Евросоюз замахнулся на Тропическую Африку и Среднюю Азию. Камран Гасанов

   Дата публикации: 13 августа 2016, 23:02

Существование ЕС находится под угрозой

Синтия Брэнтли. Европейский колониализм в Африке, 1896 год

Синтия Брэнтли. Европейский колониализм в Африке, 1896 год

28 июня верховный представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности и вице-председатель Еврокомиссии Федерика Могерини обнародовала новую глобальную стратегию Евросоюза. Центральные идеи документа обозначены в его заголовке: «Единый взгляд, общее действие: сильная Европа» (Shared Vision, Common Action: A Stronger Europe). Главная задача внешней политики ЕС — достичь единства и согласованности стран-членов — осталась неизменной со времён первого главы европейской дипломатии Хавьера Соланы.

«Мы сможем удовлетворить нужды наших граждан …, если мы будем действовать вместе, сплочённо», — отмечается в стратегии. Отличие состоит в том, что, если необходимость единства при Солане обосновывалась созданием «кольца безопасности» вокруг союза, то сегодня разваливающееся соседство дестабилизирует Европейский союз изнутри. «Цель, даже существование нашего Союза находится под вопросом», — вот с чего начинает Могерини изложение концепции. «Кризисы внутри и за пределами наших границ напрямую влияют на жизни наших граждан», — продолжает итальянский дипломат.

Под кризисами внешними имеются ввиду разрушительные войны в Ливии, Сирии, на Украине, нестабильность Турции и целый спектр неразрешенных территориальных споров на постсоветском пространстве и Палестине. К внутренним проблемам относятся: финансовая нестабильность, кризис беженцев, терроризм и заставшие Могерини врасплох в канун представления документа итоги британского референдума. Брюссель опасается, что пример проголосовавших 23 июня за выход из Евросоюза британцев может оказаться заразительным. Что касается беженцев, то после подписания миграционного пакта с Турцией 18 марта волны миграции, обрушившиеся на Европу годом ранее, идут на спад. Качественно новым вызовом становятся боевики, проникшие в ЕС под видом искателей убежища. Июльские теракты в Баварии лишь подтверждают этот тезис. Далее подробно остановимся на ключевых пунктах стратегии.

Цели «Глобальной стратегии Европейского союза»

Смысловое обоснование стратегии Могерини — продвижение европейских ценностей, интересов ЕС и его граждан в мире. К таковым глава Европейской службы внешнеполитической деятельности (EEAS) причисляет мир и безопасность внутри, переплетающуюся со стабильностью вовне: «Внутренняя и внешняя безопасность ещё более переплетены: наша безопасность дома делает необходимым параллельный интерес к миру в нашем соседстве и прилегающих регионах».

Второй интерес — процветание граждан союза через экономический рост, создание рабочих мест, равенство и защиту экологии в соответствии с «Целями устойчивого развития» (ЦУР) ООН до 2030 г. Традиционный интерес «демократия» не теряет актуальности, в том числе перед лицом растущей критики и угрозы санкций Еврокомиссии против Варшавы из-за реформы польского конституционного суда. Надстройкой двух предыдущих целей служит «основанный на правилах мировой порядок» через соблюдение международного права и принципа многосторонности. Скрытые в благовидную оболочку ценности на деле служат не интересам граждан, а явились отражением решительного перехода брюссельской бюрократии к подавлению свобод внутри и вовне.

Оказывая политический нажим и угрожая санкциями, Еврокомиссия лишает Польшу и Венгрию последних остатков национального суверенитета. «Вышеградская группа», сопротивляясь распределению беженцев, отказывается нести бремя твердолобой политики Франции и Британии в «Арабской весне». Подавление свободы вовне ЕС практикует через дискредитацию и попытки свержения руководства не только Арабского Востока, но Турции и ряда постсоветских государств, грубо нарушая принцип невмешательства во внутренние дела (п. 7 ст. 2 Устава ООН).

