Министерство инфраструктуры Украины сообщило, что все три линии обороны, возводимые вокруг Мариуполя, готовы на 100%. Сайт города Мариуполя 0629.com.ua проинспектировал линии обороны Мариуполя. Вот что они увидели:

 

 

Образцово-показательный ВОП, сооруженный мариупольскими строителями под руководством Донецкой военно-гражданской администрации, не раз демонстрировали и делегации Европарламента, и Президенту Порошенко, и украинским журналистам во время пресс-туров.

 

Образцово-показательный опорный пункт выглядит вот так:

 

 

«Когда мы начинали строить, большая часть полей была уже засеяна пшеницей, подсолнечником, — рассказал наш гид по ВОПам из числа строителей. — Фермеры были в шоке. Они говорили: мы вложили в посевную бешеные деньги, что нам делать, кто нам их вернет! Конечно, мы старались аккуратно работать, ездили только по своей колее, но все-таки много посевов было уничтожено. Вряд ли кому-то отдадут за это деньги».

 

Сейчас, в разгар лета, многие ВОПы утопают в подсолнухах. Их даже трудно рассмотреть среди всей этой природной красоты.

 

Едем по трассе (направление и название населенных пунктов намеренно не указываем).

 

«Вот видите, справа, это ВОПы, которые строила Волынская ОГА. Мы им помогали техникой. Это вторая линия обороны, — показывает мариупольский подрядчик. — А вот там, дальше, это уже мы строили».

 

Подъезжаем ближе. Можно фотографировать.

 

В принципе, все то же, что и на показательном ВОПе, только без маскировочных сеток, и травы возле укреплений побольше.

 

 

Продолжаем путь. Дальше ехать приходится только полями и посадками. Проезжаем редкие блокпосты, на них откровенно скучают разморенные жарой бойцы. При виде машины заметно оживляются. Машины здесь проезжают нечасто. С интересом рассматривают нас и без проблем пропускают, не задавая вопросов, кто мы и куда направляемся.

 

Въезжаем в село. Здесь располагается штаб. Проехать к нему нельзя — стоит постовой, не пускает. На улицах много военных. Бойцы живут в пустующих домах селян. Вот старушка сидит на завалинке, а в соседнем дворе отдыхает боец. Расположился на скамеечке, рядом каска, автомат. Пьет что-то из чайной кружки. Навстречу нам по дороге идет группа бойцов. Сверху камуфляж, а на ногах — спортивные брюки и шлепанцы. Настроение веселое. Рядом детвора на велосипедах. Два местных деда, очень бравые, о чем-то оживленно спорят. С ними по соседству, в доме напротив, что-то мастерят бойцы. Очень непривычная картинка — такое параллельное сосуществование войны и мира.

 

«А ведь совсем недавно все было иначе. Мы когда в Чермалык приехали строить, на нас мужики местные с кулаками бросались. И в Сартане «горячо» встречали. Сейчас настроения другие уже», — рассказывает наш проводник.

 

Выезжаем за село — и сразу ВОПы.

 

«Эти тоже мы строили, Донецкая ОГА. Всего 44 опорных пункта. Каждый ВОП по смете стоит 2,4 млн. грн. Но мы ни на одном объекте не вложились в смету. А все потому, что приходилось прокладывать подъездные пути, засыпать щебнем дороги, планировать землю, чтобы тяжелая техника, платформы могли пройти по бездорожью. Мы же в апреле начинали строить. Весна была дождливая, да и июнь тоже. Вот эта дорога, по которой мы сейчас едем — ее же просто не было. Мы ее с ноля прокладывали. А это все дополнительные расходы, солярка. Этого в смете никто не предусмотрел».

