«Эффект Путина» изменил расклад сил в конфронтации с США. Ростислав Ищенко

Дата публикации: 08 Декабрь 2015, 23:38

 

Президент центра системного анализа и прогнозирования Ростислав Ищенко рассказывает, когда началось глобальное противостояние России и США, в какой момент оно превратилось в гибридную войну, и как эффект Путина и его команды изменил расклад сил в конфронтации Москвы и Вашингтона.

 

 

В конце 90-х США прошли точку возврата, вилку, когда можно было выбрать другой путь
Политическое руководство смогло изменить расклад — сказался эффект Путина, эффект его команды.

 
Глобальная конфронтация между Россией и США началась в конце 90-х – начале 2000-х. Сначала незаметно, но потом пошла по нарастающей. Ну и в режим горячей войны чужими руками, сейчас так называют гибридную войну, она перешла тоже не сегодня.

 

Первый неудавшийся государственный переворот в рамках цветной революции на постсоветском пространстве должен был состояться на Украине в 2002 году, может быть даже чуть раньше. Потому что сначала был «кассетный скандал», потом акция «Украина без Кучмы», но переворот произошел сначала в Грузии, потом уже удавшийся переворот на Украине в 2004 году.

 

Что это за перевороты? Ведь Шеварднадзе и Кучма были вполне прозападными президентами, собирались дружить с Западом, вступать в НАТО, в ЕС, да куда угодно, лишь бы их принимали. Казалось бы, зачем убирать своего и менять на другого своего. А убирали, потому что у них превалировала концепция многовекторности, когда страна старалась немного подзаработать, колеблясь между Россией и Западом.

 

И вот фактически в 2000 году США ясно дали понять, что колебания и многовекторности быть не может, нужны люди, которые будут четко выполнять приказы. Это был уже этап конфронтации с Россией, потому что вопреки договоренностям, которые существовали и в устном, и в письменном формате, Россию начали выдавливать с постсоветского пространства.

 

Хотя еще в начале 90-х годов президент Клинтон заявлял, что постсоветское пространство является неотъемлемой сферой интересов России, и никто не собирается туда вторгаться. И дальше конфронтация между двумя ядерными державами идет по одному алгоритму. Если вас не победили сразу, то дальше проблема только нарастает, а цена вопросов и ставки повышаются.

 

И мы тоже можем отследить повышение ставок.

 

Если в 2004-2005 году происходили перевороты в Грузии, на Украине, в Киргизии, то речь шла о такой мягкой смене режима, русофобия не была доминирующим отличием. То уже во время переворотов 2012-2013 годов независимо от того, в какой стране они происходят, речь идет о жестком национализме, на грани нацизма. Причем даже последний переворот в Молдавии, в котором пришли к власти евроориентированные силы, он ведь и по лозунгам, и по исполнению был близок, к тому, что произошло в 2013 году на Украине. И там сейчас тоже очень жесткий режим введен. Мы видим, как ужесточаются, становятся русофобскими режимы в Прибалтике. Понятно, что все это мозаики одной и той же игры.

 

В конце 90-х США прошли точку возврата , вилку, когда можно было выбрать другой путь –сохранение американского доминирования на планете, он был более сложным, но менее затратным. Вместо того, чтобы наступать на болевые точки России, поддерживать уровень адекватности режима, в Вашингтоне решили, что Россия надломленная и ее можно быстро доломать. Они выбрали метод активного продвижения в сферы российского влияния, активное занятие важных для России стратегических точек, тем самым поставив Россию перед выбором — либо капитулировать сразу, либо вступать в конфликт.

 

Но за 15 лет российское политическое руководство смогло изменить расклад — сказался эффект Путина, эффект его команды.

 

От лидеров зависит принятие решений и если бы четко не работала команда, то нельзя было бы сделать из России 1990-го года Россию 2015-го года, тем более в условиях серьезного внешнего давления и конфронтации с США.

 

 

Ростислав Ищенко

 

 

 

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
image


bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1