Не верю в «братский украинский народ». Игорь Орцев

   Дата публикации: 07 января 2016, 14:17

 

Патриарх всея Руси Кирилл призывает народ Украины к миру и единству, а в это время в Киеве поджигают православный храм Московского Патриархата. Президент России Путин дает добро на подачу газа из Крыма в замерзающий Геническ, а по другую сторону перешейка продолжают взрывать опоры ЛЭП и строят новые блокадные планы. Глава ЛНР Плотницкий в честь Рождества Христова инициирует возвращение домой всех без исключения военнопленных, а на Украине продолжаются облавы на сочувствующих Донбассу, да и откровенная «охота на ведьм» идет. Во всех российских СМИ, в риторике Кремля, словом, повсюду используется термин «братский украинский народ», а «братские» СМИ не понижают уровень ненависти, а уровень мастерства по производству фейков только повышают. Сам же украинский народ, судя по социальным сетям, выздоравливать не собирается. Поэтому, я не верю в «братский украинский народ».

 

Не верю в «братский украинский народ»

 

Не верю, потому что «братский украинский народ» проголосовал на очередных выборах в большинстве своем за представителей тех политических сил, которые называют Россию врагом номер один. Восток показал несколько иные политические симпатии, но только незначительная его часть. Да и «братский украинский народ» оказался не братским не только российскому, а также и тому, с которым прожил бок о бок, начиная с 1939 года, когда мечта украинских националистов была наконец-то реализована товарищем Сталиным: Украина тогда стала единой.

 

Собственно, условная граница между Западом и Востоком Украины существовала всегда, но проходила она прежде далеко от Киева — ближе к Львовщине и Ивано-Франковщине. Именно там и был ареал обитания истинно «братского украинского народа». Майдан №1 границу сместил, подмяв под себя Киев. Майдан №2 продолжил, начатую в 2004, оккупацию селом города. Причем так активно, да с такой лютой злобой, что основательно залил кровью свой путь. Кровавая волна разбилась лишь о волнорез Донбасса, принеся много горя. Но то пространство, которое она накрыла собой, как-то непроизвольно превращается в провинцию Западной Украины.

 

Напомню, что пляски на костях советских воинов, установка памятников упырям, замена названий улиц, носивших имена Ленина и даже Пушкина, на бандеро-шухевичей, марши в честь дивизии СС «Галичина» и многое другое, — все это началось на Западной Украине, как только страна обрела пресловутую «нэзалэжнисть». И там же все это процветало вплоть до оранжевой, прости, Господи, «революции». Оранжевая чума потом постепенно расползалась, приобретая коричневые оттенки. Спустя десять лет, аккурат в «революцию», опять прости, Господи, «гидности» она уже имела четкий темно-коричневый цвет. Теперь все то, что вызывало отвращение у жителей другой Украины – центральной, а особенно юго-восточной, там прижилось. Поэтому, можно констатировать следующее: «братский украинский народ» сформировался в политическую нацию, как бы это кому-то не хотелось признавать. А вот признаки, идеология, да и в целом качество этой нации – вопрос другой.

 

Если говорить о качестве украинской политической нации, то скажем откровенно – это откровенное дерьмо. И процесс дерьмонизации нации продолжается. Кто не пожелал в этом участвовать, тот ушел – это Крым и Донбасс. С территорий, которые не смогли отстоять свое мнение, как Одесса и Харьков, люди, не жалеющие превращаться в дерьмо, уехали. Те, кто остался, в силу различных обстоятельств, сидят – либо в тюрьмах, либо в глубоком подполье. Но и этих людей вскоре выдавят. Либо уничтожат. Либо недовольные смирятся. А через 20-25 лет вырастет на Украине новое поколение. Поколение, воспитанное по новым методичкам, в которых главный лозунг — «Москалей на ножи!». Именно этот лозунг впитывало с молоком матери несколько поколений «братского украинского народа», который выполз из западно-украинского села и в результате двух псевдореволюций захватил крупнейшие промышленные города Украины. Вспомним, как массово, тревожно и празднично провожали на майданы поезда и автобусы с Западной Украины. Как на Великую Отечественную. Только вместо «Прощания славянки» звучали там другие, не славянские, песни. Они теперь — не славяне. Они теперь – уникальная европейская нация. Я пессимист и не верю в откат процесса. Тому есть причины.

 

«Первая причина – это боль. А вторая, то, что умерла любовь», как загибал пальцы популярный певец и композитор Николаев. А главная – я не верю в то, что смена политического режима на Украине, даже на самый-самый «прокремлевский», сможет «братский украинский народ», который сегодня олицетворяет западно-украинское село, заставить полюбить российский народ. Товарищ Сталин не смог этого сделать – ни амнистированием тех, кто воевал в УПА, «Роланд», «Нахтигаль» и СС «Галичина», ни цивилизационным процессом Западной Украины. Куда уж нынешним до Сталина…

 

Вариант, конечно, есть. Чтобы украинский народ вновь стал братским российскому, а также народу Донбасса, который пока непонятно чьих будет. Этот вариант заключается в исправлении роковой ошибки товарища Сталина. А также товарища Ленина. Следует вернуть Украину в состояние до 1939 года. Советские вожди напрасно верили в «братский украинский народ». Похоже, что нынешние российские, повторяют печальный опыт Ленина-Сталина. Мантры о «братском украинском народе» не работают! И не заработают, пока Украина будет под гнетом идеологии западно-украинского бандеровского села. А она живучая — эта идеология, как показало время! Освобождение заключается в разделении. Вот когда «братский украинский народ» вернется в привычную среду своего обитания, на освобожденной территории останется тот народ, который по-настоящему можно будет назвать братским. Спустя время, конечно. И, вероятнее всего, тогда формулировка «украинский» отпадет сама по себе.

 

Игорь Орцев, специально для News Front

Игорь Орцев

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1