КТО стучится в дверь ко мне. Константин Богданов

   Дата публикации: 23 июля 2016, 17:20

 

Какие выводы стоит сделать из полицейской операции в Мюнхене

 

Масштабы теракта в Мюнхене оказались не такими, как предполагалось в первые пару часов, зато все наблюдатели сумели оценить то, как развернулась контртеррористическая машина немецких силовиков. Поможет ли эта сильнодействующая таблетка против страха и нет ли у нее побочных эффектов?

 

КТО стучится в дверь ко мне

 

Действия германских силовиков следует отметить как по масштабу реакции, так и по степени подготовленности. Первое аккуратное замечание: из европейских терактов 2015-2016 года как минимум в Германии серьезные выводы сделали.

 

Давайте посмотрим, как развивались события вечером пятницы в Мюнхене.

 

Первые сообщения не внушали ничего хорошего. Массовая стрельба в торговом центре; то ли 10, то ли 15 жертв; стрелявших как минимум трое. Через полчаса поступили сообщения о стрельбе еще в двух местах Мюнхена. Картина все больше напоминает ноябрьскую атаку 2015-го на Париж с одновременным ударом по «Батаклану», подрывом бомб у стадиона и стрельбой в общественных местах.

 

Нас сейчас не интересует тот факт, что нападавший был один и довольно быстро погиб (или сам застрелился), а число жертв так и ограничилось десятью (точнее, девятью и самим нападавшим). Немецкие власти сразу после первой тревоги повернули рубильник — и мы стали свидетелями репетиции полномасштабной контртеррористической операции, как ее теперь понимают в Германии. Нет сомнений, что происходившее многократно продумывалось и планировалось.

 

 

КТО по-немецки

 

Первое, что сделали силовики, — это закрыли весь город, причем разом и системно. Отряды полиции сели на вылетные трассы и потребовали от автомобилистов очистить их. В воздух подняли вертолеты наблюдения.

 

Поезда, шедшие через Мюнхен, были остановлены и разгружены, транзитным пассажирам предоставили возможность ночлега. Был остановлен городской и пригородный общественный транспорт (включая S-бан), эвакуирован и оцеплен железнодорожный вокзал Мюнхена, населению настоятельно порекомендовали укрыться в домах.

 

Последнее было выполнено сразу и дисциплинированно. Оповещение велось в том числе на смартфоны горожан с помощью информационной системы рассылок о чрезвычайных ситуациях Katwarn, работающей с 2011 года.

 

Через некоторое время полиция Мюнхена в довольно резкой форме потребовала (через свой аккаунт в Twitter) прекратить «спекуляции и дискуссии» в сети и не публиковать фотографии и видеозаписи с места событий, потому что это может помешать проведению спецопераций. Лучше, мол, присылайте сделанные записи и фото в полицию, там разберутся.

 

Если по вопросу публикации наблюдался относительный консенсус (и то кто-то успел выложить в сеть любительскую запись, сделанную у места стрельбы), то за «спекуляции» полицейским в Twitter прилетел вагон ядовитых замечаний.

 

Однако параллельно этой борьбе с ветряными мельницами (запомним ее, мы еще не раз увидим эти меры ограничения в будущем) силовики развернулись по-настоящему. В Мюнхене работали 2300 сотрудников полиции и экстренных служб. Все медики мюнхенских клиник были на рабочих местах с обоснованием «мы не знаем, что происходит, но возможно худшее — ждите».

 

Полиция Тюрингии блокировала границу с Баварией и совместно с чехами обеспечила линию госграницы, а также изготовилась вмешаться в ситуацию в Северной Баварии, если обстановка потребует. Управления полиции Гессена и Баден-Вюртемберга проделали аналогичную работу плюс направили в Мюнхен усиление.

 

Федералы сразу же выслали в Мюнхен сотрудников GSG9 — группы антитеррора центрального подчинения ФРГ. Однако в составе управлений полиции федеральных земель Германии есть и так называемые SEK — региональные контртеррористические группы.

