Русская угроза на американских выборах. Александр Шамшиев

   Дата публикации: 17 августа 2015, 13:49

Президентская кампания в США не обошлась без русского фактора. Кандидаты активно вспоминают Рейгана, страшат Россией и рассказывают избирателям, каким тоном они будут разговаривать с Путиным в случае своей победы.

 

Русская угроза на американских выборах

 

В Огайо стартовал первый раунд теледебатов кандидатов-республиканцев. Организатором выступил главный рупор Республиканской партии США телеканал Fox News, средний возраст аудитории которого превышает 60 лет. Проанализировав соцопросы, организаторы допустили на главные дебаты десять самых «рейтинговых» республиканцев, остальных семерых отправили спорить за так называемый «детский стол». В ходе главных дебатов Скотту Уокеру, губернатору штата Висконсин, задали вопрос: что бы вы сделали, если бы Путин начал кампанию дестабилизации в странах Балтии по аналогии с ситуацией на Украине. Уокер дал типично республиканский ответ: «Если я стану президентом, он даже об это не подумает». И привел аллегорию с «прощупыванием штыками»: натыкаешься на слабину, дави; если натыкаешься на сталь, останавливайся. Так, по его мнению, действует Россия. А слабиной оказалась администрация Обамы.

 

 

При мне бы Крыма не было

 

Демократы тоже периодически вспоминают Россию, порой совсем не стесняясь в выражениях. По сообщениям СМИ, самый популярный кандидат от этой партии — бывшая госсекретарь Хиллари Клинтон — в приватных беседах успела сравнить действия России в Крыму с предвоенной политикой Гитлера. Зимой Клинтон заявила, что европейские правительства ведут себя «слишком как размазни» по отношению к Путину. Но в целом в ходе агитации она больше старается фокусироваться на внутренней политике, выпуская трогательные ролики, обещающие практически материнскую заботу о каждом американце. Не так сильно интересуется зарубежными делами и второй по популярности демократ сенатор Берни Сандерс – он считается прогрессивным политиком, уделяющим больше внимания вопросам социальной справедливости и экологии.

 

Другое дело – республиканцы, традиционно более антироссийская партия, включающая в себя много «ястребов». Республиканцы чувствуют себя уверенно: им принадлежит большинство в Палате представителей, а с осени 2014 года они заполучили большинство в Сенате. В период праймериз в погоне за симпатиями публики они устраивают неформальное сражение за звание «самого правого» кандидата. То есть состязаются в радикализме, чтобы за счет популизма и алармистских настроений мобилизовать электорат и выйти с наиболее высокими рейтингами на Национальный республиканский конвент, который летом 2016 года отберет единую пару кандидатов от партии на посты президента и вице-президента. Для воздействия на избирателей используются четыре внешних пугала: «Исламское государство», Иран, Россия и Китай. Больше всего жарких споров вызывает иранская проблематика. Демократы и Белый дом преподносят недавнее соглашение по иранской ядерной программе как крупную победу американской дипломатии, равной которой на иранском фронте не было на протяжении 30 лет (Обама отдельно благодарил Россию за сотрудничество и помощь в переговорах). Республиканцы напротив трубят тревогу, что сделка с Ираном – чистейшее самоубийство и гарантированная смерть Израиля, поэтому ее надо немедленно отменить, а санкции – вернуть. Но и России от республиканцев часто достается.

 

Республиканская партия пытается донести идею, что российская экспансия не остановится, пока у власти находится Путин, и что присоединение Крыма стало возможным исключительно благодаря мягкотелости и нерешительности Обамы. Как бы вел себя по-другому президент-республиканец, правда, не уточняется; акцент делается на более жесткую риторику и политический «мачизм».

«Я вам вот что скажу: Владимиру Путину никогда бы не пришлось раздумывать над тем, что я считаю допустимым и недопустимым», — разминал мускулы в воображаемой встрече с российским лидером губернатор Нью-Джерси Крис Кристи, ратующий за прямоту и прямолинейность в общении с Россией. И добавил, что Путин не поступил бы так с Крымом, будь он, Кристи, президентом. «Русские открыто смеются над Обамой», — сокрушался сенатор Тед Крус. По его мнению, сотрудничество с Россией возможно лишь тогда, когда у руля Америки встанет президент, которого Путин будет считать «истинной угрозой». Позиция Обамы – слабость и умиротворение агрессора, тогда как российская агрессия – прямое следствие отсутствия американского лидерства в мире. Пресловутое американское лидерство, которое собирается вернуть каждый республиканец, взялся демонстрировать бывший губернатор Флориды Джеб Буш, когда в ходе европейского турне называл Путина хулиганом-задирой и призывал Германию к более решительным действиям против России. Внешнюю политику Обамы он сравнил с «Алисой в Стране Чудес». Экс-губернатор Техаса Майк Хакаби выразился поэтичнее, назвав «недостаточно жесткий» стиль Белого дома «хакуна матата».

