Нет террориста — нет проблемы. Александр Романович

   Дата публикации: 04 апреля 2016, 18:52

 

Сейчас, после вывода основного контингента российских войск из Сирии, можно подвести первые итоги этой военной операции. Потери и затраты общеизвестны. Погибло несколько солдат и офицеров, Турцией был сбит военный самолет, бюджету операция обошлась в 33 миллиарда рублей. Чтобы разобраться в выгодах, необходимо заглянуть чуть глубже.

 

Война в Сирии

 

Что привело наши войска в Сирию? Не желание во что бы то ни стало спасти режим Башара Аль-Асада, как говорят на Западе. Совершенно очевидно, что Россия находится в состоянии войны с террором. Недавние взрывы в Дагестане, уничтожение нашего самолёта в небе над Египтом, — все это звенья одной цепи. Остались недобитки в лесах Кавказа, ростки экстремизма пробиваются в Татарстане, где был убит заместитель муфтия республики. В Россию проникают не только боевики, но и идеология терроризма. Не будем забывать про весьма показательный случай со студенткой МГУ Варварой Карауловой, которая поехала воевать в Сирию на стороне ИГ (запрещено в РФ – ред.). Помимо неё в ряды террористов влились тысячи других жителей постсоветского пространства. И очевидно, что допустить возращение этих людей обратно в Россию было нельзя. Мы уже пережили захваты больницы, театра и школы, атаки на спящие города и дерзкие рейды мобильных групп и прекрасно знаем, к чему приведет новое расширение террористического подполья. Это кровь, слезы и боль. В мире мало стран, столько лет подряд воюющих с террором. Опыт подсказывает: только превентивные удары могли остановить новую волну атак и спасти многие человеческие жизни и судьбы. Благодаря умелым действиям наших военных тысячи боевиков навсегда останутся в сирийской пустыне. Нет террориста — нет проблемы.

 

Деньги, затраченные на операцию в Сирии, ранее предполагалось направить на проведение учений. Однако по эффективности никакие учения никогда не заменят реальные боевые действия. Задача перед Министерством обороны стояла весьма нетривиальная: в кратчайшие сроки развернуть мощную авиагруппировку, способную выполнять любые задачи командования и обеспеченную всем необходимым. И тут сработал огромный опыт Сергея Шойгу, наработанный еще в МЧС при ликвидации последствий стихийных бедствий. Вспомним действия российских десантников в Приштине. Прилететь — прилетели, а потом искали, где бы взять припасы, горючее и так далее. А сейчас в Сирии наши войска показали себя мобильными, отлично экипированными, способными действовать в любой ситуации. Моментально наладили и гуманитарную поддержку населения. Организовали по-настоящему эффективную работу с прессой: министерство предоставляло оперативные видео и полный отчёт о всех действиях, открыло постоянно работающий пресс-центр. Все это дорогого стоит. Бухгалтер во главе армии стоять не должен, министром обороны должен быть профессионал. Это только предстоит понять странам Европы, где армиями руководят политики, а не офицеры.

 

Прямым следствием успехов нашей армии в Сирии стал тот факт, что на выставке вооружений в Индии российский павильон пользовался ажиотажным интересом. Мы, что называется, показали товар лицом. Эксперты заявляют, что портфель на поставки отечественных вооружений за счёт такой, своего рода, рекламы может вырасти на 6−10 миллиардов долларов. А это высокотехнологичный экспорт, рабочие места, инвестиции в дальнейшие разработки. Средства, потраченные на действия в Сирии, вернутся многократно.

 

Резко изменилось и внешнеполитическое положение нашей страны. Сильно расширилась повестка для работы с зарубежными «партнерами»: если раньше их интересовал исключительно украинский кризис, то после появления в сирийском небе наших бомбардировщиков всему миру стало ясно, что с мнением России надо считаться. ИГ долго и беспроблемно существовало под ударами США и их 66 стран-союзниц, но реальные проблемы у террористов начались только после того, как к борьбе присоединилась Россия. И сразу террористы перестали наступать, начали терять людей, технику, склады, нефтяные вышки, а затем — и города, один за другим. Вот и Пальмира освобождена. Западные лидеры не смогли сказать об этом важнейшем событии ни слова. Зарубежные СМИ, однако, написали о «Русском Рэмбо», спецназовце, который, будучи окруженным террористами, вызвал огонь самолётов на себя.

 

Вообще стоит отметить изменение тональности европейских СМИ. Даже они поняли, что реальная угроза — это не Россия, сколько бы ни твердили из-за океана, а ИГ. Ещё пару лет назад «правозащитники» разлили в аэропорту Брюсселя искусственную кровь в знак протеста против антитеррористических операций Израиля. А сейчас там пролилась настоящая кровь. Война пришла к европейцам домой, и тот, кто считает, что в будущем терактов не будет, — наивный глупец. Среди тысяч беженцев просочились многие сотни террористов, которым просто нужно время для того, чтобы развернуться в полноценную сеть. И они легко смогли достать и применить взрывчатку не где-нибудь, а в городе — штаб-квартире НАТО! Что же может ждать, к примеру, тихий Страсбург, где тоже находится много институтов ЕС?

 

Правильно недавно сказал Дональд Трамп: США должны были действовать совместно с сирийской армией против ИГИЛ, как бы их ни раздражал Башар Аль-Асад. Это вопрос приоритетов. А в итоге Госдепартамент формирует подобие коалиции, действия которой не отличаются особой эффективностью. Пентагон поддерживает одни группировки, ЦРУ — другие, они воюют и с сирийской армией, и друг с другом. Все это имитация борьбы с террором для американского избирателя, не более. А потом пришла Россия и молча все исправила.

 

Александр Романович

 

 

 

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1