Минск не соглашается на «Майдан». Дмитрий Родионов

   Дата публикации: 08 апреля 2016, 22:15

 

Несмотря на «потепление» отношений с Западом, Лукашенко готовится к «цветной революции» в Белоруссии

 

Александр Лукашенко

 

4 апреля парламент Белоруссии в первом чтении принял новую военную доктрину страны. По словам министра обороны Андрея Равкова, на сегодня старая редакция военной доктрины, действовавшая с 2002 го года, фактически выполнила свое стратегическое предназначение и уже не полностью соответствовала современной реальности. Новая же доктрина учитывает изменения военно-политической обстановки вокруг страны, расширение спектра источников военных угроз, уточняет подходы по определению военных опасностей для Белоруссии.

 

«Объективно в военно-политическом плане за время, прошедшее с момента ее принятия, в мире, в Европейском регионе и в нашем государстве произошли существенные перемены, которые действующая доктрина учитывает уже не в полной мере», — заявил он.

 

«Военная доктрина глубоко переработана, она является новым документом, который, тем не менее, сохранил оборонительную направленность в полном объеме. Мы никого не рассматриваем в качестве своего потенциального противника, никому не угрожаем, но свои интересы отстаивать будем всеми способами».

 

По словам Равкова, в основу военной доктрины положены выводы из системного анализа военно-политической обстановки, складывающейся вокруг Белоруссии и в мире.

 

«Особый акцент сделан на негативных тенденциях, связанных с разработкой концепции цветных революций и механизмов по изменению конституционного строя, нарушением территориальной целостности государств путем провоцирования внутренних вооруженных конфликтов», — цитирует главу оборонного ведомства БелТА.

 

Министр отметил, что источник внутренних и внешних угроз значительно расширен. По его словам, учтены факторы, которых лежат вне военной сферы, но которые, однако, существенно влияют на обеспечение обороноспособности страны. Кроме того, расширен спектр мер, которые будет предпринимать государство для обеспечения своей военной безопасности.

 

«При этом соответственно расширен и перечень мер, которые будет предпринимать государство для обеспечения своей военной безопасности. Впервые изложена активная позиция по предотвращению военного конфликта путем принятия превентивных мер стратегического сдерживания», — сообщил глава Минобороны.

 

Кроме того, отметил он, в документе учтены «все возможные варианты развязывания агрессии против Беларуси, в том числе — на стадии внутреннего вооруженного конфликта, спровоцированного извне с помощью гибридных способов противоборства».

 

«Сегодня помимо классических форм применения вооруженных сил типичным стало использование стратегии непрямых действий. Она предусматривает ведение военных действий чужими руками, массовое задействование радикальных экстремистских и террористических организаций, частных военных кампаний, широкое использование протестного потенциала населения», — сказал Равков.

 

При этом министр заявил, что принятие новой военной доктрины не приведёт к воссозданию «железного занавеса» в Европе: «Железного занавеса не будет, несмотря на то, что мы переработали доктрину в сфере обороны. Мы выступаем за то, чтобы все спорные вопросы решались мирным путем, путем переговоров, дипломатическим путем. Мы не рассматриваем никого из окружающих нас стран как противника, пока в отношении Белоруссии существует неагрессивная политика».

 

Равков также рассказал о готовности Минска сотрудничать с США и НАТО: «Мы не закрываемся и от тех организаций, которые мы традиционно считаем не совсем дружественными, может быть НАТО, США».

 

«Мы готовы работать с западными коллегами во всех форматах, — прокомментировал принятие новой военной доктрины председатель Палаты представителей Владимир Андрейченко. «Очевидную заинтересованность в развитии всесторонних связей с Белоруссией проявляют и наши партнеры. Полагаю, что развитию такого сотрудничества в рамках европейских парламентских структур будут способствовать планируемые визиты в Минск делегаций Парламентской конференции Балтийского моря, а также депутатов Европарламента».