 

«Сейчас все критикуют Запорожскую ОГА, что она отстает от графика. Там, конечно, доверили подряд фирмам—однодневкам. У них ни техники не хватало, ни людей. Просили нас о помощи. Но не только в этом дело. Погода, бездорожье. Да и их ВОПы находятся по большей части на первой линии, под постоянными обстрелами — Гнутово, Староигнатовка, Новотроицкое. Я людей понимаю. Я когда на первой линии под обстрел попал, тоже категорически отказывался работать. «Азовинтэкс» нагнал своей техники. Краны яркие, желто-красные. Да они для боевиков — как маяки. Целься — не хочу. И несколько раз по нам действительно открывали огонь. Как начали класть мины по левую и по правую сторону от нашей техники.

 

Ужас! Грохот, осколки летят во все стороны, на нас летят. Страшно было, чего скрывать. Только дуракам не страшно. Живот сразу скрутило от страха. Наши тогда все врассыпную. Не пойдем работать, и все тут. Зачем нам это надо? Военные хотя бы защищены, каски, бронежилеты. У них социальная защита к тому же. Случись что, государство обеспечит семьи. А мы никому не нужны. Нам даже спасибо никто не сказал за такую работу и риск. В общем, взбунтовались. А потом что, строить-то надо. Пошли работать».

 

Так за разговором примчались на первую линию. Именно примчались. Некоторые участки пути пролетали, не притормаживая — места, где дорога идет по высоткам, да еще и не прикрыта посадками, постоянно простреливаются. Но сегодня было тихо. Повезло. Первое настоящее перемирие.

 

«А вот и первая линия. ВОП 1…. О, так здесь еще не закончены работы. А нам сказали, что уже все сделано…»

 

Откровенно говоря, первая линия обороны не внушала оптимизма. Если на второй линии многие ВОПы уже заселены, обживаются военными и выглядят отлично, то здесь, в нескольких километрах от передовой, все поросло травой. От постоянных дождей стены окопов размыло. В бетонных укреплениях потрескалась намывшаяся дождями глина.

 

 

Эти укрепления явно не для войны. Еще месяц-другой, и все траншеи придется рыть по-новой. Сколько на это еще может уйти денег, бюджетных денег, — вот вопрос.

 

«Видите, какие узкие траншеи? 60 см, все по проекту Министерства обороны. Они, наверное, еще на Вторую мировую ориентировались, когда свой проект готовили. Нам его потом трижды меняли! А ведь техника — это такая штука, ей проще новую траншею вырыть, чем расширять старую. Экскаватор гусеницами рушит все, что до этого возводилось».

 

Еще одна особенность строительства на первой линии — очень сложный грунт. Район Чермалыка, Павлополя — там везде гранит. Приходилось молот использовать. Все это затягивало работу.

 

Назвать сегодня ВОПы первой линии готовыми на 100% никак нельзя. Если все эти сооружения срочно не довести до ума, а потом не взять под постоянный контроль и обслуживание в самое ближайшее время, ситуация еще более усугубится. От траншей останутся только глубокие борозды, не более, а бетонные сооружения придется выкапывать из глины и земли. Но пока что незаметно, что это кого-то волнует в Минобороны или обладминистрации. В последнее время комиссии сюда практически не наезжают, говорят строители.

 

«Когда на второй линии работали, день через день к нам чиновники наведывались. А как первую начали строить — никого. Видимо, все боятся. Вообще-то, нам говорили, что мы на первой работать и не будем. Военные там должны были строить. Но потом посмотрели, что мы справляемся, и туда нас забросили», — рассказывает подрядчик. И показывает вдаль: вон там, где сверкает на солнце речушка, там уже враг. Может, смотрит на нас в бинокль и думает о чем-то. Так близко, рукой подать.

 

Два года назад мы с друзьями в тех местах охотились на фазана. А теперь на нашей земле кто-то охотится на нас. В это трудно поверить, особенно когда не стреляют, светит солнце, в ставке плавают гуси, а в поле работает трактор. И если не замечать все эти ВОПы, кажется, что и нет никакой войны.

 

К слову, местные не верят, что эти укрепсооружения построены для обороны. Здесь считают, что так теперь выглядит новая граница Украины. Верить в это совсем не хочется.

 

varjag_2007