Конституционная реформа под вопросом. Павел Святенков

Дата публикации: 01 Сентябрь 2015, 11:49

 

Верховная рада Украины приняла поправки к Конституции страны. Киевские власти утверждают, что речь идет о «децентрализации», а также о начале выполнения Минских соглашений. На деле украинские власти проводят скорее политику «гиперцентрализации», сосредоточения всей власти в руках президента Порошенко.

 

Конституционная реформа под вопросом

 

Петр Порошенко хочет упразднения ныне существующих украинских областей — их исчерпывающий список предлагается исключить из Конституции — и создания множества бессильных перед центральной властью и не имеющих никакого влияния «общин». Сверх того, создается институт президентских наместников («префектов»), которым будут переданы полномочия контроля за возникающими «общинами». Что касается местного самоуправления в Донецке и Луганске, предусмотренного Минскими соглашениями, то по данному вопросу должен быть принят отдельный закон. Иначе говоря, реального выполнения Минских соглашений пока не наблюдается.

 

Больше того, постановление Верховной рады — лишь начало процесса принятия поправок к Конституции Украины. Согласно Основному закону, следующая сессия Рады должна утвердить новый закон большинством в две трети голосов — лишь тогда он вступит в силу. Однако, как показало голосование в понедельник, 31 августа, двух третей в Верховной раде у украинских властей нет. Так что нынешняя конституционная реформа находится под вопросом. Киевские власти с присущей им хитростью отчитаются ничего не значащим постановлением Верховной рады перед европейскими гарантами Минских соглашений, после чего примутся за старое.

 

Благодаря официальному Киеву урегулирование ситуации вокруг Донецка и Луганска находится в сложной ситуации. Минские соглашения пока не действуют. Они предусматривают: «Проведение конституционной реформы в Украине со вступлением в силу к концу 2015 года новой Конституции, предполагающей в качестве ключевого элемента децентрализацию (с учетом особенностей отдельных районов Донецкой и Луганской областей, согласованных с представителями этих районов), а также принятие постоянного законодательства об особом статусе отдельных районов Донецкой и Луганской областей».

 

Минские соглашения предусматривают прекращение огня, отвод тяжелых вооружений. Кроме того, необходимо «в первый день после отвода начать диалог о модальностях проведения местных выборов в соответствии с украинским законодательством и законом Украины «О временном порядке местного самоуправления в отдельных районах Донецкой и Луганской областей», а также о будущем режиме этих районов на основании указанного закона».

 

Очевидно, что речь идет о диалоге украинских властей с ополченцами, раз уж предполагается начать его сразу после отвода вооружений. Порошенко же делает вид, будто диалог ему следует вести не с ДНР и ЛНР, а с собственными «наместниками» — губернаторами украинских Донецкой и Луганской областей. Неудивительно, что подчиненные Порошенко во всем согласны с Порошенко, и в итоге мы видим эскалацию конфликта.

 

Усилия Франции и Германии по урегулированию кризиса вокруг Донецка не увенчались успехом. Порошенко с большим удовольствием слушает заявления о необходимости соблюдать Минские договоренности, но нынешняя конституционная реформа никаких реальных мер по имплементации Минска не содержит.

 

Между тем вызывает сомнения, что выполнены хотя бы первые пункты Минских соглашений, касающиеся отвода войск и прекращения огня. Об обстрелах территории Донецка и Луганска украинскими войсками сообщается чуть ли не ежедневно.

 

Возникает вопрос: как действовать в ситуации, когда официальный Киев, кажется, делает ставку на вооруженное разрешение конфликта, при этом отказываясь соблюдать Минские соглашения? Централизация власти на Украине, намерения властей вкладывать всё больше денег в вооруженные силы означают попытки превратить Украину в милитаризованное государство. В истории есть похожие примеры.

 

После получения независимости Индия и Пакистан — два доминиона, возникших на обломках британской Индии, — на многие десятилетия вступили в военное противоборство, которое несколько раз выливалось в вооруженное противостояние, в том числе и в полноценную войну.

 

Аналогия с конфликтом Индии и Пакистана приходит на ум не только в России. В самом начале противостояния в Донецке один из крупнейших западных телеканалов проиллюстрировал противостояние картой индо-пакистанского конфликта.

 

Но следует помнить, что изначально Пакистан состоял из западной и восточной части. В 1971 году Восточный Пакистан восстал и в скором времени провозгласил независимость. Ныне мы знаем это государство под именем Бангладеш.

 

Подобно нынешним властям Украины, пакистанские власти отказывали жителям Бангладеш в праве говорить на родном бенгальском языке: официально навязывался язык Западного Пакистана урду. Большинство чиновников также были из Западного Пакистана, который фактически доминировал в стране и дискриминировал бенгальцев как плохих мусульман и плохих пакистанцев. В 1971 году пакистанские власти устроили геноцид бенгальцев. Одновременно совершались убийства интеллектуалов-сторонников независимости Бангладеш. Как видим, политика украинских властей в отношении Юго-Восточной Украины напоминает политику пакистанских властей в отношении Восточного Пакистана.

 

Конечно, сравнение с Пакистаном, наверное, покоробит изысканную публику. Дескать, где мы, и где Пакистан. Однако за прошедшие с момента обретения независимости годы украинская экономика и политический класс деградировали настолько, что им уже не следует стесняться сравнения с бывшим британским доминионом. Тем более Украина получила независимость в 1991 году, а конфликт в Донецке начался в 2014-м. Прошло 23 года. Пакистан стал независимым в 1947 году, а отделение Бангладеш произошло в 1971-м, спустя 24 года. Четверти века достаточно, чтобы новое государство с неоднородным с этнической и языковой точки зрения населением начало испытывать кризис.

 

Вот почему не помешало бы изучить опыт независимости Бангладеш. Ведь современная Бангладеш — признанное независимое государство. Независимость Бангладеш — важный прецедент отделения многомиллионного государства от угнетавшего его по языковому и национальному признаку центра. Право на национальное самоопределение народов, являющееся базовым принципом современного международного права, еще никто не отменял. Поэтому было бы разумно представителям Донецка и Луганска направить в Бангладеш делегации историков. Разумеется, сугубо неформальные. Изучить документы, обменяться опытом.

 

Конечно, все мы горячо надеемся на известные широту взглядов и склонность к выполнению соглашений, свойственные украинским властям. Мы надеемся, что канцлеру Меркель и президенту Олланду удастся убедить Петра Порошенко выполнить собственные обязательства.

 

Но, как пелось в старой советской песне, хорошо бы поставить на запасной путь мирный дипломатический бронепоезд. Попытки официального Киева «подчинить» Донецк и Луганск являются железным поводом для объявления независимости с точки зрения международного права. Об этом следует помнить.

 

Павел Святенков

 

 

 

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
konstituciya-700x517


bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1