 

Напомним, ранее Андрей Равков неоднократно заявлял о готовности Минска отразить угрозу «гибридной войны». «Сейчас модно говорить, что появилась новая форма ведения войны — „гибридная война“. Анализ событий в Северной Африке, на Ближнем Востоке, а сейчас и на Украине, те формы и способы, которыми ведутся эти войны, — мы к ним, если честно, начали готовиться ещё лет 15 назад», — заявил он в ноябре 2015 года.

 

Стоит также напомнить, что президент Белоруссии Александр Лукашенко ранее заявлял о готовности применить армию в случае угрозы «цветной революции» или «гибридной войны».

 

Отметим, что новая военная доктрина содержит запрет на участие армии в вооруженных операциях за границей

 

«Такого (участия в боевых действиях за границей — ред.) не будет никогда», — заявил Равков, напомнив, что «глава государства уже об этом говорил».

 

Преподаватель кафедры зарубежного регионоведения и внешней политики РГГУ Вадим Трухачёв уверен, что угроза «цветной революции» для Белоруссии никуда не делась.

 

— Несмотря на улучшение отношений с Западом, Лукашенко не стал для него «своим парнем». Он не полностью лоялен, он ведёт свою игру. А в ЕС и США предпочитают видеть во главе соседних с ЕС стран полностью подконтрольных правителей, полностью разделяющих западную линию и предпочитающих ослаблять связи с Россией.

 

Дмитрий Родионов: — Ранее Александр Лукашенко заявил о готовности применить армию в случае угрозы «цветной революции». Означает ли это, что он извлек уроки из свержения Януковича и подавит «Майдан» силой в случае возникновения такового в Белоруссии?

 

— Попытки «Майдана» в Белоруссии имели место неоднократно, и каждый раз Батька жёстко их подавлял. Угрозой санкций и запретов Лукашенко не испугать, так что он снова применит силу, если в его стране попытаются разыграть украинский сценарий. Он не будет трогать оппозиционный митинг, пока там не идут на приступ правительственных учреждений. Но как только раздастся подобный призыв — митинг разгонят.

 

— Некоторые эксперты считают, что украинский «Майдан» дал населению России и Белоруссии «иммунитет» от цветных революций на долгое время. Согласны ли вы с этим? Как долго может работать этот «иммунитет»?

 

— Безусловно, определённый «иммунитет» от «цветной революции» в Белоруссии возник. Украина для белорусов — братская и самая близкая страна, и они видят то, чем обернулись для неё события «майдана». Тем не менее, прививка не вечна. В случае существенного ухудшения уровня жизни народа, в случае особо массовых фальсификаций на выборах выступления с участием большого количества народа в Минске возможны. Не следует также забывать, что около пятой части населения Белоруссии составляют ориентированные на Польшу католики, для многих из которых вопрос о повороте страны на Запад является принципиальным, и «прививка от майдана» для них не является действенной.

 

— Министр обороны РБ Андрей Равков заявил, что Белоруссия не рассматривает никого из окружающих стран как противника. Существует ли сегодня внешняя угроза для Белоруссии? Или она рассчитывает на защиту Москвы? Что означает отказ от применения вооруженных сил за пределами страны?

 

—  Отказ от применения вооружённых сил за пределами Белоруссии существует уже давно, и здесь ничего нового Батька не изобрёл. И означал, и означает он то, что Белоруссии не полностью выполнит обязательства в рамках ОДКБ и в случае конфликтов в Средней Азии или Закавказье белорусы не отправят туда свои воинские подразделения… Непосредственной военной угрозы для Белоруссии сегодня нет, но есть угроза «майдана».

 

— Безусловно, принятие Белоруссией новой военной доктрины и частичное снятие со страны санкций Запада — вещи взаимосвязанные, хотя связь здесь, конечно, не прямая, — уверен политический аналитик международной мониторинговой организации CIS-EMO Станислав Бышок.

 

— Если и возможен некий «торг» между Минском и Вашингтоном, то он, очевидно, связан не с нарушением прав человека в Белоруссии, а с отношениями между Минском и Москвой.

