Реальность с запахом иприта. Евгений Сатановский

   Дата публикации: 31 Май 2016, 12:05

 

Боевики активно разрабатывают оружие массового поражения

 

Ситуация в Сирии определяет, будет ли остановлена «арабская весна», которая угрожает распространиться не только на весь Ближний и Средний Восток, но и на такие регионы, как Центральная Азия.

 

Реальность с запахом иприта.

 

Рассмотрим ряд наиболее важных аспектов сирийской гражданской войны, опираясь на работы экспертов ИБВ М. В. Казанина и Ю. Б. Щегловина, подготовленные для института: текущую ситуацию на фронтах, ситуацию с ВВС Сирии и других участников военных действий, прецеденты с применением химического оружия. Последние две темы – в оценках китайских аналитиков как наименее ангажированных внешних наблюдателей.

 

 

Ситуация с осложнениями

 

Операция правительственных сил по установлению контроля над Алеппо если не провалилась, то серьезно забуксовала. Переломным моментом стал захват сторонниками запрещенной в России «Джебхат ан-Нусры» населенного пункта Хан Туман. Основную силу со стороны Дамаска там составляли иранцы, которые понесли серьезные потери в живой силе. Отряды палестинцев, которые должны были перерезать линии снабжения противника в Алеппо в зоне Хандарат, провалили наступление.

 

Причина – слабость иранских и сирийских военных в области штабного управления и тактики. Подразделения КСИР, которые воюют в Сирии, остались ополчением, а вера в бога не может компенсировать недостаток обучения. Поручать иррегулярным палестинским группировкам исполнение важнейшего пункта операции по установлению контроля над каналами снабжения исламистов под Алеппо – непростительная ошибка. Американские аналитики говорят в этой связи о расхождениях между Ираном и РФ по вопросу дальнейшей тактики. Москва якобы желает сделать упор на мирных переговорах, а Тегеран настроен на военный путь решения сирийской проблемы. Однако одно не исключает другого, по крайней мере в отношении продолжения наступательных операций под Алеппо.

 

В Тегеране недовольны тем, что российская авиация слабо помогала иранцам во время боев за Хан Туман. Но интенсивность ее действий была связана не с расхождением между Ираном и Россией, а с неблагоприятными погодными условиями. В любом случае очевидно – КСИР не может осуществлять наступательные и оборонительные операции без серьезной воздушной поддержки. При этом появились сообщения, что ливанские боевики из «Хезболлы» готовятся покинуть провинцию Алеппо и переместиться в район Каламун на сирийско-ливанской границе. На самом деле речь скорее всего идет о перегруппировке ряда отрядов ливанских шиитов в район Деръаа и Хомса, где ситуация серьезно осложнилась в результате отвлекающих от Алеппо ударов отрядов «Джебхат ан-Нусры».

 

Роль «Хезболлы» в сирийских событиях остается значительной. Это подтвердил недавно ее лидер шейх Х. Насралла, придерживающийся идеи обязательности участия ливанских шиитов в сирийском конфликте, пока это необходимо их главному внешнеполитическому спонсору в лице Тегерана, который отступать из Сирии не намерен. Другое дело, что иранские силы в лице командного звена КСИР не в состоянии нанести исламистам серьезное поражение без авиаподдержки со стороны ВКС РФ, в связи с чем, видимо, настал момент постановки перед иранскими и сирийскими союзниками вопроса о превалирующей роли российского Генштаба при планировании и координации наступательных операций.

 

Когда число погибших генералов КСИР достигнет критического уровня, Тегеран будет вынужден пойти на это из соображений целесообразности. Благо, из Ирана поступают сигналы о том, что командующий подразделением КСИР «Кудс» генерал К. Сулеймани может быть заменен на посту главного координатора иранского присутствия в Сирии и переведен на ливанское направление. Его должен сменить один из его заместителей, что говорит о том, что в Тегеране недовольны Сулеймани и уровнем его взаимодействия с Дамаском. Хотя в данном случае речь идет скорее о предупреждении, чем о реальном желании сместить Сулеймани в критический момент.

 

Одновременно активизировались сторонники «Исламского государства» в Хомсе и Дейр эз-Зоре, где по-прежнему блокирован крупный гарнизон сирийских войск. Но говорить о том, что существует глобальная координация усилий между ИГ и «Джебхат ан-нусрой» не стоит. Она есть на уровне полевых командиров, не более. ИГ всегда успешно использовало подходящие моменты оперативной обстановки для достижения локальных целей. В данном случае концентрация правительственных сил под Алеппо ослабила их присутствие под Хомсом, этим и воспользовалось командование ИГ.

