Флот в ловушке

   Дата публикации: 30 ноября 2015, 14:35

 

После атаки турецких истребителей на Су‑24 в Сирии Россия перебросила в арабскую республику зенитно-ракетные комплексы С‑400. Президент Турции Реджеп Эрдоган заявил, что расценит использование комплексов против турецкой авиации как агрессию. В таком случае, по его словам, будут приняты «дальнейшие меры».

 

 Флот в ловушке

 

Одна из мер, которой может воспользоваться Турция, — перекрытие проливов Босфор и Дарданеллы для российских судов. Причем как военных, так и торговых. Юристы утверждают, что это невозможно по международному праву. Но кого и когда беспокоило международное право?

 

О геостратегических и экономических рисках черноморской блокады «Новой газете» рассказал политолог и географ Дмитрий Орешкин:

 

— Реджеп Эрдоган еще задолго до сирийского кризиса (в марте 2014 года. — ред.) угрожал Владимиру Путину перекрыть Босфор. Тогда это было связано с референдумом в Крыму и правами крымско-татарского населения, которое, согласно концепции Эрдогана о «пан-турецком мире», находится под защитой Турции.

 

В международном праве есть понятие открытых проливов. Это проливы, соединяющие открытые акватории. Например, Гибралтарский пролив между Атлантическим океаном и Средиземным морем, которое имеет выход в Черное море. Открытые проливы никем не контролируются.

 

Иной статус у закрытых проливов, таких как Босфор. Страны, расположенные на берегах закрытой акватории, хотят иметь преимущество по контролю над проливом, через который в это море входят суда. Например, Ормузский пролив, ведущий в Персидский залив. Он закрытый, и его все время стараются контролировать государства, расположенные на берегах Персидского залива. То же самое с Черным морем. Выход к нему имеют Россия, Украина, Турция, Грузия, Румыния и Болгария. Для России геостратегическая ситуация за последние десятилетия резко ухудшилась. Раньше Румыния и Болгария были союзниками, Украина вообще не имела своего статуса. Сейчас наоборот. Есть Россия, а против нее — Турция, Болгария, Румыния (все в НАТО), Грузия, Украина.

 

Конвенция Монтрё 1936 года о режиме черноморских проливов дает Турции довольно широкий минимум прав на Босфор и Дарданеллы. Это естественно, потому что оба пролива целиком находятся на ее территории. А в случае войны или угрозы войны Турция может вообще закрывать проход для военных кораблей. Поэтому, когда Эрдоган говорит, что нанесение ударов по турецким самолетам над территорией Сирии будет воспринято как агрессия, — это не просто «мы обидимся». Это значит, что у Турции появляется право закрыть проливы для стран, от которых исходит военная угроза.

 

Все вменяемые эксперты говорят: это невыгодно, Турция кормится транзитом, закрытие проливов противоречит интересам НАТО. Но мы живем во время, когда совершается то, во что не верится. Поэтому есть смысл рассмотреть эту невероятную ситуацию. Если Турция перекрывает пролив для военных судов, у России возникают проблемы со снабжением военных баз в Сирии. Можно снабжать их через Санкт-Петербург и Мурманск, заходить с другой стороны, через Гибралтар, но это значительно дольше (путь займет две недели вместо трех-четырех дней. — ред.). Это не смертельно, спину не ломает, хоть и усложняет жизнь России и замыкает ее с точки зрения военной стратегии в пределах Черноморского бассейна.

 

Но в 1994 году Турция в одностороннем порядке приняла и другой документ — регламент судоходства. Там есть много более неприятных вещей, потому что дело касается не только военных кораблей (конвенция Монтрё ограничивает главным образом их). Через Босфор и Дарданеллы в год идет около 25 млн тонн нефти и 37 млн тонн нефтепродуктов из России. Это серьезная доля сектора. Исходя из того что добыча нефти в прошлом году составила около 525 млн тонн, 25 млн тонн — это примерно 5%. Доля нефтепродуктов наверняка выше, поскольку экспортная нефть идет в основном через нефтепроводы, а нефтепродукты перевозят как раз морским транспортом. Плюс экспорт стали, зерна, стройматериалов.

 

Так вот, по регламенту проход таких судов можно будет ограничить под любыми предлогами: экологическими, санитарными или ссылаясь на ремонтные и другие работы на каналах. И это нанесет серьезный экономический ущерб России. Что делать? Позиции России в Черноморском бассейне ослаблены, военный флот Турции сильнее, поэтому возбухать и толкаться локтями будет трудно.

 

На мой взгляд, ответить на это можно только поиском взаимодействия с НАТО, чтобы организация повлияла на Турцию. НАТО в данном случае миротворец. Уж им-то совершенно точно не нужна эскалация напряжения, потому что чем жестче ситуация в регионе, тем выше риски террористических ударов по Европе и США. Поэтому они и хотят, чтобы Эрдоган в мирных условиях обеспечивал защиту от просачивания в Турцию боевиков ИГ (организация запрещена в России. — ред). То есть Россия, как ни странно, может надавить на Турцию, пожалуй, только через НАТО.

 

Конечно, основная часть зернового, нефтяного и стального экспорта идет не под российскими флагами, а флагами либерийскими, кипрскими. Поэтому наши эксперты полагают, что формально Турция не сможет останавливать эти суда. Однако, на мой взгляд, регламент судоходства дает множество поводов для придирок. Вопрос лишь в политической воле. А политическая воля у Эрдогана очень замысловатая. Такие люди действуют иррационально, они непредсказуемы. Им важно показать, что они сильные политики, что их уважают. И если Эрдогану вожжа как следует попадет под хвост, он может действовать вопреки своим долгосрочным интересам, только бы с ним считались.

 

Подготовил Никита Гирин

 

 

 

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1