 

Что же касается перемен в военно-политическом положении в мире, то они очевидны и связаны как с обострением отношений России и Запада, так и с развитием новых военных и информационных технологий, позволяющих достигать военно-политических целей немилитарными или частично немилитарными средствами.

 

— При этом в новой доктрине одной из основных угроз названа «цветная революция», Действительно ли угроза «цветной революции» для Белоруссии сохраняется?

 

— В России есть несколько глубоко сидящих идей-фикс в отношении соседней Белоруссии. Одна из них заключается в том, что у Лукашенко всё под контролем и никакой революции он не допустит. Даже если и предположить, что президент Белоруссии обладает возможностями тотального контроля над всей жизнью белорусского общества, то это не говорит ровным счётом о том, что будет в стране, скажем, послезавтра. Когда Лукашенко уйдёт, кто придёт ему на смену? И какую линию следующий президент страны изберёт в отношении Союзного государства России и Белоруссии? А в отношении ЕС и США?

 

В Белоруссии действуют сотни и сотни грантовых программ, финансируемых европейскими и американскими структурами. Они направлены, в частности, на развитие местного самоуправления. «Цветная революция» — это лишь одна из технологий смены власти в той или иной стране. Но есть и другие технологии, несколько более тонкие, которые могут быть при желании применены в Белоруссии.

 

— Сегодня стало модным говорить о «гибридных войнах». Что означает это слово в применении к белорусской ситуации? Кто и как может вести «гибридную войну» против Минска?

 

— У Белоруссии, в отличие от многих других постсоветских стран, нет территориальных споров с соседними государствами, как нет и сепаратизма. В этой связи понятие «гибридной войны» может трактоваться очень широко, в том числе как «информационная война». Под эгидой такого рода войны можно, если будет такая потребность, ограничивать деятельность не только местной оппозиции, но также и зарубежных НКО на территории страны.

 

— Ранее главный редактор официального издания Администрации президента Белоруссии «СБ» Павел Якубович заявлял: «Жизнь показала, что последние войны 90-х, 2000-х годов ведутся не массированными танковыми ударами, прорывами пехотных сил. Речь идет о войсках мобильных, „зеленых человечках“, технологиях и о гибридной войне — когда в деревне могут появиться несколько мужчин, которые признают ее своим княжеством». Это намек на Россию? Может ли это означать, что Минск опасается реализации у себя «крымского сценария»?

 

— Намёк на Россию в словах Якубовича очевиден. Если абстрагироваться от политической стороны заявления, то нет ничего необычного в том, что в Белоруссии тщательно изучают процессы, происходящие между соседними государствами и, в частности, в Крыму. Сделать вид, что неожиданное появление «вежливых людей» в Крыму и все последовавшие за этим события, — это нечто, не достойное внимания, было бы странно.

 

В Белоруссии «крымский сценарий» невозможен, если, опять же, абстрагироваться от политической стороны, по той причине, что страна достаточно гомогенна в языковом и мировоззренческом плане и не существует регионов, которые были бы существенно более пророссийскими и скептичными в отношении белорусской государственности, чем другие.

 

— Новая военная доктрина Белоруссии содержит запрет на участие армии в вооруженных операциях за границей? А как же ОДКБ и обязательства защищать членов организации? Выходит, Россия должна делать это в одиночку, а ОДКБ существует только на бумаге?

 

— У ОДКБ есть одна существенная деталь, роднящая организацию с НАТО. Обе организации имеют ярко выраженного лидера, который зачастую работает, что называется, за себя и за того парня. В этой связи двойственная позиция Белоруссии, которая, с одной стороны, должна соблюдать свою обязательства по ОДКБ, а, с другой, отказывается участвовать в вооружённых операциях на чужой территории, не должна нас смущать. НАТО — это США, ОДКБ — это Россия.

 

Дмитрий Родионов

 

 

 

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1