Делал ли Роман Шухевич что-то плохое? Денис Селезнев

Дата публикации: 17 Июнь 2016, 19:15

 

В пятницу, 17 июня, в Киеве несколько десятков человек пикетировали посольство Польши с целью не допустить признания резни поляков, устроенной УПА* в 1943 году, геноцидом. Традиционно националисты предлагают возложить всю ответственность на советскую власть. Хотя в 1943-м в регионе власть была скорее немецкая, это оставляют за скобками. Но давайте разберемся.

 

Роман Шухевич

 

Едва ли не каждое лето в польских политических кругах всплывает идея как-то по-новому, по-особенному почтить память поляков, которые стали жертвами Волынской резни 1943 года. Не стал исключением и нынешний год.

 

В польском парламенте зарегистрирован законопроект, согласно которому предлагается установить дату памяти жертв геноцида, организованного ОУН-УПА в восточных районах Речи Посполитой.

 

Конечно, если бы нечто подобное предложили российские депутаты, украинские политики в свойственной им манере отделались бы ругательствами и смешками. Однако поляки нынче являются старшими братьями по евроинтеграции, и дерзить им лишний раз никак нельзя.

 

С другой стороны, на Украине, кроме УПА, уже, пожалуй, выкинули из истории все, чем можно было бы немного «попышатыся», а потому отдавать это последнее «наше все» полякам тоже не хочется.

 

Отдуваться послали кого не жалко – вице-премьера по евроинтеграции Иванну Климпуш-Цинцадзе. Естественно, что чиновница, всю карьеру построившая на американских грантах, бесконечно далека от украинско-польских разборок семидесятилетней давности.

 

Кого и за что резали жители Волыни в те далекие времена, когда американских грантов на Украине еще не раздавали, ей наверняка глубоко безразлично. А потому ее ответ полякам получился, прямо скажем, примитивным и неубедительным.

 

Мол, давайте сделаем совместную комиссию и разберемся, а если вдруг окажется, что командующий УПА Роман Шухевич (цитата) «сделал что-то плохое», то Украина, конечно же, за него извинится.

 

Действительно! Как мог сделать что-то плохое человек, который в 1930-х занимался политическими убийствами (чем открыто хвастается украинская историография), а в 1940-х служил в немецком шуцманшафте (чего украинская историография предпочитает не замечать)? Немыслимо!

 

Впрочем, чиновница допускает, что если и есть такие факты, то, скорее всего, кто-то просто переоделся в форму УПА. Вот такие вот глупости приходится говорить украинскому чиновнику самого высокого ранга.

 

Впрочем, спрос с американской воспитанницы невелик. В конце концов, она может действительно ничего не знать о том, о чем ей приходится теперь говорить.

 

Нелишним будет хотя бы тезисно коснуться вопроса о Волынской резне. Вдруг она все же прочитает, и тогда хотя бы не будет навлекать на себя откровенные насмешки со стороны польских политиков.

 

Во-первых, что такое Волынская резня?

 

Весной – летом 1943 года волынские крестьяне под предводительством галицкой интеллигенции пулей и топором, а также другими подручными средствами уничтожили несколько десятков тысяч поляков, проживавших в селах и местечках региона.

 

Как и у всякой трагедии подобного рода, причины и предпосылки тут сплетаются в клубок. Но стоит выделить две основных.

 

Политическое руководство ОУН, в подавляющем большинстве своем состоящее из галичан, к весне 1943 года вдруг осознало, что немцы могут проиграть войну. А значит, впереди новый передел Европы. Замаячила перспектива воссоздания уничтоженной немцами Польши. И, чтобы она не могла претендовать на Волынь из-за наличия там польского населения, решено было от этого самого населения просто избавиться.

 

Полякам выдвинули ультиматум – покинуть регион в течение 48 часов, который, естественно, выполнен не был. И тогда началась резня. Вот такой незамысловатый галицкий способ решать проблемы территориальных споров.

 

Второй причиной стало бедственное положение волынских крестьян, которым ввиду особенностей региона постоянно не хватало земли. Более того, предыдущие несколько десятилетий регион жил в крайней бедности, которая с началом войны усилилась.

 

Избиение польских соседей давало возможность, во-первых, разжиться землей, а во-вторых – шанс поживиться за счет имущества уничтоженных польских семей.

 

Кроме того, в межвоенный период польское население имело массу привилегий, украинское же население постоянно терпело как экономические, так и культурные притеснения. Что накаляло обстановку.

 

Вдобавок к этому к началу 1943 года в этом регионе именно поляков немцы предпочитали чаще, чем украинцев, привлекать в ряды полиции, что опять же не способствовало межнациональному взаимопониманию.

 

В итоге тысячи волынских крестьян с топорами и дрекольями, ведомые небольшими отрядами УПА, приняли активное участие в бойне.

 

Ближайшим аналогом этого дикого события, пожалуй, можно назвать резню между хуту и тутси в 1995 году в Руанде. Собственно, и культурно-бытовой уровень тогдашней Волыни вполне соответствовал руандийскому конца 20-го века.

 

Кстати, можно привести и еще более современную аналогию этой галицко-волынской связки. Также в 2014 году на Майдане украинские «креаклы» подстрекали темную крестьянскую массу, тоже зачастую с Волыни, к беспорядкам и убийствам правоохранителей, а позже использовали их как пушечное мясо в войне на Востоке.

 

Со своим сегодняшним стихийным янтарным клондайком, на котором активно эксплуатируется детский труд и вокруг которого постоянно вспыхивают вооруженные разборки, Волынь стремительно возвращается в то самое состояние семидесятилетней давности.

