Грозит ли США исламский экстремизм? Дмитрий Добро

   Дата публикации: 21 июня 2016, 17:50

 

После бойни в гей-клубе Орландо, учиненной американским мусульманином Омаром Матином, тема исламского радикализма в США стала доминирующей в президентской кампании. Если раньше трагедии подобного рода сплачивали нацию, то теперь стрельба в Орландо расколола Америку — прежде всего в вопросе отношения к исламу.

 

Грозит ли США исламский экстремизм?

 

Республиканский кандидат в президенты США Дональд Трамп потребовал ввести запрет на въезд мусульман в страну. По его мнению, родителей стрелка — Омара Матина — с самого начала нельзя было впускать в Америку из Афганистана. Трамп уже добивался запрета на въезд мусульман полгода назад, после массового убийства в Сан-Бернардино. На тот момент все осудили заявление Трампа, в том числе в руководстве Республиканской партии, однако это лишь усилило его популярность среди рядовых белых избирателей.

 

Трамп заявил, что событие в Орландо — это только начало процесса (распространения исламского терроризма в Америке), власти должны проявить жесткость, так как принципы радикального ислама несовместимы с западными ценностями. Он предложил установить наблюдение за мечетями, а также проводить profiling — выборочный контроль подозрительных лиц, прежде всего на основе их «небелой» внешности.

 

Трамп также призвал президента Обаму четко обозначить свою позицию по отношению к радикальному исламу или с позором уйти в отставку. Но до сих пор, несмотря на все теракты, совершенные исламистами или их последователями на территории США, Обама отказывался осудить исламский радикализм.

 

Это усилило подозрения американских правых, что он является «криптомусульманином». Так считают, по различным опросам, 17% американцев и треть консервативных республиканцев. Основанием для этой теории заговора служит тот факт, что родной отец и отчим Обамы были мусульманами и что сам он до четвертого класса жил в мусульманской Индонезии. Ультраправые считают, что его свидетельство о рождении на Гавайских островах подделано, а на самом деле он родился в Кении. Противники Обамы находят подтверждение этой теории и в том, что он снял санкции с Ирана, несмотря на яростное сопротивление еврейского лобби и Израиля.

 

Однако и на этот раз Обама категорически отверг требование Трампа, так как оно «не соответствует американским ценностям — терпимости по отношению ко всем религиям». По словам американского президента, такие предложения лишь играют на руку ИГ («группировка «Исламское государство», запрещена в РФ — Ред), поскольку подтверждают тезис, что «Запад ненавидит мусульман».

 

Тем не менее, «исламский радикализм» стал важной темой нынешней президентской кампании в США. Кандидат в президенты от демократической партии Хиллари Клинтон подвергла критике ряд арабских стран, в том числе Саудовскую Аравию, Катар и Кувейт, за поддержку исламской радикальной идеологии и финансирование экстремистских организаций и мечетей за рубежом. Аналитики считают такие заявления частью предвыборной кампании, поскольку на практике они вряд ли повлияют на позицию государств Персидского залива, поддерживающих воинствующий исламизм.

 

Все больше политологов на Западе считает, что Америка должна осознать угрозу исламского радикализма у себя дома. По мнению немецкого издания Der Spiegel, США сейчас «слепнут на оба глаза»: правым они плохо видят опасность свободной продажи оружия, а левым — угрозу внутреннего, прежде всего исламского, терроризма.

 

Стрелок из Орландо Омар Матин был прекрасно известен американским спецслужбам. ФБР допрашивало его дважды: в 2013 году, в связи с симпатиями к радикальным группировкам, и в 2014 году, в связи с контактами с американским джихадистом, взорвавшим себя в Сирии. Это напоминает историю с братьями Царнаевыми, организаторами теракта на Бостонском марафоне в 2013 году. Тех также допрашивало ФБР, но не нашло повода к задержанию. Тем более удивительно, что Омар Матин был принят в частную охранную фирму и получил законное разрешение на хранение огнестрельного оружия. По данным ФБР, Омар Матин в момент стрельбы связался с полицией и заявил о своей верности ИГ.

 

По мнению многих аналитиков, Америка уже вступила в конфронтацию с радикальным исламом у себя дома. Вспомним последние наиболее громкие теракты с исламистской мотивацией.

