Ньютон и эпоха мировой турбулентности. Юрий Городненко

   Дата публикации: 23 июля 2016, 20:00

 

О финансовой игре Лондона против доллара

 

1694 год. Начало современной эпохи в истории человечества — Нового времени. В туманном Альбионе король Англии и Шотландии, статхаудер Голландии, Зеландии, Утрехта, Гелдерланда, Оверэйсела Вильгельм II мучительно пытается найти выход из возникшей перед ним дилеммы.

 

Britania_152949

 

С одной стороны, быстро растущая экономика управляемых им стран требует доступа к новым рынкам. Но для этого нужен флот. То есть деньги.

 

С другой стороны, то и дело приходится стравливать потенциальных конкурентов в борьбе за рынки. И для этого тоже нужны деньги.

 

Деньги, деньги, деньги. Где их взять?

 

В подобной ситуации нередко появляется масса «доброжелателей», которые приносят различные, часто крайне авантюрные проекты. Одним из таких оказался шотландский ростовщик Уильям Паттерсон, который вместе с английским аристократом Чарльзом Монтегю, графом Галифаксом предложил королю необычный проект. Банкиры соглашались выделить монарху требуемую сумму. А взамен просили… Нет не коронные земли, не преференции в торговле, а всего лишь предоставить им право на создание нового банка — Банка Англии. С одним условием: его ценные бумаги будет гарантировать сам монарх.

 

В те времена еще не знали такого понятия как финансовая пирамида. И схема предложенная Паттерсоном и Монтегю не вызывала особых подозрений.

 

Тем более, что, как заявлял глава Монетного двора, в хранилищах достаточно звонкой монеты для обмена ее на бумажные купюры Банка Англии. А говорил это тогда ни кто иной, как знаменитый ученый и друг Чарльза Монтегю Исаак Ньютон.

 

Правда, народ все равно не верил купюрам. Пусть это красивые, пронумерованные и зарегистрированные в специальных книгах, но все же бумажки. И тогда правительство стало фактически навязывать их тем, кого сегодня можно было бы назвать средним классом. А чтобы население не возвращало назад банкноты, ссылаясь на очередную войну (а воевали тогда часто и долго), приостанавливало обмен.

 

Но этих мер все равно не хватало. И тогда автор теории тяготения и глава Монетного двора предложил покрывать нехватку золотых и серебряных монет с помощью иностранных займов. Правда, и в этом «изобретении» обнаружился дефект. Уже к середине XVIII столетия Великобритания из главного кредитора превратилась в крупнейшего в мире должника. Интересно, что Лондон до сих пор не погасил 2,5 миллиарда фунтов стерлингов по долговым обязательствам той эпохи.

 

Тогда же часть долга удалось аннулировать «благодаря» Великой французской революции и наполеоновским войнам. А чтобы на будущее избежать необходимости обменивать бумажные купюры на золотые монеты, в 1812 году правительство пошло на радикальные меры: официально объявило кредитные бумаги Банка Англии законными платежными единицами, т.е. деньгами. Более того, в законодательство тихонечко была введена норма, допускавшая возможность не обеспечивать банкноты золотом.

 

Думали ли тогда британцы, что в XX веке у них найдутся резвые ученики, которые после Нюрнбергского процесса не только перехватят их идею создания финансовой пирамиды, но еще и «творчески» ее разовьют? Причем, настолько, что доведут ее до крайности, до абсруда.

 

Если наполнять своими бумажками мир — то так, чтобы никто вообще не смог подсчитать, сколько их находится в обороте.

 

Если брать долги, — то десятками триллионов.

 

Если отказываться от «золотого стандарта» — то демонстративно и в полном объеме, юридически закрепив полный отказ от гарантирования и обеспечения долларовых купюр.

 

Если уж строить пирамиду — то так чтобы с размахом, чтоб по всей планете, чтобы об этом говорил и писал весь мир.

 

Конечно, такая самоуверенность заокеанских учеников не могла не раздражать чопорных и взвешенных учителей. Рано или поздно их терпение должно было бы лопнуть.

 

Оно и лопнуло. И сегодня, после успешного референдума о выходе из ЕС, Соединенное Королевство начинает переформатировать свою политику. Речь, конечно же, не о разрыве с финансовыми группами США. Нет. Просто Лондон превращается в параллельный центр влияния и предлагает новую модель экономического сотрудничества.

 

Прекрасно понимая, что мир становится все более сложным и разнообразным, осознавая, что прежние способы управления планетой с каждым годом будут все менее эффективными, Сити активно продвигает идею Содружества свободной торговли.

 

В отличие от создания новых мегаимперий (Трансатлантическое и Транстихоокеанское партнерства), Лондон предлагает своим партнерам заключать двухсторонние соглашения о свободной торговле. Европоцентризму противопоставляется курс на развитие отношений с азиатскими странами. В первую очередь — с Китаем. Военной силе и политическому давлению — финансовое влияние.

 

Сегодня банковский сектор Великобритании вышел на первое место по валютным, депозитным и кредитным операциям. В целом же на Лондон приходится 31% международных финансовых операций, что вдвое больше ближайшего конкурента — Нью-Йорка. Благодаря этому столица Соединенного Королевства стала самым привлекательным местом на планете для международных финансовых групп. По количеству представительств иностранных банков, она вышла на первое место в мире (второе у Токио и лишь третье — у Нью-Йорка).

 

Если взять активы местных и иностранных банков в Великобритании, то за период с 1975 по 2013 года они увеличились со 100% по отношению к ВВП страны до 450% ВВП. Это почти в 5 раз превысило аналогичный показатель для США, достигнув порядка 5 трлн. фунтов стерлингов ($ 7,8 трлн). А Банк Англии озвучил еще более амбициозные задачи — довести активы иностранного банковского сектора в Великобритании к 2050 году до колоссальных 950% ВВП, или порядка 60 трлн. фунтов.

 

Причем, чтобы европейские и отчасти американские финансовые группы не вздумали препятствовать британцам, Сити подготовил для них «скромный сюрприз». Конституционный суд Австрии, словно по команде, отменил итоги президентских выборов, состоявшихся в стране в мае. Теперь вероятность победы аутсайдера прошлой избирательной кампании, представителя националистической «Партии Свободы», евроскептика Норберта Хофера становится практически абсолютной.

 

Хофер уже пообещал, что в случае избрания проведет в стране референдум о выходе из Европейского Союза и не подпишет соглашение о Трансатлантическом партнерстве. Одна деталь: золотой запас Австрии в основном находится в английских банках. И поскольку австрийцы давно ведут переговоры с британцами о возврате части «желтого металла» на родину, политика Вены испытывает на себе влияние Лондона.

 

Казалось бы, все Туманный Альбион продумал, предусмотрел, просчитал.

 

Только ответ на один вопрос остался вне поля его внимания. Как устранить главную проблему, порожденную безграничным распространением долларовых купюр? Как быть с той гигантской пирамидой, которая доведена до крайности заокеанскими учениками?

 

Ведь она не исчезнет. И, значит, мировую экономику в уже скором времени будет еще больше трясти.

 

А, как показывает опыт, в эпоху мировой турбулентности волна хаоса может накрыть и ее первоначальных создателей.

 

Юрий Городненко

 

 

 

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1