Поступать с Украиной, как с Грузией. «The National Interest», США

   Дата публикации: 29 августа 2015, 12:15

Чем США могут помочь в разрешении украинского кризиса?

 

Подход администрации Джорджа Буша к Грузии в 2008 году вполне пригоден и для администрации Обамы в 2015-м.

 

Чем США могут помочь в разрешении украинского кризиса?

 

В августе 2008 года, когда российская армия готовилась пройти маршем через Рокский тоннель из России на территорию грузинской Южной Осетии, представители администрации Буша сказали тогдашнему президенту Грузии Михаилу Саакашвили «не попадаться в ловушку» и «не вступать в конфронтацию с российскими военными». Они вполне обоснованно опасались, что «сценарий августовских пушек», как назвал ситуацию один политик, может привести к полномасштабной войне и к разгрому Грузии. Однако сегодня кое-кто, похоже, думает, что на Украине Соединенные Штаты должны занять прямо противоположную позицию, и даже дает понять, что администрации Обамы не следовало отговаривать Киев от сопротивления России при захвате Крыма, хотя тот действовал с позиции абсолютной слабости. Мало кто пытается объяснить, почему эскалация по инициативе Украины (с американской военной помощью или без нее) приведет в действие ту же самую западню, избегать которой администрация Буша советовала Тбилиси. И еще меньше таких людей, которые могут и хотят рассказать, на что пришлось бы пойти Америке во избежание украинского поражения в более масштабной войне. Это не делает чести ни США, ни Украине.

 

Пожалуй, самая поразительная черта украинского кризиса – это то единодушие западных лидеров, политиков и исследователей, с которым они говорят, что «Путина надо остановить», однако ждут, что эту работу за них сделает кто-то другой. Новые «прифронтовые государства» НАТО в Центральной Европе очень хотят, чтобы США вооружили Украину, но сами в это дело втягиваться не желают (и, коль уж на то пошло, не хотят увеличивать свои бюджеты, дабы они соответствовали той угрозе, о которой вещают эти страны). Западноевропейские государства хотят, чтобы Соединенные Штаты взяли на себя инициативу и руководство, однако сами не желают вслед за Вашингтоном влезать во что-то дорогостоящее, и Евросоюз сегодня предоставляет Украине менее одного процента от того объема помощи, которую от него получает Греция. Справедливости ради надо сказать, что экономика Украины — побольше, чем у Греции, и она не является членом ЕС. Однако население этой страны в четыре раза превышает греческое, и многие европейские чиновники утверждают, что будущее Украины имеет судьбоносное значение для Европы.

 

Значительная часть американских политических лидеров, включая высокопоставленных чиновников из администрации Обамы, готова вооружить Украину. Но мало кто из них (если таковые вообще имеются) желает направить в бой американские войска. Иными словами, они готовы воевать с Путиным — до последнего украинца. Или до последнего доллара, который конгресс выделит на эти цели. А этот лимит они могут увидеть довольно скоро, так как недавно была выдвинута законодательная инициатива о том, что из общей суммы военной помощи на 300 миллионов долларов около 60 миллионов должно быть потрачено на наступательные вооружения.

 

Такие политические реалии, присутствующие в демократиях НАТО, ставят два основополагающих вопроса об их политике в отношении России и Украины.

 

Первый вопрос связан с твердостью и решимостью, и в него входят две составляющие. Считают ли «ястребы» и их европейские единомышленники, что такой минимальной суммы в 60 миллионов долларов, выделения которой они добиваются, будет достаточно для достижения поставленной цели? Примерно столько же в бюджете на 2016 год предусмотрено выделить на библиотеки города Вашингтона. На фоне тех сотен миллиардов долларов, что были израсходованы на борьбу с негосударственными силами в Ираке и Афганистане (а военный потенциал этих сил многократно уступает российской армии), американская и европейская помощь Украине — это либо фиговый лист, либо очень маленький аванс.

 

В первом случае, если Америка как нация не готова потратить больше 60 миллионов долларов на защиту Украины, нам лучше сразу признаться самим себе, честно сказав об этом. Такая политика равнодушия, избегающая конфронтации с Москвой, даст результат намного худший, чем урегулирование. В такой обстановке лучше получить максимум преимуществ переговорным путем, чем подставлять себя и НАТО, создавая условия для громкого поражения.

 

Соответственно, если сторонники такого курса считают поставки стрелкового оружия лишь первым шагом в намного более обширной программе, они должны честно рассказать американскому народу о своих целях, а также о предполагаемых затратах и выгодах. Если Соединенные Штаты намерены превратить конфронтацию с Россией в ведущий принцип своей внешней политики, для этого потребуется решимость и целеустремленность общенационального масштаба, что невозможно без широкой общественной поддержки (а в Европе такая общественная поддержка практически отсутствует). Если сторонники такого подхода считают, что ядерная сверхдержава, несмотря на свои слабости и недостатки, уже приняла аналогичное решение на уровне государства проводить курс на конфронтацию с США, как утверждают многие из них, то трудно понять, почему они этого еще не сделали. Если Москва действительно приняла такое решение, что весьма маловероятно, это будет намного более серьезная угроза, чем Иран или ИГИЛ.

 

Второй основополагающий вопрос о нашей политике в отношении России и Украины имеет нравственный характер. Если Соединенные Штаты не готовы взять на себя обязательства по защите Украины, дабы обеспечить ей успех, то как мы можем подстрекать украинцев к войне, в которой они будут массово гибнуть, воюя с намного более сильным соседом, и конца которой не видно? Позволяя правительству в Киеве и оказывающим сопротивление Москве украинцам думать, что за их спиной стоит Америка, хотя это совсем не так, а также притворяясь перед самими собой, что мы с Украиной стоим плечом к плечу, американские руководители совершают действия, равноценные подстрекательствам к восстанию в Венгрии в 1956 году, а также подталкиванию шиитов к восстанию против Саддама Хусейна в 1991-92 годах. Следует вспомнить, с какими пагубными последствиями столкнулись эти поверившие нам храбрые люди. Если мы говорим о нравственном долге помогать Украине, но при этом не даем ответа на трудные вопросы нравственного порядка о последствиях, это значит, что мы устраиваем «театральное нравоучительное представление в ущерб содержанию», как сказал когда-то Джордж Кеннан (George Kennan).

 

Администрация Джорджа Буша, которая без стеснения выдвигала нравственные аргументы в защиту американской внешней политики, следовала такой же логике в Грузии в 2008 году. Почему бы Обаме не сделать то же самое на Украине?

 

Самое важное состоит в следующем. Быть честными с самими собой, с нашими союзниками и с украинцами не значит, что мы уступаем России или сдаемся. Напротив, это первый шаг в формировании политики, которая может обеспечить защиту национальных интересов США и укрепить европейскую безопасность. Безрассудная риторика и безрассудные действия (что еще хуже) не пойдут на пользу никому, кроме кремлевских ястребов, которые ищут повод и оправдание для эскалации боевых действий. Они являются просто способом отвлечь внимание людей от наших собственных упущений и провалов. Вашингтон должен также отговорить Киев от такой безрассудной риторики и безрассудных действий.

 

Пол Сондерс (Paul J. Saunders), «The National Interest», США

 

Оригинальная публикация в «The National Interest»

 

 

 

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1