Сон Дали Грибаускайте

   Дата публикации: 20 сентября 2015, 08:31

 

Иммануил Кант появился, как всегда, после полуночи, тряся старенькой головой в парике и опираясь на трость.

 

 

— Ну что, девочка, ты опять врала? – спросил он дребезжащим голосом. – А разве я не говорил тебе, что ложь не бывает во спасение? Кого ты хочешь спасти и от чего? Своих несчастных литовцев, которые застыли в ожидании катастрофы?

 

— К-к-какой катастрофы, – ответила Даля сдавленным голосом, – у нас все хорошо, мы уважаемые члены ЕС…

 

Её трясло от страха.

 

— Ха-ха-ха, – громко рассмеялся старик, — ты безнадежна, Даля. Мою науку о том, что правдивость отражает нравственный идеал в каждом человеке, еще никто не опроверг. Если ты смеешь мне, привидению, пронизывающему взглядом пространство и время, говорить такие глупые вещи, то в тебе погиб нравственный идеал!!!

 

— П-п-почему?

 

— Не знаешь почему? Тогда ответь мне, что означает отзыв из твоей страны австрийского и бельгийского посольств? Что означает закрытие иностранных банков? Что означает прекращение торговли с русскими?

 

— Я н-н-не знаю…

 

— В твоем положении преступно это не знать, ведь ты отвечаешь за судьбы литовцев. Тогда скажи, сколько километров границы имеется у Литвы с Польшей?

 

— Н-н-немного, наверное, около ста… Почему тебя это интересует?

 

— Сейчас отвечу, но сначала поясни мне, сколько процентов населения осталось в твоей стране?

 

— С-с начала реформ литовцы уезжали в Европу. Почти четверть уехала. Но мировой кризис погнал их назад, и они возвращаются…Только работы для них нет. Экономика уже сжалась…

 

— Теперь ты говоришь правду. Хотя бы мне, а не литовцам. А теперь приготовься к самому неприятному. Правду буду говорить я. Ты, Даля, настолько завралась в своей политике, что, я думаю, смогла убедить даже саму себя в ее правильности. Только запомни, реформ, которые уничтожают целые отрасли производства, не бывает. Это совсем не реформы, а работа на чужих джентльменов. Ты работала на чужих джентльменов и, сама того не заметив, стала их прислугой.

 

— Это очень резкая оценка…

 

— Зато правдивая. Скажи, если тебя вызовут в Брюссель и предложат принять в Литве 20 тысяч беженцев, ты сможешь отказать?

 

— Э-э-э…

 

— Вот именно. Прислуга не отказывает. Теперь ты поняла, почему я спросил про границу с Польшей?

 

— Не совсем…

 

— Чтобы поняла совсем, поясняю. Евросоюзу потребуется две недели, чтобы закрыть эту границу стеной. Те мигранты, которые будут завезены к тебе, окажутся в ловушке. С одной стороны холодное Балтийское море, с другой — Латвия, там Россия, тут Белоруссия, а с этой стороны стена на польской границе. Беженцы будут вынуждены оседать у тебя и по соседству в Латвии.

 

— Но мы так не договаривались с Берлином и Парижем…

 

— Могу тебя заверить, у руководителей Германии и Франции дела с нравственным императивом обстоят не лучше. Они сделают так, как нужно им, а не литовцам или эстонцам с латышами. Они подарят вам настоящих негров вместо тех, кого вы издевательски называете «неграми» или « негражданами».

 

— Но почему нам такая честь?

 

— Потому что лучшей мышеловки в Европе, чем в Прибалтике, они для мигрантов не найдут. Я же говорю, отсюда бежать некуда, вам уже подписан сертификат на превращение в большой концлагерь Евросоюза… Теперь ты понимаешь, почему австрийцы и бельгийцы убирают из твоей страны свои посольства?

 

— Чтобы мигранты не имели возможности обращаться…?

 

— Нет¸ чтобы их не взорвали по причине массового отказа в визах. Теперь вслед за ними начнут исчезать и другие посольства.

 

— Но это нечестно…

 

— Это ты говоришь мне? Скажи, зачем ты пугаешь литовцев нападением России? Ведь ты училась в Ленинграде и прекрасно знаешь, что русские ненавидят войну. Или тебя научили этому в Джорджтаунском университете? А ведь в ту пору ты была уже взрослой девочкой и могла различать правду и ложь. Я думаю, что вся твоя деятельность на посту президента была насквозь лживой. Такие мини-президенты нужны Вашингтону, но они не нужны Литве. Они противоестественны, и их поведение претит человеческой морали, понимаешь меня? Такое поведение всегда наказуемо.

 

— Я практический политик, а в практической политике нравственный императив не работает. Он приводит к неудачам.

 

— Очень может быть. Но неудача все же лучше катастрофы. Тебя вместе с литовским народом отказ от нравственного императива ведет как раз к катастрофе.

 

— Это теория, а не практика.

 

— На этот раз ты близка к истине. Я написал свой трактат о нравственном императиве для Европы более двухсот лет назад, а что толку? Никто ему не следует. И ты – в первую очередь.

 

Но все-таки попроси своих помощников прокрутить тебе документальные кадры, в которых немецкие фашисты отправляют товарные эшелоны с людьми на Запад. Скоро ты увидишь, как эшелоны возвращаются.

 

Готовься, Даля.

 

Дмитрий Седов

 

 

 

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1