 

Отметим локальный успех правительственных сил в Восточной Гуте, где они укрепили свое присутствие. Там между оппозиционными группировками начались разногласия и даже столкновения в связи с гибелью харизматичного полевого командира «Джейш аль-ислам» Захрана Аллюша. Это вновь напоминает о важности точечных ликвидаций командиров исламистов не только среднего звена, что дезорганизует управление отрядами, но и фигур, ключевых для сохранения единства оппозиционного фронта в той или иной провинции. То есть необходимо классифицировать полевых командиров оппозиции по уровню влияния на сохранение единства отрядов в том или ином районе с последующей их ликвидацией.

 

Можно предположить, что иранцы будут наращивать присутствие в Сирии и в ближайшее время постараются вернуть себе стратегическую инициативу под Алеппо. В настоящее время они перебрасывают туда подкрепления. Там же будут сконцентрированы основные силы правительственных сил в лице «Тигров», «Ястребов пустыни» и Республиканской гвардии. Ливанцы из «Хезболлы» сохранят серьезное присутствие под Дамаском и Хомсом на участках фронта, которые остаются неприкрытыми в результате передислокации основных сил под Алеппо. И здесь следует особое внимание уделить состоянию ВВС Сирии, а также других участников конфликта.

 

 

Разбор полетов

 

По данным китайских аналитиков, до начала гражданской войны и вторжения боевиков ИГ в Сирию в распоряжении ВВС САР находилось девять полков боевых самолетов Су-22, Су-24, МиГ-23БН и МиГ-29. Наиболее боеспособными являлись части истребительной авиации, оснащенные МиГами, однако нехватка сменно-запасных частей, авиационного керосина и высокий уровень опасности применения ПЗРК сдерживали ВВС Сирии в течение четырех лет конфликта.

 

Согласно китайскому изданию «Мировые вооруженные силы» самыми современными из перечисленных являются легкие МиГ-29. Они способны вести воздушный бой с авиацией противника, хотя сирийским самолетам нужен серьезный ремонт и модернизация, особенно в сфере систем радиоэлектронной борьбы (РЭБ) и бортовой радиолокационной станции (РЛС). Новые образцы электронной техники позволят выполнять прицельное бомбометание по наземным целям. Китайские аналитики полагают, что подобные работы могут быть выполнены в России и Белоруссии. Для доставки самолетов на ремонт и обратно ВКС РФ могут предоставить Сирии транспортные Ан-124 «Руслан», которые совершают регулярные рейсы на авиабазу «Хмеймим».

 

На стороне Дамаска в войне выступают российские многофункциональные истребители поколения «4++» Су-30СМ, созданные с учетом опыта эксплуатации в авиационных частях КНР и Индии. Эта машина позволяет одновременно вести бой с несколькими противниками, располагая 12 точками подвески для ракетно-бомбового вооружения. Су-30СМ оснащен двигателем АЛ-31Ф2, оборудованным системой отклоняемого вектора тяги, позволяющей осуществлять маневры со скоростью, недоступной самолетам ВВС Турции и Саудовской Аравии.

 

В арсенале авиационного вооружения класса «воздух-воздух» находятся:

 

  • ракета средней дальности Р-27П1 и Р27П1Ф (оснащены головной частью полуактивного радиолокационного наведения);
  • ракета средней дальности Р-27Т (инфракрасное наведение);
  • ракета малой дальности Р-73 (инфракрасное наведение);
  • ракета средней дальности Р-77 (она же РВВ-АЕ, активное радиолокационное наведение).

 

 

Эти ракеты позволяют реализовать потенциал бортовых РЛС российских истребителей и истребителей-бомбардировщиков. Другие самолеты ВКС РФ, принимающие участие в операции России в Сирии, Су-34 и Су-35 могут быть вооружены перечисленными выше ракетами в целях самообороны и для прикрытия других летательных аппаратов.

 

Как отмечают китайские аналитики, экипажи истребителей-бомбардировщиков Су-34 неоднократно применяли бортовую станцию активных помех САП-518 для подавления систем ПЗРК боевиков. По возможностям в сфере РЭБ российский самолет сопоставим с американским Е/А-18G Growler, который создан специально для противодействия как подразделениям ПВО, так и малозаметным самолетам пятого поколения. По данным КНР, именно Е/А-18G Growler имеет наибольшее число побед в учебных воздушных боях с истребителем F-22 Raptor.

