Казнить нельзя, бомбите дальше. Захар Прилепин

   Дата публикации: 27 ноября 2015, 19:30

 

В течение одного дня сразу несколько СМИ — и федеральных, и региональных — попросили прокомментировать возможную отмену моратория на смертную казнь.

 

Prilepin_134900_prewu

 

Мы люди опытные и догадываемся, что все это журналистское рвение не случайно.

 

Откуда-то из занебесных кремлевских высот во все государственные и окологосударственные СМИ страны слетел легкий, как мотылек, указ: опросите заметных людей на тему узаконенного убийства.

 

Это означает, что мораторий решили отменять — и замеряют общественное мнение.

 

Надели болотные сапоги и ходят туда-сюда: глубоко, нет?

 

Отменить мораторий предложил лидер «Справедливой России» Сергей Миронов — политик, как все мы знаем, самым очевидным образом независимый, наглядно и последовательно склонный к самостоятельным решениям.

 

Что ж, по этому поводу мы имеем сказать несколько грустных слов.

 

Террористов, конечно же, надо наказывать — да так, чтоб любой, кто решил связать судьбу с этим занятием, наперед боялся и был уверен: головы ему не сносить.

 

Ему и всем его товарищам и подругам.

Но, друзья мои, в мире так быстро все меняется.

 

Сегодня у нас одна власть, а завтра другая.

 

Сегодня у нас одни террористы, а завтра другие.

 

Сегодня тебе могут вручить «Героя России» или орден Мужества, а завтра за тот же самый подвиг четвертуют.

 

К примеру, вся просвещенная московская интеллигенция, а также хипстеры, читатели журнала Maxim и сотрудники радио «Серебряный дождь» уверены в том, что Стрелков — террорист. И Моторола — террорист. Более того, в течение года и нескольких месяцев территорию Украины посетили примерно 50 тысяч террористов из России.

 

Я уж не говорю о Захарченко, Болотове, Пургине, Губареве, его жене, Гиви и о 20 тысячах бойцов армии ДНР (и таком же количестве бойцов армии ЛНР).

 

В нашем кругу всех их называют «ополченцами». Но это наш круг, и мало ли где наш круг окажется послезавтра и как нас всех назовут там.

 

Один известный актер, муж одной еще более известной телеведущей, прямо мне сказал, что Стрелкова надо судить как экстремиста и негодяя.

 
Думаете, во власти — да-да, в нашей российской власти — таких людей, как этот актер и его жена, нет? Их там очень много! Очень!

 

Или, к примеру, есть такая организация — «Другая Россия», не путать со «Справедливой»; впрочем, спутать Миронова и Лимонова все же не так просто.

 

Нам, участникам, сторонникам и членам «Другой России», даже в родимой стране последние лет 20 было непросто — достаточно сказать, что более 200 лимоновцев отсидели в российских тюрьмах; а теперь большинство партийцев воюет на территории ДНР и ЛНР.

 

Знаете, но с таким бэкграундом вполне можно добиться того, что всем нам однажды на Лобном месте отрубят по голове. Не за будущие свершения даже, а за прошлые.

 

Нас все 90-е и нулевые считали подонками рода человеческого и законченными экстремистами — только недавно вдруг выяснилось, что мы — патриоты, каких свет не видывал.

 

А если и на Украине начнут казнить террористов, нам подражая?

 

Если заглянуть на сайт «Враги Украины», там можно обнаружить много интересных людей: певца Кобзона, актера Пореченкова, священника Охлобыстина, режиссера Михалкова; да и у меня рейтинг там немногим ниже, чем у Моторолы; можно уже сейчас топор точить.

 

По данным «Международной амнистии», до 1995 года Украина имела один из самых высоких в мире показателей по числу смертных казней: это суровый народ, церемониться не любит. В 2003 году Украина наконец ратифицировала Протокол № 13 Европейской конвенции о правах человека, предусматривающий полную отмену смертной казни при любых обстоятельствах — в мирное и военное время. Но вдруг они передумают? Под нашим благотворным влиянием?

 

Вы скажете: ах, причем тут ополченцы, причем тут другороссы, причем тут певцы и актеры, причем тут донецкие и луганские партизаны — речь-то о другом.

 

Речь о терроризме и способах эффективного противодействия мировому злу.

 

Друзья мои, мораторий на смертную казнь в России был, напомню, введен еще в 1996 году.

 

Это не помешало, официозным языком выражаясь, ликвидировать все подряд террористические угрозы на Кавказе, а также в других районах и регионах.

 

И что-то мне подсказывает: если государству понадобится, чтобы очередные Хаттаб, Басаев, Радуев и Дудаев исчезли — они исчезнут. Так или иначе.

 

Один отравится чем-то, на другого упадет бомба, третий вдруг умрет в тюрьме, четвертый взорвется, заряжаясь от розетки.

 

У нашей суровой империи много возможностей для таких вещей.

 

Мы верим в тебя, товарищ правительство. Работай, выкручивайся, мы прикроем.

 

Мы надеемся на вас, спецслужбы и спецподразделения.

 

На войне как на войне — там приходится воевать и убивать. Иногда это называют «спецоперациями» — что ж, пусть так.

 

Когда оперируют, больной не всегда выживает. Хирург не бог, может и ошибиться.

 

Но должность палача давайте оставим вакантной.

 

Россия призвана подавать миру хороший пример.

 

Насколько это возможно в боевых условиях.

 

 

Захар Прилепин

 

 

 

 


Комментировать \ Comments