Четыре принципа европейской внешней политики

Далее расписаны принципы, в рамках которых должна реализовываться настоящая стратегия. Во-первых, это единство. Могерини уверена, что «только общий вес настоящего союза имеет потенциал для обеспечения безопасности, процветания и демократии своих граждан и оказания положительного изменения в мире». Во-вторых, — «вовлечённость» в мировые процессы, чтобы вместе с другими игроками определять правила игры. В-третьих, Брюссель намерен взвалить на свои плечи бо́льшую ответственность за предотвращение конфликтов и бедности, а также устранение «коренных причин» их появления. «Мы возьмём на себя ответственность в первую очередь в Европе и прилегающих регионах, в то же время преследуя целенаправленное вовлечение за границей». В-четвёртых, глобальную ответственность ЕС готов нести в партнёрстве с государствами, региональными объединениями, международными организациями и гражданскими обществами. Отсутствие единства во время арабских революций, дестабилизация Ливии и Сирии и неучитывание интересов России на Украине делают для ЕС соблюдение вышеназванных принципов ещё более актуальным в будущем.

Приоритетные направления европейской геополитики

Основное внимание документа уделено пяти приоритетам внешней политики ЕС.

1. Первое — внутренняя безопасность. «Глобальная стратегия ЕС начинается дома», — гласит концепция. С этой целью верховный представитель призывает усилить обороноспособность союза через сотрудничество в обороне, защиту границ ЕС и поддержку военных исследований и технологий. «Европейцы должны быть лучше вооружены, подготовлены, обучены и организованы, чтобы внести решающий вклад в … коллективные усилия (НАТО — К.Г.),а также действовать автономно, если и когда это необходимо». Такая формулировка доказывает, что, стремясь углубить трансатлантические связи и партнёрство с НАТО, Брюссель добивается большей независимости. ЕС хочет «быть в состоянии защищать Европу» и «отвечать на внешние кризисы».
Вторая составляющая безопасности — борьба с терроризмом. Контртеррористические меры будут активизированы с помощью большего обмена информацией и кооперации спецслужб стран-членов, а также через межрелигиозный и межкультурный диалог. Антитеррористическую кооперацию Брюссель планирует распространить на Северную Африку, Ближний Восток, Западные Балканы и Турцию.
Другие составляющие внутренней защищенности — кибербезопасность, энергетическая независимость (через диверсификацию ресурсов, развитие инфраструктуры для СПГ и объединение энергосистем Европы),а также коммуникация граждан и внешнеполитических ведомств ЕС. В глаза бросается отсутствие упоминания о европейской армии, к которой стремятся Брюссель и Берлин. Возможно, это связано с референдумом о Brexit. Не ожидавшая провальных результатов Могерини, скорее всего, пыталась задобрить Даунинг-стрит, сопротивляющийся углублению интеграции.
2. Следующий приоритет — поддержание устойчивости (т.е. готовности стран и обществ к «реформам» и «восстановлению после кризисов») в соседстве ЕС. Примечательно, что последнее не ограничивается Балканами и Средиземноморьем, а охватывает территории к югу до Тропической Африки и к востоку до Средней Азии. Лучший способ поддержания спокойствия в соседней стране — включить его в Евросоюз, полагают в EEAS: «Надёжная политика расширения представляет собой стратегические инвестиции в безопасность и процветание Европы, и уже значительно способствовала поддержанию мира в ранее разрушенных войной районах». Со странами-некандидатами в Южном Средиземноморье и участниками «Восточного партнёрства» ЕС готов углублять связи в рамках политики соседства.
Это будет достигаться путём подписания договоров об Углублённых и всеобъемлющих зонах свободной торговли (DFCFTA) и включение указанных стран в Общую политику безопасности и обороны (CSDP) Евросоюза. (Последнее вступает в прямое противоречие с видением Москвы о создании оборонительного союза в составе бывших стран СССР). Другие элементы политики устойчивого соседства — поддержка «хрупких государств» (fragile states) и более эффективная миграционная политика через устранение коренных причин перемещения населения.
3. Нестабильность в регионах, которые Могерини очертила как сферу ответственности ЕС (Ливия, Нигерия, Нигер, Южный Судан, Сирия, Ирак, Афганистан, Карабах, Украина и т.д.),требует «интегрированного подхода к конфликтам и кризисам». В рамках последнего выдвигается многофазовая концепция. Сначала ЕС должен добиваться предотвращения конфликта через превентивную дипломатию и посредничество: «Мы должны развить политическую культуру быстрого реагирования на риск вооружённого конфликта».
