В черных зеркалах. Ольга Туханина

Дата публикации: 01 Апрель 2016, 08:57

 

В среду, 30 марта с.г., сразу три наших телевизионных политических ток-шоу — «Право голоса» (ТВЦ), «Специальный корреспондент» (Россия-1), «Время покажет» (Первый канал) — вышли в эфир с одной и той же темой: «информационная война Запада против России». Такие совпадения случаются довольно часто, когда на обсуждение выносят горячие темы: уход нашей группировки из Сирии, взрывы в Брюсселе, приговор по делу Савченко и т.д. Но в данном случае никакого особого события, в общем-то, не было. В двух случаях из трех новостным поводом послужило заявление пресс-секретаря президента о том, что готовится информационный вброс со стороны западных СМИ, а в третьем вообще никакого конкретного повода не было — программу начали с обсуждения преследований наших каналов, информационных агентств и журналистов как в Прибалтике, так и в других странах. Поэтому общая тематика выглядела как некий информационный залп из основных орудий. Это усугублялось еще и тем, что в ряде случаев одни и те же эксперты кочевали из программы в программу. Дмитрий Куликов и Виктор Третьяков участвовали в «Праве голоса» и «Специальном корреспонденте», Николай Стариков и Майкл Бом в «Специальном корреспонденте» и в программе «Время покажет».

 

Ковтун

 

Само собой, по одной теме одни и те же эксперты высказывались одинаково. Несмотря на такое оживление, ни в одной из программ  участникам так и не удалось выяснить, что же такое информационная война, каковы ее признаки, характерные особенности, в чем состоит искусство ее ведения, как понять, кто в ней проигрывает, а кто побеждает. Хотя почти все были согласны с тем, что такая война идет, а интенсивность боев увеличивается с каждым днем. Впервые фокус был перенесен с Украины на западные СМИ, хотя и Украина, разумеется, упоминалась часто.

 

Сказано было многое, многое было сказано правильно, однако общее впечатление все равно осталось странным. Какой-то сумбур вместо музыки. Не было предложено никакой методологии. Даже единомышленники, люди со схожими политическими позициями, не могли прийти к согласию по ряду принципиальных вопросов. Ну, к примеру, по самому простому: кто выигрывает?

 

Эксперты углублялись в самую древнюю историю, а вот недавнюю совсем упустили из виду. Информационная война же ведется информационным оружием, а никто не обратил внимание на элементарную вещь: в отличие от советской эпохи с Западом и Украиной мы сегодня воюем одинаковым оружием. Западного производства.

 

Это началось еще в конце 80-х, наверное, со знаменитой программы «Взгляд». Именно тогда советская школа журналистики стала стремительно уходить в прошлое, а наше телевидение и пресса активно начали осваивать западные форматы и приемы. Огромное количество журналистов в начале 90-х прошло через различные западные СМИ. Включая, между прочим, известную радиостанцию «Свобода», но не только. Командировки, стажировки, обучение на гранты. Телевидение глобализировалось быстрее всей остальной страны. Было освоено понятие «лицензии» — премьера капитал-шоу «Поле чудес» состоялась еще в СССР, осенью 1990 года. Покойный Влад Листьев, чье убийство не раскрыто и по сей день, начинал активно осваивать американское развлекательное телевидение. И не только развлекательное. Программа «Час пик» была полностью скопирована с шоу Ларри Кинга, вплоть до подтяжек ведущего. На НТВ начал работать «уникальный журналистский коллектив», быстро освоивший манеру подачи западных новостей. Кто-то тащил в страну польский Амаретто и сигареты More, а кто-то — западное телевидение, иногда в манере «напевая Карузо». И то, и другое было для народа в новинку, рейтинги росли.

 

К тому же, надо отметить, что распад Советского Союза мало повлиял на общее информационное поле. Москва оставалась центром, куда ехали «покорять мир» не только из российской провинции, но и из республик СНГ. Особенно в этом плане отличались граждане Украины и Белоруссии. Способствовала этому и редкая программа, сохранившаяся с советских времен — «Клуб Веселых и Находчивых» Александра Маслякова. На этой площадке, к примеру, мы впервые увидели актера Зеленского, о котором так много говорилось в последнее время. Потом, в нулевых, интенсивный обмен кадрами между республиками только креп. Российские сериалы снимались на Украине и в Белоруссии, потому что это было гораздо дешевле. Украинские и белорусские актеры и певцы приезжали на запись различных шоу в Москву. Это была единая, что называется, тусовка, где все знали всех, и у всех была приблизительно одна школа. Теперь многие из этих людей находятся по разные стороны баррикад. Другие делают вид, что находятся, а третьи пытаются жить и работать так, будто ничего и не случилось.

