016 года шесть дальних бомбардировщиков Ту-22М3, взлетевшие с аэродрома базирования на территории РФ, нанесли сосредоточенный удар осколочно-фугасными боеприпасами по объектам террористической группировки «Исламское государство» в районах юго-западнее, восточнее и северо-восточнее города Дейр-эз-Зор». Истребительно-авиационное прикрытие бомбардировщиков осуществлялось самолетами Су-30СМ и Су-35С.

Россия тесно взаимодействуют по линии военных ведомств в рамках урегулирования в Сирии с Ираном, заявил посол РФ в Тегеране Леван Джагарян: «Россия и Иран довольно активно взаимодействуют по сирийской проблематике. Наши страны являются членами Международной группы поддержки Сирии (МГПС), в рамках которой у нас установились доверительные контакты с иранскими партнерами. Кроме того, на регулярной основе на уровне заммининдел двух стран проходят двусторонние консультации по Ближнему Востоку, где одно из центральных мест занимает именно ситуация в Сирии. Вся эта работа показывает, что подходы Москвы и Тегерана по Сирии достаточно близки». Москва и Тегеран заинтересованы в скорейшем прекращении вооруженного конфликта в Сирии и уничтожении в стране террористических группировок. После того, как в Тегеране призвали Анкару пересмотреть деструктивную позицию по Сирии, министры иностранных дел Ирана и Турции провели двусторонние переговоры, выразив надежду на сближение подходов. 13 августа министр иностранных дел Ирана Мохаммад Джавад Зариф предложил организовать трехстороннюю встречу Турции, России и Ирана для обсуждения путей выхода из сирийского кризиса.

Так или иначе, с Турцией или всё-таки без неё, но на Ближнем Востоке сформирована и всё более эффективно действует, с активным участием российских Вооружённых Сил, подлинная антитеррористическая коалиция, без лицемерия, «ножей в спину» и двойных стандартов.

Андрей Арешев


Примечания:

1) В квартале Карьят-эль-Ансари восточного Алеппо террористы «Джебхат-ан-Нусры» казнили боевиков с членами их семей (всего 40 человек), попытавшихся сложить оружие и уйти через гуманитарные коридоры. Группировки запрещенных в РФ террористических организаций «Джебхат ан-Нусра» и «ИГ» продолжают препятствовать окончательному установлению режима прекращения боевых действий.

2) Примечательно, что параллельно неудачам боевиков в северо-западных районах Сирии турецкие СМИ фабрикуют самые невероятные версии, согласно одной из которых сирийская разведка «махабарат», «террористическая организация Фетхулы Гюлена и ЦРУ (!) якобы проводят совместные операции, направленные на возвращении Дамаску районов Хатая и Антакьи (отторгнутых путём ряда манипуляций турками у Сирии в 1939-40 гг. – Прим. авт.). Не обходится здесь и без «армянского следа».

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1