Если кризис необратим, то блок должен быть в состоянии молниеносно реагировать: «Европейская безопасность и оборона должны быть лучше оснащены, чтобы строить мир, гарантировать безопасность и защитить жизни людей, в частности гражданских лиц. ЕС должен быть в состоянии реагировать быстро, ответственно и решительно на кризисы, особенно, чтобы помочь бороться с терроризмом». Параллельно Брюссель считает необходимым «разрешение конфликтов». Неотъемлемой частью долгосрочного поддержания мира ЕС находит экономическое процветание кризисных зон. В краткосрочной перспективе, т. е. в случае конфликтов, важным представляется обеспечение конвоев с гуманитарной помощью.
4. В мире, охваченном глобальными угрозами и «локальным сопротивлением», вперёд выдвигается «региональная динамика», пишет Могерини. Региональные объединения, не только блокового характера, видятся ей основой мирового порядка. «Европейский порядок безопасности» должен зиждиться на территориальной целостности стран Европы, которая, по мнению евробюрократов, подвергается эрозии. «Мы не признаем ни нелегальную аннексию Россией Крыма, ни дестабилизацию восточной Украины», — говорится в стратегии.
При этом еврокомиссары осознают «взаимозависимость» ЕС и России, которую попытаются вовлечь в обсуждение разночтений и сотрудничать, «если и когда наши интересы совпадают». Если мир в Новороссии ещё может быть предметом торга, то «возврат» вошедшего в состав РФ Крыма не имеет ничего общего с реалистичной оценкой ситуации. Позиция Могерини по Крыму — скорее протокольная формальность, чем руководство к действию.
5. Второе региональное направление — поддержание мира и процветания Средиземноморья, Ближнего Востока и Африки. Здесь Брюссель собирается ассистировать региональным организациям в борьбе с терроризмом, демографическими проблемами, миграцией и изменением климата, но и действовать в рамах продвигаемого им самим «Союза для Средиземноморья». Особо отмечены конфликты в Сирии, Ливии и Палестине, Кипр и «турецкая демократия». Третье направление — углубление трансатлантических связей в рамках Трансатлантического торгово и инвестиционного партнёрства и сближение с Латинской Америкой.
Европа также заинтересована в безопасности в Азии, которая «напрямую связана» с процветанием Европы: «ЕС будет углублять торговлю и инвестиции с Китаем, стремясь к единым правилам игры, соответствующей защите прав интеллектуальной собственности, расширению сотрудничества по передовым технологиям, а также диалогу по вопросам экономических реформ, прав человека и борьбы с изменением климата». В-последних, у Евросоюза «есть стратегический интерес, чтобы сохранить Арктику регионом низкого напряжения».
6. Завершающим приоритетом стратегии провозглашается «Глобальное управление для 21 века». Мировой порядок в представлении ЕС должен основываться на принципах международного права и достигаться следующими инструментами: реформой Совбеза ООН и МВФ, инвестициями в миротворчество, имплементацией ЦУР и Парижского соглашения по климату, либерализацией торговли и повышением безопасности мирового судоходства, распространением членства в договорах о разоружении, контроле над вооружениями и нераспространении ОМУ, а также поддержкой НПО.

Без воплощения в жизнь её приоритетов и целей данная стратегия не имела бы смысла. Потрясения «Арабской весны» похоронили под собой не одну концепцию, разработанную еврочиновниками, будь то концепция Соланы или Средиземноморский союз. Поэтому Могерини в конце документа вводит дополнительную главу — «От видения к действию». Еврокомиссар уверена, что для успешной реализации обозначенных целей от ЕС требуются три правила. Первое, — «надёжность», основанная на единстве, эффективности, силе притяжения, последовательности и приверженности собственным ценностям. Второе, — «адаптивность», достигаемая использованием в полном объёме статей Лиссабонского договора о наднациональном управлении Общей внешней политикой и политикой безопасности (например, «продвинутое сотрудничество»). Третье, — согласованность между странами-членами ЕС и его институтами.

Представленная Могерини концепция имеет ряд недооценок, особенно что касается геополитических интересов соседних стран. При этом, надо признать, по своей сути она амбициозна и задаёт Евросоюзу высокую планку. ЕС наряду с США, КНР и Россией — один из четырёх центров силы, формирующих миропорядок XXI века. Актуальность изучения её стратегии в нашей стране ещё выше в период украинского кризиса и новой «холодной войны».

Камран Гасанов, ИА Regnum

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1