 

Основное внимание китайских специалистов уделено самым современным истребителям ВКС РФ Су-35, которые были направлены в Сирию в январе. Китайские эксперты в области создания авиадвигателей надеются воспользоваться российскими разработками – двигателями 117С (известен как АЛ-41Ф), установленными на Су-35, которые ВВС НОАК получат согласно подписанному контракту. Этот двигатель при мощности 14 500 кгс позволяет истребителю совершать полет на сверхзвуковой скорости (1200 км/ч) без включения форсажного режима и положительно влияет на массу боевой нагрузки, которая достигла уровня восемь тонн.

 

Основная задача российских боевых самолетов – уничтожение инфраструктуры ИГ. Для ее выполнения будут применяться следующие образцы ракет, входящих в состав вооружения истребителей-бомбардировщиков Су-24М, Су-34, а также истребителей Су-30СМ, Су-35:

 

Су-30СМ, Су-35

 

Разведка ВВС НОАК внимательно изучает опыт применения в Сирии как тактической, так и стратегической авиации ВКС РФ, которая неоднократно задействовала стратегические бомбардировщики Ту-160, ТУ-95МС и Ту-22М3 для нанесения ракетно-бомбовых ударов по позициям исламистов. Эти самолеты могут быть оснащены образцами ракетного вооружения, приведенными ниже. Причем большинство вышеперечисленных боеприпасов принято на вооружение и успешно используется ВВС/ВКС РФ еще с 90-х.

 

Реальность с запахом иприта

 

Кроме изучения самолетов и авиационных боеприпасов САР, китайские специалисты анализируют образцы вооружения и военной техники ВВС Турции и Саудовской Аравии. По мнению аналитиков издания «Мировые вооруженные силы», наиболее подготовленными являются турецкие пилоты, которые выполняют полеты на истребителях производства США: F-16C/D и F-4E. Насчет F-16C/D китайские аналитики указывают, что самолеты подвергаются регулярным модернизациям, в результате которых турецкие машины обладают широкими возможностями по обстрелу воздушных и наземных целей. Истребитель F-16C/D Block 52 имеет хорошую маневренность, поскольку создавался специально для воздушного боя.

 

F-4E остаются в составе ВВС Турции, поскольку у Анкары не хватает финансов для перехода на другие типы самолетов. Это морально устаревший образец, недостаточно маневренный, а его бортовая РЛС не позволяет обнаруживать воздушные цели на дальности свыше 30 километров и обстреливать более двух самолетов противника. По мнению аналитиков ВВС КНР, возможности РЛС «Ирбис», установленной на Су-35, – обнаружение воздушных целей на расстоянии 300 километров – делают бессмысленным направление турецких самолетов в воздушное пространство САР.

 

Специалисты из КНР изучают летные и технические возможности ВВС Саудовской Аравии, оснащенных тяжелыми истребителями-бомбардировщиками F-15E «Страйк Игл» (производство США) и истребителями «Торнадо» (производство Великобритании, Германии и Италии). Самолеты F-15E «Страйк Игл» обладают высокими тактико-техническими характеристиками и могут быть оснащены широкой номенклатурой боеприпасов, тогда как уровень исправности и боеготовности полков ВВС КСА на базе «Торнадо» оставляет серьезные вопросы.

 

 

Химия войны

 

Что касается химического оружия, по мнению специалистов управления международных связей Министерства обороны КНР, до последнего времени группировки, воюющие в Сирии, использовали обычные вооружения. Однако на территории, контролируемой боевиками ИГ, после поражений правительственных войск в Ираке и Сирии исламисты получили доступ к образцам и небольшим запасам боевых отравляющих веществ (БОВ), которые впоследствии были ими неоднократно применены. Специальные службы стран Запада подтверждают, что в распоряжении ИГ находится несколько сот тонн компонентов для производства химического оружия, которые рассредоточены в 60 населенных пунктах Сирии и Ирака.

 

По данным издания «Мировые вооруженные силы», интернет-группировки исламистов неоднократно распространяли в открытом доступе объявления о покупке компонентов для изготовления БОВ. Такие приобретения помогли бы исламистам проводить наступательные операции против курдского ополчения в Сирии и Ираке, правительственных войск двух этих государств и осуществлять карательные операции в отношении «умеренных» группировок, воюющих против режима Асада.