 

Может быть, потому такую популярность приобрела на Украине публикация бывшего московского, а ныне львовского журналиста Ивана Яковины под красноречивым названием «От геноцида к процветанию. Как Руанда стала Сингапуром в Африке».

 

Отдельно стоит остановиться и на не к ночи помянутом Романе Шухевиче. Украинский вице-премьер, ввиду почти полной стерильности в вопросах истории, вероятно, полагает, что, кроме Романа Шухевича, в УПА больше-то никого и не было.

 

Однако в момент Волынской резни Шухевич, по сути, никакого отношения к УПА не имел, а был политическим функционером ОУН. Во главе УПА до начала 1944 года стоял Дмитрий Клячковский, которого поляки и называют главным организатором бойни.

 

Про этого человека стоит отметить одну интересную деталь. Естественно, что он тоже был, если так можно сказать, галицким интеллигентом.

 

В 1940 году Степан Бандера решил, что нужно срочно поднять восстание в Галичине против советской власти. Решение было абсурдным, и неудавшихся заговорщиков быстро переловили. Одним из пойманных был Клячковский.

 

Львовский суд в начале 1941 года приговорил его к расстрелу. Но Клячковский подал апелляцию, и Верховный суд СССР заменил расстрел на 10 лет тюрьмы. Стоит отметить, что на процессе Клячковского судили еще 58 человек, и всем им львовский суд вынес тяжелые приговоры, которые ВС СССР после соответствующих апелляций почти все заметно смягчил. Так Клячковский оказался в тюрьме, из которой уже через несколько месяцев его, и не только его, выпустили немцы.

 

И тут, кстати, возникает явный диссонанс с украинскими рассказами о поголовном расстреле заключенных отступающими частями НКВД. Почему-то данного персонажа и многих других фигурантов того процесса не расстреляли. Погиб Клячковский лишь в 1945 году от пули советского сержанта. То есть погиб в бою. В общем, вице-премьеру тут есть над чем подумать.

 

Стоит сказать о том, мог ли кто-то одеть маску Шухевича и форму УПА и начать убивать поляков, чтобы выставить добрых крестьян Волыни в плохом свете, тем самым затруднив в будущем украинскую евроинтеграцию.

 

Традиционно в этом обвиняют москалей. Да, действительно, в регионе тогда уже находились соединения Ковпака, который в своих донесениях сообщал о бойне в польских селах. И есть соблазн заявить, что маску Шухевича (вернее, как мы уже знаем, Клячковского) надевал сам Ковпак, при этом звездочку на папахе менял на трызуб. Однако вице-премьера ждет жестокое разочарование.

 

Дело в том, что еще в 1998 году украинский кабмин создал комиссию из историков, которая должна была составить справку о деятельности ОУН-УПА. Комиссия работала шесть лет и состояла из таких пронационалистически настроенных деятелей Института истории НАН Украины, как ныне подзабытые Кульчицкий, Шаповал и другие.

 

В составленных комиссией итоговых документах содержится множество панегириков украинским повстанцам, но вот в отношении Волынской резни даже она с неохотой вынуждена была признать, что, ни немцы, ни советские партизаны не являлись участниками этой бойни, а оставались лишь наблюдателями.

 

Более того, чтобы прикрыть зверства волынских крестьян и не провоцировать взаимную рознь, советская, как и польская, историография советского периода всячески скрывала произошедшее.

 

И лишь когда с наступлением незалежных времен мода на межнациональные распри вернулась, тема Волынской резни получила свою актуальность. Так что фокус с переодеванием тут не пройдет, и как раз по причине того, что собственная украинская комиссия в вопросе Волынской резни уже давно отвергла эту возможность.

 

Ну и напоследок стоит сказать, что если дела давно минувших дней остаются для украинско-грузинской чиновницы темным лесом, то вот новейшей историей стоило бы поинтересоваться.

 

Предлагаемая ею идея независимой украино-польской комиссии уже давно реализована. Еще в 2003 году такая комиссия работала на самом высоком уровне.

 

С украинской стороны ее возглавлял глава администрации президента Медведчук, а с польской – глава бюро национальной безопасности Сивец. Работа комиссии завершилась нахождением определенного компромисса.

 

Ведь во всей этой истории поляки также не оставались безобидными жертвами. Только аналогичную резню они устроили не на Волыни, а в соседней Холмщине, где досталось уже украинцам.

 

Ввиду этого в 2003 году была придумана формула «прощаем и просим прощения», которая и была реализована на совместных траурных мероприятиях и отражена в постановлениях украинского и польского парламентов.

 

Так что идея вице-премьера о комиссии вряд ли поможет.

 

Поляки, вполне аналогично украинцам, не против использовать трагедии прошлого в своих политических целях. Так же, к примеру, украинская сторона поступает хотя бы в вопросе депортации крымских татар, из которой не прочь устроить настоящее шоу.

 

Ну а то, что поляки не забывают, кому раньше принадлежали Галичина с Волынью, вполне логично. С нынешней властью, которую представляет и Климпуш-Цинцадзе, дальнейший распад Украины – не такая уж и фантастическая перспектива.

 

Тут бы и пригодилась память о том, что эти земли были населены поляками, которых и уничтожила в свое время УПА. Так что ничего личного, просто политика.

 

* Организация, в отношении которой судом принято вступившее в законную силу решение о ликвидации или запрете деятельности по основаниям, предусмотренным ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности»

 

Денис Селезнев

 

 

 

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
shuhevich


bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1