На что должно «быстро реагировать» НАТО? Тимофей Сергейцев

Дата публикации: 17 мая 2016, 16:12

 

НАТО не сможет развернуть силы быстрого реагирования в условиях реального военного конфликта с Россией. Так говорят знающие люди. Слишком уязвимы эти силы будут на территории Польши и Прибалтики.

 

На что должно «быстро реагировать» НАТО?

 

Это разговор среди своих, считающих, что «что-то не так в датском королевстве». Мы, конечно, можем услышать в этих словах призыв к дальнейшему наращиванию — и освоению, разумеется, — бюджета (эти мотивы нам близки и понятны). Можно понять «партнёров» и так, что нужны ещё и «сверхбыстрые силы», вообще много-много сил, очень-очень сильных и разных.

 

Но невозможно не услышать за этой полемикой в стане «предполагаемого военного противника» (которая нет-нет, да и прорвётся в публичное пространство, пусть и анонимным порядком) вольной или невольной рефлексии насчёт самих целей создания альянса.

 

Бессильны силы быстрого реагирования против России, говорят военные специалисты самого НАТО. Говорят явно не политики, так как политики себе не то что слов — мыслей таких позволить не могут.

 

А на что в военном плане против России способно само НАТО? Давайте на секунду представим себе страшное, прежде всего для самих европейцев и командированных в Европу «на защиту свободы» американских военнослужащих. Представим, что и вправду началась война с Россией (непонятно зачем и как, но назад дороги нет).

 

Какова будет реакция потребительских обществ Европы и США на гибель своих людей? На расходы? Как будет координироваться всё это разношерстое воинство? Как будет подчиняться единому командованию?

 

А ведь у России военная доктрина предполагает использование для обороны тактического ядерного оружия, чтобы люди наши зря не гибли, и деньги народные целее были.

 

Пока что «свободные народы» Европы с трудом коллективно применяют против России смехотворные (по сравнению с любым реальным военным конфликтом) санкции.

 

Нелишне вспомнить, что у НАТО была и остаётся антивоенная функция: чтобы страны Старой Европы не воевали друг с другом. Эта функция органично сливается с другой функцией альянса — удерживать Европу под властью США. Бредни о российской угрозе являются хорошим идеологическим подспорьем и для того, и для другого, но они не могут служить реальной основой для военно-технического планирования.

 

Не то чтобы наши «партнёры» не желали России сгореть в огне войны, но вот кто её будет вести? Американцы хотели бы, чтобы это были европейцы. Европейцы — чтобы младоевропейцы, освобождённые страны европейского Востока, бывшие члены Варшавского договора типа Польши, а также примкнувшая к последней героическая Прибалтика. Всё бывшие части российской империи, заряжённые антироссийской ненавистью.

 

Но вот младоевропейцы тоже на деле совсем не горят желанием жертвовать и жизнью, и кошельком. Эти «свободные народы» хотели бы, чтобы за них грязную и тяжёлую работу по уборке «цивлизационного мусора» в нашем лице выполнили вообще пока ещё не-европейцы, недо-европейцы — Украина и Турция.

 

То есть всё соответствует современной либеральной логике любой деятельности, прежде всего бюджетной — многоступенчатый суб-суб-суб-подряд должен выполнить кто-то из совсем дешёвой страны. А все остальные управляющие уровни — поделить сверхприбыль.

 

Выглядит всё это нелепо, учитывая в том числе, какие оборонительные войны вела Россия в своей истории вообще и в двадцатом веке — в частности.

 

Разумеется, военный монстр НАТО, не позволяющий появиться армии Европейского Союза и стать последнему хотя бы прото-государством, с лёгкостью раздавит какую-нибудь букашку, класса бывшей Югославии, раздираемой внутренними военными конфликтами.

 

Вообще вся военно-техническая логика альянса (как и США самих по себе) построена на принципе реализации абсолютного военно-технического превосходства. Это логика гитлеровского блиц-крига, это логика Хиросимы и Нагасаки.

 

Жизнь показала, что ни та, ни другая логика не работают по отношению к России. Не будет абсолютного превосходства, ни ядерного, ни не-ядерного. Сирия показала, что русские прекрасно воюют даже не совсем за себя. Значит, не избежать огромных потерь — и человеческих, и материальных. Монстр НАТО биться с «русским монстром» не готов ни при каких обстоятельствах, а сказка о том, что русская армия — это пьяные, разложившиеся люди и неработающее ржавое старьё, очевидно для всех уже ничему не соответствует.

 

Зачем тогда НАТО? В смысле — в отношении России? На что именно оно должно «быстро отреагировать»? Зачем его упорно расширять и приближать к российским границам?

 

Зачем втягивать в него новые страны, которые в военно-техническом отношении могут стать только обузой, или так малы, что никакого реального вклада от них нет, они и малые взносы платить не могут, а влиять хотят на всё? Политический и бюджетный смысл этого колхоза понятен, а вот военно-технический? Ну, будет у среднестатистической прибалтийской республики один танк и один катер — и что с того? Кого они победят и в составе чего? Неужели всё так бессмысленно?

 

А вот и нет. Военно-технический смысл у НАТО, конечно же, есть, и находится он в прямом подчинении у политических целей, политической стратегии, как ему и положено.

 

Принцип абсолютного военно-технического превосходства (без которого, повторюсь, военная машина НАТО просто не работает) нереализуем в войне с Россией как с целостным государством.

 

Но вот если, скажем, Россию демонтировать на национальные (и не очень) «демократии» числом от двадцати и более, то для управления конфликтами между ними, для приведения их к порядку, для оккупации «пост-российского» пространства НАТО очень даже подходит.

 

Тут и логика «всем сестрам по серьгам» ложится как нельзя лучше — европейцы посерьёзнее получат куски пожирнее, остальные — как получится, но всё-таки никто не останется с пустыми руками.

 

Гитлеровская логика захвата жизненного пространства на востоке (то есть — нашей территории) для цивилизованной Европы никуда не делась. Только возглавляет Европу сегодня не Германия, а США, и не прямое военное вторжение готовится в первую очередь, а оккупация России, «порванной в клочки» (как позволил себе выразиться действующий американский президент) политическими и экономическими методами.

 

Разумеется, на очередную «русскую революцию» НАТО должно будет реагировать быстро и оперативно. Ценности и цели этой революции — окончательного и бесповоротного уничтожения единой России как государства — продвигает внутри России либеральное внутриполитическое сообщество, гордящееся своей связью и прямой «принадлежностью» США. Именно эту цель преследует политическая русофобия всех видов. Именно как символ и институт воспроизводства единой России, конкретная сила, сохраняющая Россию, неприемлем президент Путин.

 

Вот в это верят европейцы, младоевропейцы и недо-европейцы. Это их объединяет. Это главная общеевропейская надежда и ставка. На это будут списывать и грехи, и издержки, и преступления. Это и оправдывает средства. Вот этого реально ждут в Европе — и ничего другого, на это рассчитывают, этим оправдывают экономические и политические потери, которые приходится нести под давлением США в противостоянии с Россией. Ну не может она не развалиться! Ведь если этого всё-таки не случится, то зачем тогда было все остальное?

 

А для новых (и будущих — в собственном представлении) членов ЕС, вопрос ещё жёстче: мы же перешли на сторону «победителя» на его условиях (отнюдь не сладких) — и что? Где «победа»? Когда уже НАТО должно будет «быстро отреагировать»?

 

А Россия всё никак не разваливается.

 

Стоит себе и стоит.

 

Тимофей Сергейцев

 

 

 

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
Самые популярные новости соцсетей

bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1