Возвращение Крыма  — начало излечения от травмы 1991 года

   Дата публикации: 17 марта 2016, 08:17

 

Два года назад Крым проголосовал за возвращение в Россию. Украинский кризис породил русскую весну – которую за прошедшее время уже не раз пытались похоронить. Но процесс, начавшийся в марте 2014 года, продолжается и не может быть ни обращен вспять, ни отменен до той поры, пока не будет достигнута его цель – собирание русского мира и реинтеграция постсоветского пространства.

 

Керчь

 

Крымский референдум стал возможен благодаря трагедии – в феврале 2014-го в Киеве произошел переворот. Часть народа Украины, втянувшаяся в Майдан, воспринимала это как революцию, другие как насильственное свержение пусть и плохой, но законной власти. В Крыму приход к власти в Киеве националистов, выступавших за переориентацию с России на Запад, был однозначно воспринят как угроза.

 

В России возвращение Крыма вызвало не просто огромный патриотический подъем – русские избавились от огромной травмы 1991 года, от комплекса побежденного народа. Побежденного не внешним противником, и даже не внутренними предателями (хотя и это было), а судьбой. Возвращение Крыма снимало проклятие разделенного народа – отныне эта тема из зажатой в угол национального самосознания стала важнейшей. Русский народ распрямился, снова поверил в то, что «нам нет преград», увидел, что и небываемое бывает – хотя с точки зрения истории всего-навсего вернул часть утраченного. Начался и новый этап в жизни той основы, что сохранилась сейчас от построенного русскими за тысячелетие государства – Российской Федерации. После 16 марта 2014 года все осознали, что вокруг нее снова может объединиться историческая Россия. Крым сдвинул то, что почти четверть века жило в народной душе. Родился не просто русский реванш – но русская надежда.

 

В первые месяцы после Крыма была надежда на то, что за полуостровом последует и восточная часть Украины, Новороссия – и это произошло бы, если бы распад Украины тогда не был приостановлен силовыми методами. Москва не стала вмешиваться, вводить войска – потому что Путин, как и все русские, считает всю Украину частью России, а всех, считающих себя украинцами, частью большого русского народа.

 

Воевать с ними – а ввод войск в любом случае встретил бы сопротивление хотя бы части воспитанных на русофобии «незалежников» — означало развязывать на территории Украины гражданскую войну, в которой одни русские будут воевать с другими русскими, пусть и называющими себя украинцами. В Москве не могли до конца поверить в то, что  Киев сам развяжет гражданскую войну – но так и произошло.

 

После фактического отделения от Украины Донецкой и Луганской республик стало понятно, что вопрос второго воссоединения России с Малороссией и Новороссией отодвигается во времени – пока что под крыло России возвращается только часть Донбасса. Но это не означало ни прекращения русской весны, ни отказа России и русских от стратегической цели – воссоединения русского мира.

 

Сколько лет займет этот процесс – 5, 10, 20, 50 – никто сейчас не знает. Но после марта 2014-го неизбежность этого осознается русскими совершенно отчетливо. Это не национальная идея, не цель существования РФ – это то, что ясно как день и ночь, как правда и ложь. «Русские всегда приходят за своими деньгами» – эта фальшивая цитата Бисмарка сегодня звучит как «русские всегда приходят за своими землями». И это не реваншизм, и не желание отомстить  – это гораздо большее. Это то, что нельзя выразить никакими терминами из птичьего языка политики – это чувство справедливости, то есть суть русского народа. Именно его освободил Крым.

 

Причем, говоря о русском мире, нужно понимать, что это не просто вопрос собирания всех русских в одном государстве, включающем в себя земли, на которых они сейчас живут. Речь идет о собирании пространства исторической России. Это не значит, что Россия включит в свой состав Таджикистан или Азербайджан – но это означает, что все страны так называемого постсоветского пространства будут возвращены в русскую орбиту в той или иной форме.

 

Кто-то путем вхождения в состав России – и это могут быть не только Белоруссия и Украина —  кто-то через вхождение в Евразийский союз, который неизбежно будет расти в сторону не просто экономического и оборонного союза, но и конфедерации, а потом и федерации. Страны Прибалтики, с их огромной долей русского населения и несколькими веками жизни в составе России могут, конечно, думать, что членство в НАТО и ЕС обозначает их «исторический выбор» — но посмотрим, что они же скажут через 20 лет.

 

Закавказье, в котором ни одна республика не имеет исторической перспективы вне союза с Россией, Средняя Азия, которая была вытолкнута взашей из состава СССР – все эти регионы, несмотря на огромные усилия, которые прилагают наши противники по их переориентации от России, все равно обречены на собирание вокруг Москвы. По разным причинам, главной из которых — и общей для всех – является то, что в критической ситуации, когда на кону будет стоять само сохранение этих народов, они сами выберут Россию. Тем более, если это будет самодостаточная, сильная и уверенная в себе Россия.

 

Но хочет ли этого русский народ – нужно ли ему больше, чем воссоединение территорий, населенных сейчас русскими людьми?

 

Как раз 17 марта будет 25 лет референдуму о сохранении СССР – единственному за всю историю Советского Союза. Тогда в той части страны, где он прошел (а это была большая часть государства) за сохранение обновленной федерации проголосовало три четверти избирателей. В России «за» был 71 процент, но через полгода Горбачев подготовил конфедеративный по сути договор, что стало поводом для «августовского путча», а еще через четыре месяца СССР распустили. Спустя 25 лет ВЦИОМ провел опрос о том, как бы граждане России сейчас ответили на вопрос, помещенный в бюллетени 17 марта 1991 года.

 

«Считаете ли Вы необходимым сохранение Союза Советских Социалистических Республик как обновлённой федерации равноправных суверенных республик, в которой будут в полной мере гарантироваться права и свободы человека любой национальности?»

 

Выяснилось, что цифры поддержки СССР сейчас даже выше, чем они были четверть века назад. «Да» ответили 64 процента опрощенных, «нет» сказали 20.  И если вычесть 16 процентов затруднившихся в ответом (то есть «не пришедших на референдум»), то получится, что за СССР высказались более чем трех четвертей русских. Причем большинство было достигнуто во всех возрастных группах – даже среди 18-24-летних, то есть родившихся уже после распада СССР соотношение 47 к 24, так же, как и среди 25-34-летних, которые или не помнят советский период или же застали его детьми (51 на 25).

 

И дело не просто в ностальгии по большой стране и социальному строю —  люди понимают, что произошло неправильное, нехорошее дело. Понимают, что тогда рухнула не «искусственная конструкция», а их страна, понимают, что нужно исправлять ошибки – чтобы не было стыдно перед старшим поколением и многими поколениями предков, создававших страну.

 

Это не значит, что мы будем воссоздавать клон СССР – это и невозможно, и неправильно. Нужно заново построить справедливую большую Россию, евразийскую державу, использующую всё лучшее и отвечающее национальному духу, что было в советском периоде русской истории. Это и будет русским возрождением, русской весной. И возвращение Крыма стало первым днем этой русской весны – которая будет продолжаться вопреки всем заморозкам и непогодам.

 

Петр Акопов

 

 

 

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1