 

Поэтому интересно взглянуть, как отличается теперь информационная подача в России и на Украине. Ведь многие вещи у нас очень похожи, хотя мы и считаем, что полностью разошлись. У нас с Украиной даже есть по собственному Киселеву на каждой стороне.

 

И мы, и они делаем упор на бревна и соринки в чужих глазах, стараясь обходить молчанием свои собственные. Из-за этого складывается впечатление, будто информационное поле соседей превратилось в окончательную помойку, хотя это вовсе не так. И у нас, и у них есть консенсус по определенным темам. У нас по Крыму положительный, у них по Крыму отрицательный. И у нас, и у них используется схожая семантика. Мы говорим, что 37-й год наступил на Украине ( и приводим в качестве доказательств ряд фамилий). А они говорят, что 37-й год наступил у нас (и тоже приводят в доказательство ряд фамилий). Очень схожи пропагандистские фильмы, которые у нас привыкли связывать с форматом НТВ. У нас они называются всякими «алхимиями измены», а на Украине есть свои аналоги: «Гражданская оборона» (Егор Летов в гробу переворачивается) и «Антизомби» — обе выходят на канале ICTV. По слухам, пропаганду что у них, что у нас даже озвучивает один человек. Впрочем, это слухи.

 

Сходство видно невооруженным глазом, если выключить «гражданскую позицию» и попытаться взглянуть беспрестрастно. Но тем существеннее отличия.

 

Во-первых, сразу заметно, что российское телевидение намного профессиональнее во всем: работа оператора и режиссера, сценаристов. Даже одинаковые приемы выполнены у нас чище, манипуляции тоньше. Да и денег во все это вложено больше. Огромное отличие — работа наших корреспондентов на местах, особенно военных корреспондентов. Такое впечатление, что на Украине этого вовсе нет.

 

Во-вторых, на Украине не осталось никого, кто отстаивал хотя бы в малейшей степени пророссийскую позицию. И если сравнивать ток-шоу у них и у нас, то мы обнаружим, что за последние два года у соседей произошли сущностные изменения. Вот во времена Януковича все как раз было очень похоже, а сейчас уже нет. Те, кто на Украине отстаивал с экранов ТВ позицию сближения с Россией, давно живут в Москве или Донецке. А если они и остались на Украине, то на основных каналах их не видно. Нет на Украине своего «Дождя», нет никакой промосковской интеллигенции.

 

В-третьих, и мы, и они часто строим свои подачи на высказываниях противоположной стороны, на цитатах и фрагментах выступлений официальных лиц. Тут тоже есть, за что похвалить нашу прессу. У нас не вырывают цитаты из контекста, а на Украине часто их режут прямо под пах, иногда явно юмористические фразы выдают за серьезные высказывания. Единственный, кто так не делает — это Савик Шустер (надо же!). Но у Шустера на Украине большие неприятности. Его долго гоняли с канала на канал, заводили на него какие-то финансовые дела, теперь он вещает сам по себе через спутник. При этом, хотя цитирует он честно, никаких пророссийских вещей у него в студии не звучит и звучать не может, а сам он то и дело передергивает.

 

В целом, дела со свободой слова на Украине обстоят действительно намного хуже, чем у нас. Осталось лишь понять, насколько продуктивнее такой подход, если мы говорим об информационной войне. В качестве аргумента у нас обычно используют тот факт, что при СССР пресса на Западе была намного свободнее и, в результате, они выиграли. А теперь мы поменялись местами, поэтому у нас, дескать, теперь больше шансов, чем у них. И в тех же студиях сразу же заявляют, что именно на Украине мы катастрофически проигрываем, надо создавать какие-то каналы на украинском языке и прочее. Это как-то нелепо, как будто они там русского не понимают. Уж если я за два года научилась понимать украинский, то что же говорить о соседях, для которых русский в большинстве своем родной.

 

Вместе с тем, обсуждая степени свободы (а свобода ведь лучше, чем несвобода), наши бойцы информационной войны, как мне кажется, упускают из виду очень существенное отличие нынешнего времени от эпохи холодной войны. Тогда никто на Западе не допускал и доли того хамства, той дикости и наглости, которые сегодня позволяют себе самые высокопоставленные лица в Европе и США. Тогда и подумать было нельзя о провокациях и гонениях на наших журналистов. Никто не мешал снимать советским корреспондентам нищих возле помоек, никто не отказывал им в комментариях, никто не препятствовал распространению нашей прессы или своей коммунистической. В то же время все западные «голоса» были весьма корректны, пропаганда там давалась дозированно, на фоне бесконечных передач о литературе и музыке.