 

Из Австрии были направлены офицеры группы Cobra (их варианта GSG9). Скорость, с которой это было проделано, наводит на мысль о том, что австрийцы (как и чехи в усилении на границе) действовали в соответствии с заранее оговоренными планами. Возможно, речь идет о системе перекрестного дежурства: немцы берут на себя обязательства по включению в антитеррористическую операцию в Австрии, что называется, с колес, а австрийцы в ответ гарантируют поддержку в случае проблем на прилегающих территориях Германии.

 

Кроме того, ФРГ недавно получила еще один вид федерального спецназа — BFE+. Эти силы были развернуты на дежурство в декабре 2015 года именно как ответ на парижский теракт: массированную атаку со стрельбой в разных местах.

 

Подразделение тренируют инструкторы из GSG9, однако их задачи разнятся. «9-я группа» предназначена для операций в условиях четкой локализации блокированных террористов (возможно, захвативших заложников) в конкретной местности (в здании, на корабле и пр.). BFE+ затачивается под распределенную динамичную работу-погоню в городе и пригородах, когда мобильные группы злоумышленников, совершив нападение, пытаются затеряться в застройке и уйти из района совершения теракта. В Мюнхене BFE+ подняли по тревоге, но в дело не отправили — не было следов движущихся по городу террористов.

 

Как оказалось, большая часть этих мер была избыточной (хотя в момент запуска, естественно, об этом никто не знал), и уже ночью усиление по большей части отменили. Но демонстрация машины немецкого варианта КТО показала и потенциально опасный момент.

 

 

Это аутоиммунное

 

Гипотетическая группа атакующих, столкнувшаяся с таким многослойным противодействием, запущенным одним нажатием кнопки, с хорошей степенью вероятности не наделает новых дел и не уйдет далеко. Это хорошая новость. Плохая же состоит вот в чем.

 

Смотрим еще раз на происходившее в Мюнхене. Одиночка приходит в место скопления людей и начинает стрельбу, после чего «списывается» (о полицейский спецназ или собственный ствол). Все уже закончилось, а силовики только-только запустили грандиозный механизм КТО. «Исполнитель теракта, кем бы он ни был, полностью парализовал весь город», — сообщал ранним утром из Мюнхена корреспондент Deutsche Welle.

 

Эту схему можно тиражировать: десяток-другой одиночек, раз за разом ставящих аппарат управления кризисными ситуациями на уши, блокирующий транспортную систему, создающий кучу организационных проблем, выливающихся в экстраординарные расходы — как в прямой форме нагрузки на бюджет экстренных служб, так и в косвенной — в виде налога на экономику и спокойствие граждан.

 

А можно это все проводить связанно, но асинхронно — скажем, с интервалом в 5-15-20 часов в разных землях ФРГ, чтобы полстраны встало, а GSG9 не знала, куда ей соваться.

 

Хороший штабист, глядя на показанное в Мюнхене, тут же задумается о таком «айкидошном» приемчике. Это сложнее, чем разовая акция, — даже такая, как в Париже, но и профиты она может дать несравнимо более высокие.

 

Причем профиты стратегические. Евросоюз с его пристрастием к комфорту и свободе сам может в разгаре бесконечного «режима КТО» затоптать те элементы образа жизни, которые еще недавно и были самой привлекательной чертой этого цивилизационного проекта. О снижении инвестиционной привлекательности территорий в связи с дополнительной нагрузкой на и без того слабоватую экономику говорить не приходится.

 

Вполне возможно, что в ближайшее время придется привыкать к внезапным остановкам и разгрузкам поездов на пути следования (а равно и другим вынужденным инфраструктурным коллапсам) — так же, как привыкли к бесконечным обыскам в аэропортах и режиму электронной слежки за населением.

 

Лекарство нам показали — и лекарство сильное. Осталось понять, не спровоцирует ли его регулярный прием обострение аутоиммунных заболеваний.

 

Константин Богданов

 

 

 

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1