Парижские теракты проверили НАТО на прочность. Александр Хроленко

Дата публикации: 16 Ноябрь 2015, 17:52

 

3 октября — 6 ноября Североатлантический альянс провел масштабные учения Trident Juncture 2015 на юго-западе Европы — с акцентом противодействия гибридным, кибернетическим и прочим скрытым угрозам, а уже 13 ноября в Париже несколько боевиков ИГ доказали эфемерность европейской безопасности и отсутствие хотя бы минимального влияния НАТО на реальную кризисную ситуацию.

 

НАТО

 

За гранью компьютерного моделирования

 

Лишь недавно руководитель маневров Trident Juncture-2015 на территории Италии, Испании, Португалии, генерал Ханс-Лотар Домрезе заявлял о новых возможностях высокотехнологичных Сил реагирования НАТО. И учения, вроде бы, продемонстрировали действенность военной доктрины альянса в условиях кризиса. Европейцам показали, что их территория и ценности находятся под военной, кибернетической, научно-аналитической защитой от любых угроз.

 

Однако противник не обязан соответствовать компьютерному моделированию НАТО — захватывать побережье методом десантирования, появляться на боевом самолете, ракетном корабле или танке. В современной войне он может материализоваться из толпы сограждан, будто из ниоткуда.

 

Этот непредсказуемый и незаметный в толпе уроженец Франции (Бельгии, Германии или других стран ЕС) может методично расстреливать сограждан, взрывать стадионы и концертные залы, а потом — исчезать за пределы кризисного прогнозирования и компьютерного моделирования. И оставаться вне зоны досягаемости Сил реагирования альянса, до следующей террористической операции (по сути — боевой).

 

Система безопасности Франции не прошла проверку на прочность еще в январе 2015 года. И 13 ноября несколько боевиков, вооруженных только автоматами и самодельными взрывными устройствами, вновь посеяли панику в многомиллионном Париже. Действия террористов не содержали ничего принципиально нового.

 

Трудно сказать, почему компьютерное моделирование НАТО не учло угрозы действия мобильных вооруженных групп противника в крупных городах Европы, почему не были разработаны соответствующие планы (A, B, C), а решения властей и спецслужб принимались стихийно, по обстановке. Налогоплательщики Франции вправе были ожидать от силовых структур иного развития событий.

 

 

Не надо песен

 

После серии терактов в Париже генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг заявил: «Нужно поддерживать местные силы, борющиеся с ИГ, усиливать взаимодействие между разведслужбами, развивать технологии, которые помогут нам защититься от атак террористов». То есть подтвердил кибернетическую бессмысленность недавнего учения Trident Juncture-2015, отсутствие у альянса антитеррористических технологий и дефицит взаимодействия между разведывательными службами западноевропейских стран. Проблемы безопасности в ЕС тем более серьезны, что нет четкой грани между террористическими и военными угрозами.

 

Постфактум французские и бельгийские силовые структуры проводят антитеррористические операции в нескольких городах. Французские ВВС нанесли массированный удар по объектам ИГ в Сирии. Впрочем, как и в январе, среди боевиков 13 ноября оказались не сирийские беженцы, а граждане с французскими паспортами.

 

Во многих европейских столицах на улицах — усиленные патрули, в аэропортах тщательно осматривают багаж и проверяют документы. Как обычно, бьют по хвостам, а система обеспечения боевых групп ИГ пока остается в тени.

 

Парижская полиция обнаружила автомобиль одной из трех групп террористов (в «Сеате» нашли недоиспользованные автоматы и взрывчатку). Вторую машину задержали в Бельгии. И до сих пор неясно, сколько боевиков участвовало в акции, и кому из них удалось скрыться.

 

Предполагается, что теракты в Париже организовал уроженец Бельгии Абдельхамид Аббауд, однако синхронизированная серия подрывов и обстрелов — серьезная боевая операция, за которой стоит сложнейшая международная система — организационная, коммуникационная, логистическая. Это сотни людей, взаимодействия которых не заметила ни одна разведслужба.

 

На фоне 132 погибших и 349 раненых в центре Парижа очевидную бесполезность НАТО не микшируют пение «Марсельезы» болельщиками при эвакуации со стадиона «Стад де Франс» или эмоциональное заявление канцлера Германии Ангелы Меркель: «Эта атака на свободу — нападение не только на Париж, это нападение на всех нас… Мы живы человечностью, любовью к ближнему, радостью быть вместе». На боевиков все это впечатления не производит.

 

Страшно представить, что могли сделать с Парижем более многочисленные группы боевиков ИГ.

 

Между тем, угроза сохраняется, премьер-министр Франции Мануэль Вальс считает, что возможны новые удары. Косвенно опасность подтверждает и премьер Великобритании Дэвид Кэмерон, ведь британские спецслужбы за полгода предотвратили семь террористических атак.

 

С большой вероятностью можно прогнозировать новые попытки. При этом на разных уровнях подчеркивается: усиленные меры безопасности не заставят Европу поступиться «свободой, равенством и братством». Здесь кроется основная проблема. Враг — не локализован где-то на Ближнем Востоке, а растворен в западноевропейском обществе, ведь боевики ИГ и других подобных организаций становятся (или рождаются) гражданами стран ЕС, клетками единого организма, частью противоречивой свободы и конфликтующего комплекса ценностей. Идет поиск приемлемых решений.

 

Сегодня борьба с терроризмом находится в центре внимания саммита G20 в Анталье, определен потенциал для сотрудничества.

 

 

Особенности ИГ

 

Ответственность за атаку на Париж 13 ноября взяла на себя террористическая организация «Исламское государство».

 

ИГ известно массовыми казнями христиан и военнослужащих правительственных войск, возрождением рабства, систематическим разрушением исторических памятников на Ближнем Востоке. Организацией руководят люди, которые прежде служили в силовых структурах Саддама Хусейна, имеют профессиональное военное образование.

 

ИГ — хорошо вооруженная и обученная боевая организация, которая длительное время противостоит регулярным войскам Ирака, Ирана, Сирии. Это разведка, сложная система сбора информации, агентурной работы в тылу противника. И эффективная пропагандистская машина, которая с помощью социальных сетей вербует новых рекрутов.

 

ИГ представляет себя суннитскому меньшинству в Ираке и Сирии как защиту против всех врагов — Запада во главе с США, алавитского и шиитского диктаторских режимов в Дамаске и Багдаде, отступников из арабских государств Персидского залива.

 

Серия терактов 2015 года во французской столице является, по сути, началом гибридной войны в Европе, на которую ИГ имеет свои виды. Не исключено, что Франция представляется руководству ИГ лишь слабым звеном ЕС и НАТО, своеобразным полигоном для отработки боевых действий.

 

Александр Хроленко

 

 

 

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
NATO_1027718475


bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1