 

По информации разведывательных служб КНР, террористам удалось сформировать группу разработчиков химического оружия из специалистов, прибывших из Ирака, Сирии, России, ряда стран Европейского союза и Юго-Восточной Азии. Руководителем группы являлся Абу Малик – бывший советник президента Ирака Саддама Хусейна. Известно, что в феврале 2016 года подразделение сил специальных операций ВС США осуществило захват одного из химиков в районе поселка Бабур в Ираке. Также руководители ИГ предпринимали попытки создания химического оружия и через похищение технологий из электронных баз данных ВС стран – членов НАТО. С этой целью хакеры группировки «Киберхалифат» неоднократно проводили спецоперации по заражению компьютеров ВС стран – членов Североатлантического альянса.

 

Аналитики Института войск радиационной, химической и биологической защиты НОАК замечают, что ИГ впервые получило доступ к химическому оружию после захвата в июне 2014 года одного из складов ВС Ирака вблизи Мосула. Там боевики обнаружили две тысячи пустых химических боеприпасов и около 600 емкостей с остатками иприта. В университете Мосула ими было найдено около 40 килограммов урановой руды. По оценкам китайских спецслужб, исламисты смогли также захватить некоторое количество БОВ на складах ВС САР, которые оказались на подконтрольной территории.

 

В августе 2013-го сторонники ИГ применили зарин в районе Алеппо, в августе 2015-го – в районе поселка Марейя на севере САР. В январе прошлого года исламисты использовали БОВ против курдского ополчения в районе Мосула. Водители-смертники осуществили подрывы машин вблизи населенного пункта. В августе и сентябре 2015-го минометные химические боеприпасы применялись против подразделений курдского ополчения, которое действует против террористов в северных районах Ирака и Сирии. По информации СМИ КНР, боевики ИГ использовали БОВ более 20 раз на территории одной только Сирии. В марте 2016-го исламисты применили химические боеприпасы в районе Киркука в Ираке, однако большого результата не добились.

 

Китайские специалисты подчеркивают, что только российские спецслужбы прилагают реальные усилия по борьбе с распространением химического оружия с территории Сирии и Ирака. Москва регулярно предупреждает Францию и Германию о вероятности перемещения в их направлении компонентов для быстрого изготовления взрывных устройств, содержащих компоненты химического оружия. Спецслужбы Королевства Марокко сообщают, что боевики ИГ ведут активную разработку химического и биологического оружия в лабораториях на севере Ирака и Сирии. Марокканское Управление по борьбе с терроризмом сотрудничает со своими коллегами из Алжира и США, что позволило собрать информацию о 1500 граждан королевства, которые выехали в Сирию для войны на стороне халифата. 275 из них смогли вернуться на родину и были арестованы.

 

Очевидно, что наличие БОВ в распоряжении ИГ подняло уровень террористической угрозы на новый уровень. Применение иприта или зарина в местах скопления людей – на станциях метрополитена, железной дороги, в кинотеатрах является реальной угрозой для европейских стран, спецслужбы которых не располагают необходимой агентурой в рядах исламистов. В этих условиях особенно актуальна разработка новых средств коллективной и индивидуальной защиты для мирного населения и военнослужащих. Не случайно на учениях «Северный гром» члены арабской антитеррористической коалиции отрабатывали действия в условиях применения противником химического и биологического оружия. Подразделения ВС США, дислоцированные в странах Персидского залива (ОАЭ, Саудовская Аравия, Катар, Кувейт, Бахрейн), регулярно проверяют способность своего личного состава выполнять боевые задачи при применении вероятным противником бактериологического, биологического и химического оружия.

 

Все вышесказанное означает, что военные действия против террористических групп и организаций в Сирии и Ираке, которые ведут войска САР, их региональные союзники, ВКС РФ, армия Ирака, курды и антитеррористическая коалиция, возглавляемая США, составляют единую систему, несмотря на отказ военно-политического руководства Соединенных Штатов признавать этот очевидный факт. Наличие в руках исламистов химического оружия означает необходимость перейти от заигрывания с их патронами и спонсорами – Турцией, Катаром и Саудовской Аравией – к реальному противостоянию с ИГ и другими салафитскими группами в отличие от политико-дипломатического маневрирования, которое идет в настоящее время в Вене и Женеве. Это касается в первую очередь США, Франции и Великобритании.

 

Евгений Сатановский

 

 

 

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
Himicheskoe_oruzhie_321204_prewu


bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1