 

Сегодня все изменилось. Бесцеремонность достигла небывалых высот. Гости нашего телевидения и наши собственные либералы (за редким исключением) куражатся, хамят, долдонят одно и то же. Это никак не похоже на диалог, а напоминает бесконечную и бессмысленную свару. Вряд ли кто-нибудь под влиянием таких дискуссий способен поменять свое мнение. Мнение люди меняют под влиянием совсем других вещей. А вот к чему это приводит — так это к нарастанию всеобщего раздражения. Годами либералы добивались этого. Сейчас складывается впечатление, что наше телевидение в этом им усиленно помогает. Люди, которые привыкли орать на оппонентов в студии, потому что это даже не оппонент, а натуральный идеологический враг, после этого теряют способность вести разговор по разным вопросам со своими идейными сторонниками. Шаг влево, шаг вправо уже приравнивается к побегу.

 

Особенно заметно это стало в последнее время в социальных сетях. Если человеку кажется, что ты написал что-нибудь «предательское», то сразу же следует скандал. Это и раньше было, но теперь так себя начали вести люди, знакомые между собой. Каждый теперь знает, что такое линия партии и правительства, старательно колеблется вместе с ней и желает, чтобы ты колебался тоже. Появляются формулировки типа такой: «вроде бы правильный текст, но какой-то душок от него нехороший». Все это знакомо по поведению украинских друзей незадолго до Майдана, осенью 2013-го. Но по-прежнему все полагают, что «мы не такие» и «у нас такого быть не может никогда».

 

При этом, до сих пор у нас так и не выяснили, что же произошло с бывшими братьями. У нас любят говорить, что мы все еще один народ, что нашим врагом на Украине является только сам режим, а люди просто запуганы. И тут же говорят, что сила в правде. На Украине это слышат и многих там это безумно раздражает. Социология не подтверждает главного посыла нашей пропаганды. На Украине и в России друг к другу относятся негативно. То, что рейтинги Порошенко и Яценюка постоянно падают, не говорит о том, что рейтинги России растут с той же скоростью. На юго-востоке по-прежнему много пророссийски настроенных людей, но в центре и на западе их почти не осталось. А в среднем это дает те же цифры, которые с обратным знаком существуют и в России.

 

Полагаю, что основной причиной такого преображения небратьев является национальное унижение. Одна из самых благополучных республик Союза после распада могла бы стать процветающей и спокойной страной. Тем более, что жителям Украины постоянно говорили, какие они работящие и какие в России все пьющие. А уже к началу нулевых украинцы потянулись на работу в Россию. В 2004 на экраны вышел сериал «Моя прекрасная няня» — главная героиня там из Мариуполя. Няня-украинка уже на тот момент стала стандартом, а ведь и сама Россия только-только выкарабкивалась из ямы 90-х. Первый Майдан вернул было людям надежду, но она не оправдалась. Второй Майдан недаром назывался «революцией достоинства» — то было восстание униженных и оскорбленных. И чем же обернулось это восстание? Потерей территории, падением экономики и гробами. То есть, люди, желавшие вернуть себе достоинство, испытали еще большее национальное унижение.

 

Наши либералы привыкли сравнивать Россию с Веймарской республикой. Унижение немцев после проигрыша в Первой мировой привело к появлению нацизма. Так, мол. и в России будет. Но так пока случилось на Украине. Причины возникновения нацизма не оправдывали немцев, и не оправдывают украинцев (тех из них, кто заскакал). Но эти причины были, их надо учитывать.

 

Национальное унижение — крайне опасная вещь. На мой взгляд, сегодня это один из главных компонентов той самой информационной войны, который пытаются нам транслировать, чтобы унизить: вы в изоляции, весь мир вас ненавидит, никаких успехов нет — вас обманывают, ваши предки изверги… Ну и далее по всему списку. Ни один человек в своем уме подобный перечень не примет, но ответная реакция последует. Свобода слова хороша, но не стоит приглашать в качестве спикеров от условного Запада хамов, троллей, высокомерных снобов. Вначале они, быть может, и дают нужный для пропаганды эффект, но в конце концов у зрителей появляется закономерный вопрос: какого черта я в своей собственной стране с экрана своего собственного телевизора должен по десять раз в неделю выслушивать поношения в свой адрес, в адрес своей истории и своих родителей?

 

«Плохо может кончиться, родной». Но, кажется, я это уже говорила.

 

Ольга Туханина

 

 

 

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
kovtun


bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1