Сотник Майдан. Лев Щаранский

   Дата публикации: 17 февраля 2016, 23:59

 

Сотник Павло Шехтман, позывной «Майдан», устало оглядывал окрестности Никитского бульвара, сидя на крыше танка «Оплот» 48-й сотни самообороны Майдана, приданной 3-й панцер-дивизии «Гетьман Порошенко». Дивизия только что вошла в центр столицы Северного Мордора, с боями пробившись с южного направления через Бутово и Чертаново. Режим диктатора Влада Путин рухнул стремительным домкратом после того, как арабские шейхи установили стоимость нефти 10 долларов за баррель. Президент Барак Обама выгнал российскую делегацию из Совета Безопасности ООН и объявил Россию нелегитимной. Сенатор Джон Маккейн, пан Качиньский и пан Порошенко, которого украинский народ провозгласил гетьманом, призвали мировое сообщество осуществить наземную операцию в Оркии, чтобы прогрессивное человечество раз и навсегда покончило с Ордой и угрозой цивилизованным странам. Украинская армия начала сокрушающий блицкриг, за два дня вернув в состав вильной державы Кубань, Белгород и Липецк. Турецкие десанты высадились в Крыму и при поддержке Меджлиса подняли над полуостровом флаги с полумесяцем. С запада ударили польские бронекавалерийские бригады, которые радостливо были встречены жителями Смоленщины. Эстонская и латвийская армии взяли Петербург в блокаду, а Ингерманландия была объявлена незалежным вассалом возрождающейся Великоэстии. Сибирь объявила вольготу и потребовала мировое сообщество взять ее под свой контроль.

 

руки прочь от украины

 

Колосс оказался на глиняных ногах. Вся мощь сколенновстающей Империи Зла развеялась как дым. Хваленые путинские соколы без боя захвачены в Сирии повстанцами ИГИЛ и мирными демонстрантами Аль_Каиды. А другой авиации у России не оказалось. Ядерные ракеты ожидаемо не взлетели после того как украинские инженеры Южмаша отказались проводить гарантийное техобслуживание в связи с переходом на пошив вышиванок. Элитные десантные дивизии давно были выбиты киборгами в Донецком аэропорту, которые продолжали его оборонять даже после того как украинская армия ушла далеко на север. Картонные Арматы полностью сгнили за время последнего парада 9-го мая. А кадыровский спецназ капитулировал перед отборными частями грузинской армии, вымуштрованной инструкторами НАТО.

 

Павло Шехтман был человеком тяжелой судьбы. Вынужденный родиться в Мордоре, он всю жизнь страдал, чувствуя свое неоркское происхождение. Поэтому, достигнув сознательного возраста, совершил внутреннюю эмиграцию в Химкинский лес, провозгласив себя экологическим активистом. Число сторонников Шехтмана росло и ширилось вместе с палаточным лагерем борцов с режимом на опушке Химлеса. У Павло были хорошие шансы стать мэром близлежащего города Химки и продолжить путь к вершинам политической власти в этой стране, но ближайшая сподвижница и экологиня Евгения Чирикова подставила подножку, с благословения Алексея Навального выдвинув свою кандидатуру. Задохнувшись от несправедливости, Павло Шехтман принял тяжелое решения эмигрировать в Украину, где судьба вознаградила его сполна.

 

Сразу после прибытия в столицу Гондора Киев Шехтман оказался героем ряда политических телепрограмм и одного кулинарного шоу, резко набрав политический вес. Президент Порошенко не мог обойти вниманием такую фигуру и сразу назначил его советником по политическим и военным вопросам. Казалось можно усесться в огромном кабинете и заняться бумажной работой, зарабатывая капитал на борьбе с коррупцией, но не таков был неистовый Павло. Шехтман лично устраивал рейды в киевском общественном транспорте, выявлял зрадников, ганьбовиков, титушек и бытовых сепаратистов, проверял качество исполнения гимна Украины и по часам сверял тайминг скачек хто не москаль. А анонимная линия СБУ уже выучила голос радника президента и услужливо встречала его словами «Добре спозоранку пане Шехтман».

 

Несмотря на то что Украина дала Шехтману гидность, и из химкинского полубомжа-курьера он превратился в уважаемого человека, внутренняя боль по-прежнему не оставляла экологического активиста, требуя жажды мести. И когда украинская армия объявила джихад-поход против Московии, Павло был в первых рядах дибривильцев. Ему претило отсиживаться где-нибудь в тылу, продавая джавелины Гиви и Мотороле, он хотел быть в первых рядах. Поэтому собрал собственный отряд неустрашимых киборгов, украинских патриотов и гражданских активистов, жаждущих крови москалей. Так и родилась легендарная 48-я сотня самообороны Майдана.

