КНДР: водородный блеф или реальность? Анатолий Соколов

   Дата публикации: 11 января 2016, 14:23

 

Что стоит за сообщением об испытании водородной бомбы Северной Кореей

 

Испытание водородной бомбы, проведенное, по сообщению официальных СМИ страны, в Северной Корее, стало своеобразным «подарком» для мирового сообщества в первые дни наступившего 2016 года. Ответная консолидированная реакция была резко отрицательной, а очередное ужесточение международных санкций может еще более изолировать КНДР от остального мира. Но похоже, что Ким Чен Ын решил играть по-крупному: в ответ Северная Корея заявила о том, что ей «придется принять более жесткие меры, чем ядерное испытание».

 

КНДР: водородный блеф или реальность?

 

Реальны подобные угрозы или это очередной шантаж мировой общественности со стороны КНДР — однозначно сегодня утверждать невозможно. С одной стороны, несомненные достижения Северной Кореи в области создания ядерного оружия и развития ракетных технологий подтверждают факты. Но и оснований утверждать, что КНДР может применить такое оружие, нет.

 

Ядерная программа КНДР на основе плутония реализуется с 50-х годов, после того как на ее территории были обнаружены несколько месторождений урана (разведанные запасы составляют 26 млн тонн), из которых четыре пригодны для промышленной разработки. В 1964 году на советском реакторе ИРТ-2000 в Йонбёне начались исследования, а в 1986 году стало известно, что там расположен и второй ядерный реактор с установкой по производству для него топлива. В том же году КНДР сняла с себя обязательства в рамках Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО) и соглашения с МАГАТЭ о взаимных гарантиях.

 

В феврале 2005 года КНДР признала наличие собственного ядерного оружия и в октябре 2006-го осуществила первый подземный взрыв ядерного устройства мощностью до 15 килотонн. В апреле 2009 года в ответ на осуждение Совбезом ООН запуска (05.04.2009) северокорейской ракеты со спутником КНДР возобновила свою ядерную программу и вышла из шестисторонних переговоров. В мае 2009-го был взорван второй ядерный заряд мощностью 10–20 килотонн. Тогда же была запущена зенитная ракета дальностью до 80 километров и заявлено об успехах в термоядерном синтезе. В ноябре 2010 года прозвучало официальное заявление о расширении ядерной программы.

 

По состоянию на конец 2012 года КНДР имела около 40 килограммов оружейного плутония, и, по оценкам экспертов, к 2020 году Пхеньян может иметь 79 ядерных боезарядов. В феврале 2013 года Кореей испытано третье ядерное устройство мощностью 5 килотонн. Факт испытания стал «ответом» на расширение санкций после вывода на орбиту в декабре 2012 года северокорейского искусственного спутника.

 

В последующем КНДР неоднократно запускала ракеты различной дальности и назначения, начала эксплуатировать новый завод с 2 тыс. центрифуг для обогащения урана, спустила на воду подводную лодку для подводных ракетных пусков. Спутники в 2014–2015 годах неоднократно регистрировали ядерную активность Северной Кореи, в том числе перезапуск реактора в Йонбёне для производства плутония. В феврале 2015-го была испытана новая самонаводящаяся противокорабельная ракета, а в марте — семь ракет класса «земля — воздух».

 

В мае прошлого года состоялся первый подводный пуск баллистической ракеты, а с марта по май запущены три ракеты малой дальности в акватории Японского моря. В декабре 2015 года Ким Чен Ын заявил о наличии в КНДР водородной бомбы, а 6 января было взорвано уже четвертое ядерное устройство пока не установленного типа. Это «захватывающее событие», по оценке северокорейского агентства KCNA, произошло в 10:00 (4:00 мск) 6 января, на 105-м году со дня рождения «великого кормчего» Ким Ир Сена. Реальность подземного взрыва на глубине примерно 100 метров мощностью около 6 килотонн подтвердило зафиксированное землетрясение магнитудой 4,8–5,1 балла.

 

Через два дня после «успешного взрыва водородной бомбы» КНДР демонстрирует видео второго (21.12.2015), успешного подводного ракетного пуска. В отличие от первого и неудачного майского (наклонный старт под углом 45 градусов с падением ракеты через 200 метров полета) нынешний пуск был вертикальным, а маршевый двигатель сработал на высоте 30–40 метров. Как считают южнокорейцы, в области развития ракетных систем подводного базирования КНДР продвигается куда быстрее, чем считалось до этого.

 

Эти и другие реальные факты продолжающейся реализации ядерной программы КНДР позволяют сделать следующие выводы.

 

Первый и главный из них: несмотря на крайне ограниченные финансово-экономические возможности, КНДР неуклонно реализует планы по развитию своих ракетных технологий и созданию собственного ядерного оружия. Как заявил ведущий эксперт Центра военно-политических исследований МГИМО Михаил Александров, КНДР добилась огромных успехов в научно-технической области.

 

Сомнения США и других ведущих стран в способности Северной Кореи создать водородную бомбу пока не подтверждаются реальными данными. Как считают в Минобороны Южной Кореи, за прошедшие 15 лет с начала ядерных разработок в КНДР сегодня в стране существует база для создания термоядерного оружия. Для сравнения, более высокоразвитые технически страны провели испытания такого оружия через 10 лет после первых ядерных испытаний.

 

Второе. Даже если допустить, что это был взрыв водородного устройства, можно утверждать, что оно не может быть использовано в качестве ракетной боеголовки или авиационного боеприпаса. Слишком мал временной промежуток между заявлением о наличии такого оружия и возможностью его применения. По оценкам специалистов Южной Кореи, масса ядерного устройства северян составляет сегодня около 4 тонн, а боеголовка (с учетом имеющихся у КНДР ракет) должна быть в пределах 500–600 килограммов.

 

Тем не менее это весьма тревожный симптом для всего мира, в том числе и России как непосредственного соседа КНДР. Без внимания, определенных выводов и соответствующих последствий этот факт оставаться не должен. Сегодня КНДР имеет ракеты, которые потенциально могут нести термоядерную боеголовку. Это ракеты типа «Скад-В», «Скад-С» и «Скад-ЕР» (дальность до 100 км), «Хвасон-5» и «Хвасон-6» (320–700 км), «Нодон-1» (до 1,5 тыс. км) и «Нодон-2» (2,5–4 тыс. км).

 

Третье. Последний взрыв в КНДР несет угрозу для мирового сообщества, но принципиально общую ситуацию при всей отмороженности военно-политического руководства страны чучхе не меняет. С 1953 года КНДР не воевала и вряд ли в нынешней ситуации осмелится это сделать. Вместе с тем в Северной Корее четко понимают: страны, не имеющие эффективной армии и оружия массового поражения, могут повторить печальный опыт Югославии, Ирака, Афганистана, Ливии, Сирии и Йемена.

 

Таким образом, соотношение между вероятностью обладания КНДР водородной бомбой и блефом с ее стороны по этому поводу оценивается как 50 на 50 с тенденцией увеличения в сторону последнего. Тем не менее установление реального положения вещей должно сопровождаться «перекрытием кислорода» для продолжения развития программы ядерного оружия КНДР. В таких случаях, как говорится, береженого Бог бережет. Ведь заявление 11 декабря Ким Чен Ына о возможности «взорвать атомную и водородную бомбы» для защиты Северной Кореи многие также рассматривали как своего рода блеф.

 

Получается, что зря.

 

Анатолий Соколов

 

 

 

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1