20 апреля 2016 года глава ДНР не только ответил на вопросы жителей Харькова, но также пожелал в будущем пообщаться с жителями других областей Украины – Запорожской, Киевской и других.

 

Странно, зачем он это сделал?

 

Александр Захарченко

 

Зачем жителям Украины понимать, что глава ДНР – это не «какой-то там боевик, о котором рассказывают украинские СМИ», а вполне адекватный руководитель, озабоченный проблемами простых людей?

 

Обычная прямая линия главы государства проводится исключительно для граждан этого государства (например, прямые линии с президентом РФ) – понятно, для чего это делается: чтобы граждане смогли задать свои вопросы напрямую тому, кто может их решить.

 

Какие вопросы харьковчан или киевлян может решить глава другого государства – независимой (хоть и не признанной) ДНР?

 

Ответ, вероятно, скрыт в таком принципе: война заканчивается с разгромом врага.

 

Именно поэтому Красная Армия в 1944 году не остановилась на рубежах СССР, а пошла дальше – на Берлин.

 

Пока ополченцы не возьмут Киев и Львов – война для Донецка не завершится.

 

Данную реальность начали осознавать в ЛДНР уже давно, поэтому ровно год назад, 21 апреля 2015 года, глава ДНР сказал:

 

«Украина может войти в состав ДНР. Мы примем все братские республики: Харьковскую, Запорожскую, Львовскую, Одесскую, Киевские и другие. Страна должна переродиться».

 

Дальше этих слов тогда дело не пошло, а почему? Да потому что лето 2015 года началось с обострения в Марьинке, которое произошло 3-4 июня; и во время этого боя выяснилось, что ВСУ и ВСН примерно равны друг другу по силе! Поэтому-то лето 2015 года, в целом, прошло мирно.

 

В этом году ситуация стала более ясной для руководства ЛДНР, о чем в конце марта 2016 года сказал Эдуард Басурин — по его словам, Киев настроен на решение конфликта исключительно силовым способом.

 

Похоже, что именно в 2016 году в ЛДНР действительно начали активно готовиться к большой войне на значительной части территории Украины; именно поэтому глава ДНР и начал через Интернет общаться с жителями тех областей, которые, наиболее вероятно, в относительно ближайшем будущем увидят флаг ДНР в своем городе.

 

Общение лидера с простыми людьми повышает уровень их лояльности к нему, а освобождать всегда лучше, чем захватывать.

 

Но почему тогда ополченцам не дали приказа идти вперед?!

 

Судя по бесчисленным учениям, ВСН еще не достаточно сильны с точки зрения своих командиров. Война – это тяжелая работа, связанная с высоким риском для жизни и здоровья; когда говорят о героизме солдат, забывают о большом объеме работы, который выполняют воины. И работу эту надо делать хорошо: быстро подносить снаряды и патроны, точно стрелять, вовремя приходить в определенное место, хорошо ремонтировать военную технику, быстро спасать раненых и так далее. Кроме этого, каждый боец должен много знать: как лучше стрелять, как прятаться, как вести себя в разных боевых ситуациях и так далее. Как видно, воевать тоже надо уметь, и лучше учиться на полигоне, чем в реальном бою!

 

Среди ополчения и на Украине бытует мнение, что за время «Минска-2» ВСУ значительно усилились, поэтому ВСН не способны к большим военным успехам, а уж тем более не способны к войне по типу блицкрига. Это частично верное мнение – действительно, ВСУ стали сильнее, чем были в 2014 году, но это отнюдь не означает, что ВСН не смогут победить!

 

И как раз таки, судя по нежеланию руководства ЛДНР ввязываться в позиционные бои, ВСН станут воевать, именно стремясь реализовать стратегию блицкрига.

 

Для реализации стратегии блицкрига численное преимущество в пехоте и боевой техники не нужно. Если вспомнить летние бои на Донбассе, то ополченцы меньшими силами окружали в «котлах» более значительные по численности силы противника.

 

Организованность, доведенная до уровня идеального военного взаимодействия, плюс активные наступательные действия на сотни километров вглубь обороны противника – вот основа технологии блицкрига!

 

Таким образом, складывается картина предстоящего наступления ВСН: атака по технологии блицкрига с целью захвата территорий с более или менее лояльным ЛДНР населением.

 

И на вопрос – когда будет наступление? – ответ таков: СМИ об этом узнают последними!

 

Константин Щемелинин, специально для News Front