 

 

Делай как Рейган

 

На борьбе с Россией набивает себе очки сенатор Марко Рубио. Сын кубинских беженцев, яростно выступающий против отмены санкций в отношении своей исторической родины, давно сделал Россию одной из главных мишеней. Еще 1 марта 2014 года, за две недели до крымского референдума, он написал статью-руководство «Восемь шагов по наказанию России», содержавшую меры от бойкота Саммита «Большой восьмерки» в Сочи до санкций. Рубио заявил, что отныне Россию нельзя считать ответственным партнером по любому крупному международному вопросу. В преддверии 70-летия окончания Второй мировой войны в Европе политик выступил за усиление изоляции России, отключение ее от международной платежной системы SWIFT, наложение новых санкций по «иранской модели», а также скорейшее принятие в НАТО Украины, Грузии и Черногории. Совершая агитационные визиты, Путина он называет преступником и опасным человеком, и предупреждает, что надо быть дураком, чтобы игнорировать Россию. В апреле кандидат решил выступить в роли Нострадамуса и предсказал «весеннее наступление» сепаратистов Донбасса, которого, как выяснилось позже, и в проекте не было. Ради ублажения избирателей ужесточить антироссийскую риторику был вынужден сенатор Рэнд Пол, считающийся на родине наиболее «ястребиным» республиканцем, которого некоторые раньше называли чуть ли не агентом Кремля.

 

Обещания резко сменить тон диалога с Россией на более суровый соседствуют с клятвами нарастить военную машину НАТО в Европе, срочно реанимировать планы по развертыванию системы ПРО в Чехии и Польше, спасти Украину путем поставок наступательного оружия и сланцевого газа. Поскольку пугать избирателей «зелеными человечками», как в Прибалтике, американцы не могут, то упор делается на кибервойну, якобы развязанную российскими (и китайскими) хакерами против США. Эти страхи служат отличным поводом повысить доходы военных корпораций и бюджетов спецслужб.

Особо предприимчивые кандидаты умудряются при помощи борьбы с Россией решать собственные локальные проблемы.

Блестящим примером служит тот же Скотт Уокер. Восхищаясь своим личным кумиром и кумиром всех республиканцев Рональдом Рейганом, он вспомнил, как Рейган в 1981 году уволил 11 тысяч бастующих авиадиспетчеров. Уокер сказал, что именно этот шаг тогдашнего президента США заставил СССР относиться к Америке серьезнее и изменить свою политику. И если бы власти раздавили «коммунистические» профсоюзы в его Висконсине – это могло бы послужить мощным сигналом и хорошей демонстрацией силы для русских и джихадистов из ИГ. Американские медиа тотчас опровергли его слова о СССР и указали, что «советских документов», на которые ссылался губернатор, не существует в природе. Зато борьбой с внешним врагом можно оправдать борьбу с рабочими дома.

 

 

«Народный» кандидат

 

Республиканская партия богата на колоритных персонажей. Только на ее теледебатах можно услышать просьбу поднять руки тех, кто поддерживает теорию эволюции (поднимают не все), и вопросы из разряда: «Когда вы в последний раз разговаривали с Богом, что он вам ответил?» (кандидаты охотно делятся полученной свыше информацией). Но особняком стоит самый колоритный республиканский кандидат – эксцентричный мультимиллиардер Дональд Трамп. Он груб и вульгарен, выполняет роль «американского Жириновского». Если по Ирану Трамп достаточно бескомпромиссен, но по России занимает нетипичную для республиканца аккуратную позицию. Так, он сказал, что готов починить «невероятно плохие отношения с Россией» и что, в отличие от Обамы, спокойно бы нашёл взаимопонимание с Путиным и вообще бы недурно с ним поладил. Проблему он видит в том, что Путин и нынешний хозяин Белого дома ненавидят друг друга, оттого не общаются. А если президентское кресло займет Трамп, то Путин даже Сноудена добровольно отдаст. Ситуация с Крымом – европейские заботы, пусть Европа и разбирается. «Крым – куда больше проблема Европы, чем наша. И Европа не жалуется так сильно, как мы, — считает Трамп. — Почему Германия не возглавила процесс? Германия – очень богатая, очень мощная страна. Почему они не разруливают больше? Будто мы — мировой полицейский!». Многие соотечественники считают, что Трамп участвует в предвыборной гонке исключительно для самопиара. Однако, согласно большинству опросов, именно Трамп пока самый популярный политик-республиканец. Он заявил, что если конвент официально не выдвинет его от Республиканской партии, он будет пытать счастье в качестве независимого кандидата. Коллеги уже испугались, что популярность скандалиста Трампа позволит оттянуть драгоценные голоса от республиканцев и отдать победу демократке Хиллари. А присутствие темы России и Путина на предвыборных дебатах, в интервью и в агитации, скорее всего, будет только увеличиваться по мере неизбежного нарастания страстей.

 

Александр Шамшиев

 

 

 

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1