Вопрос дня | Ирина Алкснис

   Дата публикации: 30 ноября 2015, 12:07

 

Сегодня в Париже начинается климатический саммит. Однако главный интерес в связи с мероприятием вызывает не экология, а вопрос состоится ли на нем встреча российского и турецкого президентов.

 

Эйфелева башня

 

После того, как неделю назад в небе Сирии самолетом турецких ВВС был сбит российский бомбардировщик Су-24, в результате чего погиб пилот и морской пехотинец из спасательной команды, отношения между странами мгновенно перешли к точке замерзания.

 

Риторика и действия России в отношении Турции отличаются беспрецедентной жесткостью и бескомпромиссностью.

 

В субботу вечером Владимир Путин подписал указ о санкциях против Турции: от запрета для турецких граждан работать в России до заморозки безвизового режима.

 

Заявления официальных лиц напоминают уже не столько холодную войну, сколько подготовку к горячей:

 

«Президент мобилизован, мобилизован максимально, мобилизован до того уровня, которого требуют обстоятельства. Обстоятельства беспрецедентные, вызов, вызов России брошен беспрецедентный. И отсюда, собственно, реакция соответствует этой угрозе.»

 

На этом фоне действия Турции выглядят стремлением усидеть на двух, а то и трех стульях сразу.

 

Крайне жесткие заявления, вроде обещания и дальше действовать в том же духе, перемежаются более мягкими.

 

Уже через сутки после инцидента турецкая сторона начала активно пытаться наводить мосты с Москвой. Эрдоган неоднократно пытался дозвониться до Путина, а кроме того журналистам сообщили, что турецкая сторона пытается организовать встречу президентов в Париже 30 ноября.

 

Позиция Кремля была все время неизменной: все попытки Эрдогана выйти на контакт с Путиным остались без ответа.

 

В конце концов пресс-секретарь российского президента прямо проговорил позицию России в данном вопросе: пока Турция не принесет извинений, о контактах на высшем уровне можно не говорить.

 

Однако вчера произошло примечательное событие. Турция пообещала передать России тело погибшего пилота Су-24 Олега Пешкова. Причем турецкий премьер-министр подчеркнул, что «при содействии находящихся в Хатае православных священников были проведены необходимые религиозные обряды». А отправка тела в Анкару сопровождалась воинскими почестями.

 

Очевидно, это было сделано в расчете на смягчение позиции Кремля в вопросе встречи президентов в Париже.

 

Сегодня по тому, состоится ли хоть какой-то контакт между Путиным и Эрдоганом, можно будет судить, готов ли Кремль принять данный жест в качестве извинения или хотя бы части его.

 

Ирина Алкснис

 

 

 

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1