 

Сотня шла в авангарде украинского добровольческого танкового корпуса “Heeresgruppe Nordukraine”, дерзко врываясь в города и села, срывая рашистксие флаги и водружая прапоры Украины. Мотоциклетные коляски бойцов 48-й сотни были переполнены трофейными гусями и курами, но подразделение неумолимо двигалось к Москве, оставляя позади горящие Ростов, Омск и Калугу. Путин, просидевший первые десять дней войны под столом в Кремле, на одиннадцатый день сел в вертолет и улетел в Северную Корею. 58-я армия и Дзержинская дивизия безоговорочно капитулировали, а командующий ВДВ генерал Шаманов передал свою саблю командиру танкового корпуса генерал-атаману Семену Семенченко.

 

Перемога была близка. Три танка Абрамс, пять танков Оплот, десяток мотоциклов с колясками и шесть самодельных гантраков 48-й сотни неторопливо двигались по Арбату в сторону Жан-Жака на Никитской, по пути раздавив стену Цоя и ограбив Макдональдс перед Смоленской. «Революция все спишет», — злобно думал Шехтман и стрелял из джавелина по ресторану «Прага». Вот и родной Жан-Жак. Несмотря на царящий в городе хаос, погромы и панику, заведение было полно элитой креативного класса, которая с цветами, чаем, кофе, теплыми вещами и хорошим настроением пришла встречать украинских освободителей.

 

Павло Шехтман, перекинув автомат через плечо, переступил порог заведения и брезгливо поморщился. Креаклы, дурналисты «Дождя», вагинальные члены фонда борьбы с коррупцией и модные хипстеры заискивающе глядели на сотника, несколько геев торопливо вскочили и начали петь «Ще не вмерла». А Майдана вдруг охватила дикая необузданная и слепая ненависть. Ему вдруг вспомнилось, что когда он долгими зимами ночевал по колено в воде в палатке Химлеса или ел несвежий ролтон с киевскими бомжами в парке Победы, все эти нарядные мальчики и девочки весело покупали новенькие айфоны на родительские деньги, радостно винтились в автозаки для селфи в инстаграмме и считали пятнадцатидневные сроки Навальному и Яшину вершиной земной несправедливости.

 

Шехтмана узнали, атмосфера разрядилась, креаклы начали снова улыбаться и заказывать смузи, натужено восклицая «Слава Украине! Героям слава!». Демократический юморист Виктор Шендерович юрко подскочил к Павло из-за спин Жоры Албурова и Ромы Доброхотова. «Пашка, здорова засранец, хахаха, че стоим, кого ждем, хахаха. Бери своих хлопцев, тут недалеко ювелирный салон, хахаха». Это было последней каплей. Майдан вспомнил как в старые времена Шендерович за невинную штуку про матрас забанил его на фейсбуке и обозвал гнилозубом. Ярость захлестнула сотника и он негромко произнес «Повесить». За спиной вырос штатный палач 48-й сотни Тарас Джихади и накинул на шею юмориста петлю. «Это провокация, антисемитизм, я буду жаловаться!», — заверещал Шендерович, а его фигура вдруг обмякла, в воздухе нехорошо запахло. «Геть жидив!», — махнул Шехтман своим бойцам и орудие ближайшего Оплота задралось наверх, увлекая за собой болтающего подобно стрелке осциллографа ногами светило либеральной дурналистики.

 

Шокированная интеллигенция с ужасом взирала на конвульсии Шендеровича. Совестливый Володя Варфоломеев на правах мэтра «Эха Москвы» несмело подошел к Шехтману с громадной кипой распечаток на А4, встал на колени и пробил челом об пол три раза. «Простите нас пан Павло за все преступления проклятой русни. Мы все здесь за Украину. А вот список люстрации, я тщательно вносил любого, высказавшегося в поддержку режима. Слава Украине!». Шехтман презрительно поворошил ногой ворох бумаг и со всей силы врезал сапогом в лицо редактора либерального радио. «Вы все здесь мрази и москали!», — взвопил Павло Шехтман, – «Бандера разберется кто свой, а кто зрадник. Сжечь всех нахуй!». Поручик Михась, кавалер ордена «Одесская люстрация», радостно осклабился и дал команду двум бойцам с огнеметами. Патриоты Украины знали в этом толк.

 

Шехтман еще неторопливо шел по Никитскому, не оглядываясь на дикие вопли сгоравших в модном кафе, а в фейсбуке адвокат пан Фейгенюк уже собрал первую тысячу лайков за пост «В Жан-Жаке куча москальских ублюдков, притворяющихся либералами, сожгли себя сами. #FreeSavchenko. Слава Украине!». Над Москвой опускался багровый закат, в котором сотник Майдан приближался к Пушкинской. Сегодня ему предстояло много работы.

 

С уважением, Лев Щаранский

 

 

 

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1