Трибунал для главы Евросовета. Максим Соколов

Дата публикации: 18 Апрель 2016, 17:56

 

Польша пребывает в идеологически совсем другом стане, но натуру не изменишь — как был самый веселый барак, так и остался

 

Выступая в Варшаве перед президентским дворцом, лидер правящей в Польше партии «Закон и справедливость» (ЗиС), ныне подвизающийся в роли то ли Дэн Сяопина, то ли Пилсудского (т. е. формально не занимающий никакой официальной должности, но которому, однако, до всего есть дело) бывший премьер-министр страны Ярослав Качиньский возложил ответственность за авиакатастрофу, в которой в 2010 году погибли его брат-близнец, президент Лех Качиньский, и еще 95 человек, на правительство Дональда Туска, ныне занимающего пост главы Европейского совета.

 

Дональд Туск

 

Ярослав Качиньский в 2006-2007 гг. служил премьером-близнецом при брате, но весной 2010 г., когда произошла катастрофа, в Польше было разделенное руководство: президент — от ЗиС и премьер — от «Гражданской платформы» (ГП). Когда в 2010 году шло расследование по горячим следам, претензий к Туску не было даже у Качиньского, тогда все казалось объективным и беспристрастным, но уже в 2011 году так не казалось.

 

Правда, главные претензии в 2011 году были к российским властям (вплоть до того, что тело брата-покойника подменили), а Туск тогда еще ни в чем таком замечен не был. В максимальной степени злохудожная натура нынешнего главы Евросовета раскрылась только сейчас.

 

Хотя и нынче о правовой ответственности Туска Качиньский все-таки говорит с достаточной (для него) осторожностью: «Трагедия под Смоленском не была случайностью. Вне зависимости от ее причин кто-то несет ответственность, хотя бы моральную. И эту ответственность несет прежнее правительство Дональда Туска. Они делали все, прибегали ко всем возможным способам, нарушали все правила, чтобы память умерла». Очевидно, имеется в виду, что за прошедшие шесть лет было сделано мало для монументальной пропаганды и увековечивания памяти пассажиров рокового литерного рейса. Зато теперь поставят статуи и в Варшаве, и в Кракове, и в иных местах, и память о Качиньском станет вечной.

 

Вина Туска, возможно, в том и состоит, что, изучив обстоятельства гибели Качиньского и его свиты, ставших жертвами своего мелкопоместного гонора, он рассудил, что самым разумным было бы спускание инцидента на тормозах. Прослушивание черного ящика делает немного чести погибшим, и лучшим вариантом тут было бы благоумолчание. Но в партии Качиньского решили по-другому: бояться нечего, массированная пропаганда все переможет, никакого неприличия не будет, а сам пан Туск — воистину безнравственный человек, если имеет по этой части какие-то сомнения.

 

Думается, даже если бы кончина Качиньского совпала по обстоятельствам с кончиной президента Франции Феликса Фора, а газеты с приличной и даже несколько надсадной скорбью писали бы, что президент до последнего вздоха отстаивал интересы родины, скептицизм Туска погубил бы его и тогда.

 

Хотя куда уж губить дальше. Министр обороны Польши Антоний Мацеревич заявил: «Туск имел полный контроль не только над расследованием, но и над каждым заявлением правительственных структур. Он утверждал, что берет на себя полную ответственность в этом деле. Однако доклад был подделан, а фальсификация правительством отчета должна иметь последствия. Туск должен предстать перед государственным трибуналом».

 

Звучит мрачновато. Даже если выйдет гуманнее, нежели в романсе про черную моль и летучую мышь: «Мой отец в октябре убежать не сумел, // Но для белых он сделал немало. // Срок пришел, и холодное слово «расстрел»// — Прозвучал приговор трибунала», — все равно глава Совета Европы, предстающий перед карающей саблей Речи Посполитой — это сильно и даже очень.

 

До сих пор еврочиновник (тем более столь высокопоставленный) пользовался безусловным иммунитетом у себя на родине. Причем скорее не по причине выданных несомненных гарантий, но просто «Кто ж его посадит, он же памятник!». Опять же всяко бывает, но наиболее вероятная причина неприятностей — коррупция да офшоры. Тогда как злополучному кашубу добрые соотечественники шьют ни много ни мало, как государственную измену. В Брюссельском обкоме давно уже забыли, что такой уголовный состав вообще бывает — а в Варшаве очень даже помнят.

 

Чем бы дело ни кончилось — то ли Туска под трибунал, то ли Мацеревича в дом скорби, но Польша верна своей репутации. Еще во времена СЭВа и Варшавского договора она пользовалась репутацией самого веселого барака в социалистическом лагере. Теперь того лагеря уже и нет давно, а Польша пребывает в идеологически совсем другом стане, но натуру не изменишь — как был самый веселый барак, так и остался.

 

Максим Соколов

 

 

 

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
Tusk_1069477865


bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1