Концепция «диалога в обороне» отражает страх НАТО перед Россией. Александр Хроленко

Дата публикации: 11 Июль 2016, 22:15

 

В субботу, 9 июля в Варшаве завершился саммит НАТО, на котором решали, что делать с Россией, да так ничего и не решили.

 

8 июля Госдепартамент США характеризовал саммит НАТО в Варшаве как самый важный со времен окончания холодной войны, и называл приоритетом встречи укрепление общего оборонного потенциала.

 

Обама на саммите НАТО

 

Накануне съезда НАТО в Варшаве президент США Барак Обама — в лучших традициях генеральных секретарей ЦК КПСС — пламенной статьей в газете Financial Times призвал союзников «принять меры» против России, аргументируя такую необходимость заботой о мире в Европе. Позднее Обама конкретизировал задачу, и назвал действия России на Украине в числе главных угроз для НАТО.

 

Вероятно, американский президент забыл, что Украина не имеет к альянсу прямого отношения, а в ЕС помнят, кто инициировал военные конфликты, а затем делил Югославию, Афганистан, Ирак, Ливию. Европейцы ежедневно видят следствие американских «мер» на улицах своих городов — это растущий вал ближневосточных беженцев и постоянная террористическая угроза.

 

Поэтому в Варшаве союзники проявили редкую сдержанность, и не обозначили ни одной серьезной антироссийской инициативы. Лишь гость саммита НАТО, президент Украины Петр Порошенко имитировал попытку закрыть грудью амбразуру вражеского дзота, однако мало кто из здравомыслящих людей увидел пользу «украинского опыта боевых действий против современной российской армии».

 

Между тем, Россия — не Югославия и не Ливия. Призывать военный блок к доступным ему мерам в отношении России недальновидно и опасно. Меры могут оказаться весьма болезненными для принимающей их стороны. Вероятно, поэтому альянс отказался от планов создания постоянных баз в Восточной Европе, а генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг во время пресс-конференции даже опроверг тезис о том, что Россия сегодня представляет непосредственную угрозу кому-либо из членов альянса. А собирались-то для чего?

 

Уникальная концепция «диалога в обороне» отразила существующую реальность — боевую и политическую недееспособность альянса. Если в этом кто-то еще сомневался.

 

Как повлияют итоги Варшавского саммита на встречу Россия — НАТО?

 

 

В сухом остатке

 

Самое значимое решение Варшавского саммита — утверждение проамериканского плана развертывания четырех многонациональных батальонов на восточных рубежах альянса — в Польше, Литве, Латвии и Эстонии. Этого недостаточно, чтобы остановить возможное наступление российских войск, однако четыре батальона по одной тысяче военнослужащих — фактически бригада прикрытия.

 

Если войсковые части натовских стран (в Польше разместится батальон в количестве 1000 военнослужащих США, в Литве — такое же количество военнослужащих Германии) попадут под огонь российских войск, такая жертва, вроде бы, гарантирует ответ всего альянса. В НАТО полагают, что подобное присутствие в Восточной Европе удержит Россию от агрессии либо гарантирует ее военное поражение.

 

И все-таки, если верить американскому изданию The Nation, это не мы, а США и НАТО готовятся к войне с Россией — крупные военные учения и наращивание группировки войск на восточном фланге альянса отражают новую стратегию. И США намерены увлекать союзников личным примером, играть ведущую роль в присутствии сил НАТО в Польше.

 

Вместе с тем администрация президента США Барака Обамы планирует предложить России продление на пять лет договора о сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений — СНВ-3. И в Европе не культивируют понятие ограниченной ядерной войны, да и обычным вооружением воевать не желают.