 

В 2009 году американский военный психиатр палестинского происхождения Нидаль Хасан убил 13 сослуживцев и ранил 32 на базе Форт-Худ в Техасе. Позднее выяснилось, что он находился в контакте с радикальным исламским проповедником Анваром аль-Авлаки — идеологом «Аль-Каиды» на Аравийском полуострове, позднее уничтоженным в Йемене.

 

В 2013 году братья Царнаевы (этнические чеченцы, сторонники радикального ислама) осуществили взрывы во время Бостонского марафона, в результате которых 3 человека были убиты и 264 ранены.

 

2 декабря 2015 года в Сан-Бернардино, Калифорния, супруги Сайед Фарук и Ташфин Малик устроили бойню, в результате которой 16 человек были убиты и 24 ранены. На тот момент это был самый кровавый теракт, осуществленный исламистами, начиная с 11 сентября 2001 года. 28-летний этнический пакистанец Сайед Фарук (как и этнический афганец Омар Матин) родился в США, его жена приехала к нему из Пакистана. Оба они присягнули на верность ИГ.

 

Кроме того, за последние полтора десятилетия в США были совершены десятки убийств сторонниками радикального ислама. Конечно, колоссальное количество преступлений с применением огнестрельного оружия совершается в США немусульманами, однако акции исламистов отличаются от действий других «американских стрелков» своим идейным и целенаправленным характером. Эксперты опасаются, что они могут стать прологом к более масштабным терактам — вплоть до применения оружия массового уничтожения.

 

По версии тех, кто считает Барака Обаму «криптомусульманином», он совершенно сознательно отказывается признать опасность радикального ислама для Соединенных Штатов и не принимает решительных мер по борьбе с этой угрозой. Сторонники этой версии напоминают, что Обама ни разу не обратился с открытым призывом к имамам в США с требованием дистанцироваться от террористов, он ни разу не призвал мусульман к сотрудничеству с властями на федеральном и местном уровне. Президент США придерживается правил «политкорректности», вместо того чтобы приступить к решению этой острой проблемы.

 

Справедливости ради стоит сказать, что не только Барак Обама, но и весь политический истеблишмент США продолжает упорно отрицать, что в стране, несмотря на все усилия по интеграции мусульман, обостряется проблема радикального исламизма. Чем можно объяснить такое нежелание видеть факты? Может быть, страхом вызвать межконфессиональную рознь, нарушить некие принципы этнорелигиозного баланса внутри страны. А может быть, нежеланием портить отношения с монархиями Персидского залива. Хотя официально число мусульман в США относительно невелико — около 3,3 млн человек, или 0,9% населения. Имеются также альтернативные данные, согласно которым подлинная численность мусульман в Америке может достигать от 5 до 10 миллионов человек.

 

В случае дальнейшей радикализации плохо интегрированные и идеологически враждебные американскому обществу мусульмане могут стать детонатором протестов, к которым готова примкнуть значительная часть чернокожего населения страны.

 

Современные средства связи и интернет позволяют исламским активистам проводить мгновенные флешмобы и вести круглосуточную пропаганду. Так, стрелок из Орландо Омар Матин приобщился к радикальному исламу через интернет.

 

Одна из ошибок властей, считает ряд американских экспертов, заключается в недооценке радикального ислама и его передовых отрядов — ИГ и «Аль-Каиды». Это не просто террористические группировки, это военные организации, которые действуют по своим законам. ИГ ведет беспощадную идейную борьбу с «неверными» — западной культурой и обществом. Игиловцы — это воины, цель которых — побороть христианство и иудаизм. Лица, совершающие теракты, считаются у них солдатами или шахидами, вся разница в том, что они не носят военных знаков различия. Однако своих бойцов ИГ разместила по всему западному миру, а многих рекрутировала уже на Западе при поддержке целой армии местных сторонников.

 

В этой войне Западу трудно победить, поскольку идейно он разоружился, отказавшись от христианских ценностей. Западный человек беззащитен, так для него главное — сохранить уровень жизни, личную безопасность, доступ к развлечениям и кредиту. В этом умонастроении его поддерживают элиты, проповедующие политкорректность.

 

Дмитрий Добро

 

 

 

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1