 

Нелегко поддерживать внешнее единодушие 29 членов альянса. Проведенный в 2015 году во Франции, Германии и Италии опрос показал, что большинство респондентов не чувствуют себя обязанными помогать союзникам по альянсу в случае российского нападения, хотя эта помощь, вроде бы, гарантируется статьей 5 Североатлантического договора. Более того, президент Франции Франсуа Олланд и премьер Греции Алекс Ципрас выступают за укрепление контактов и восстановление отношений с Россией, а глава МИД Германии Франк-Вальтер Штайнмайер критикует действия НАТО последних месяцев. Париж также предположил, что размещать систему ПВО в Польше не стоит. Отсутствие единой позиции в НАТО очевидно.

 

«Загоризонтное» мышление в Брюсселе отсутствует, и Варшавский саммит не предложил миру ничего нового, прорывного. Если отфильтровать спорные американские сентенции о подготовке Россией серии гибридных войн, окажется, что для выработки реальной политики и дальнейшего расширения на восток НАТО располагает лишь инструментами демонизации России в СМИ и неавтоматизированным бюджетным доением стран-союзников. В случае с Россией все это не работает. И совет Россия-НАТО — неизбежный формат сотрудничества в Европе, при том, что ни одной из сторон подобное взаимодействие не принесет полного удовлетворения.

 

Совет Россия-НАТО состоится 13 июля, во второй раз после введения Западом антироссийских санкций в 2014 году. Предыдущая встреча прошла в апреле 2016года. Москва предлагает обсудить конкретные правила использования транспондеров военными самолетами в зоне Балтийского моря.

 

На встрече в среду и в обозримом будущем стороны, вероятно, продолжат вести «позиционные бои» и опосредствованно влиять на конфликты различной интенсивности и географии. Очевидно, до времени достижения одной из сторон убедительных технологических преимуществ в оборонной сфере преобладать будут экономические инструменты.

 

 

Мелкие пакости

 

На фоне шумного усиления восточного фланга альянса пока лишь «младоевропейцы» — Эстония, Латвия и Литва — незначительно увеличили финансирование своих армий. Эстония потратит 2,16% своего ВВП, Латвия — 1,45%, Литва — 1,49%. Годом ранее эти показатели составляли соответственно 2,07%, 1,04%, 1,14% от внутреннего валового продукта упомянутых стран. В денежном выражении даже наибольший в Прибалтике оборонный вклад Эстонии составляет немногим более 410 млн. евро, и погоды в НАТО не сделает. А президент Литвы Даля Грибаускайте прямо заявила, что гарантом развития альянса является Германия. Таким образом, о равноправном партнерстве речи не идет, «проекция безопасности» на деле выглядит как расширение зоны неоколониализма.

 

Украина рассчитывает получить статус партнера альянса с усиленными возможностями, однако это направление (или обещание) не отражено в документах Варшавского саммита. Натовская помощь Украине будет предоставляться через восемь специальных (недостаточно прозрачных) целевых фондов (разминирование территории, военно-медицинская помощь).

 

В Варшаве также состоялось заседание комиссии НАТО — Грузия, которое напомнило, что грузинская мечта о вступлении в альянс — как чурчхела: чем дольше ее обмакивают в сладкий сироп, тем весомее она становится. Но этому процессу не видно конца.

 

Действия НАТО в зоне национальных интересов России выглядит достаточно однообразно. 8 июля глава МИД Польши Витольд Ващиковский известил, что альянс в течение многих месяцев наблюдает «позитивные изменения в Минске», и НАТО открыта для сотрудничества с Белоруссией.

 

Заметим, Белоруссия адекватно реагирует на усиление НАТО у своих границ, и белорусский президент Александр Лукашенко недавно подчеркнул: «У нас совместная группировка вооруженных сил на западе, которая обеспечивает безопасность нашего Отечества — Белоруссии и России». Успех прямого и равноправного диалога Белоруссии и НАТО неочевиден.

 

Из прочих ярких мелочей Варшавского саммита обращают на себя внимание планы НАТО и ЕС относительно параллельных учений гибридной тематики. Но сокрушать виртуального противника — это не боевые «Хаммеры» из прибрежного песка вытаскивать.

 

Александр Хроленко

 

 

 

Метки по теме: ;


Комментировать \ Comments
obama-nato


bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1