Гибридной войны не существует: доказываем

   Дата публикации: 19 Июль 2015, 22:36

Довелось мне служить в армии, и даже офицером, и даже не запаса, а кадровым, а до этого мне пришлось учиться в военном вузе со всеми преимуществами и недостатками военного образования. Я хочу вам сказать одно: кафедра тактики у нас была очень сильная — и не только тактики, но и других военных дисциплин. Преподаватели были боевыми офицерами, в основном полковники, принимавшие участие во множестве военных конфликтов. Учебники тактики, рекомендации, методички писали тоже не дураки, местами даже генералы. И знаете, я никогда — как и мои преподаватели, как и создатели методичек, боевые офицеры — никто из нас не знал о таком термине, как «гибридная война».

 

 

Лично я услышал первый раз этот термин от Андерса Фог Рассмунсена, причем этот генсек НАТО, который не участвовал ни в одном военном конфликте, и непонятно, как он вообще стал генеральным секретарем самой мощной военной организации в мире, — обвинил, как всегда, Путина в том, что он специалист по этим самым «гибридным войнам». Учитывая, что наш президент учился в Советском Союзе, в стандартной школе КГБ, консультировался и консультируется с Министерством обороны, он также понятия не имеет о том, что такое гибридная война, в отличие от специалиста Рассмунсена, не имеющего к войне никакого отношения.

 

А давайте все-таки разберемся, откуда пошел этот термин, что это вообще такое? А то «гибридная война», «гибридная война» из каждого утюга. Давайте глянем в Википедию, не к ночи будет помянута. Даже на Википедии статья появилась всего лишь в 2014 году, то есть совсем недавно. В общем-то, этот термин присутствовал среди каких-то фриков, представляющих наших западных партнеров, и никогда никем всерьез не использовался.

 

Потому что это бред. И знаете, я больше чем уверен, что любой американский генерал, или полковник, или даже капитан, обучается не хуже нашего — будем это признавать. И ни один представитель Пентагона, равно как и представитель Министерства обороны РФ, равно как и министерств обороны других стран, никогда не использовали, не используют и не будут использовать этот термин.

 

И вот почему: давайте посмотрим, что такое гибридная война в понимании штатских или военных, не выступающих от лица военного ведомства? Подполковник корпуса морской пехоты США Билл Неметт утверждает, что это вид современной партизанской войны, который всего лишь объединяет современные технологии и методы мобилизации. Что я могу ответить этому «заслуженному» подполковнику? Да только то, что Минин и Пожарский в свое время как-то тоже использовали современные на тот момент технологии и методы мобилизации, а также вели партизанскую войну. Они, правда не знали, что это была гибридная война, как и польские шляхтичи, поэтому в учебниках об этом не написано.

 

Нейтан Фрайер из Центра стратегических и международных исследований решил, что гибридная война представляет собой следующие угрозы: традиционные, нестандартные, катастрофический терроризм, подрывные, когда используются технологии для противодействия превосходству в военной силе. И мне нравится его глубокомысленно определение — действительно, стратег. Ведь есть угрозы традиционные — что под этим подразумевается, непонятно, но, слава Богу, что не гей-парады.

 

Нестандартные — очень интересно, кажется, в войне и побеждает тот, кто применяет нестандартные ходы. Например, Суворов применял очень нестандартные ходы, благодаря чему и побеждал. Катастрофический терроризм — я даже не знаю, что тут сказать. Ну если есть у кого пояс шахида из обогащенного плутония, может, это и сработает. Подрывные — ну что тут сказать, по-моему, любая война подразумевает подрыв коммуникаций противника. Вспоминаем белорусских партизан, которые как раз этим и занимались — подрывали коммуникации превосходящих сил противника, да и не только белорусских.

 

И, наконец, прекрасно разбирающийся в военной науке журналист Фрэнк Хоффман обобщил: гибридная война определяется в виде любых действий врага, который мгновенно и слаженно использует сложную комбинацию разрешенного оружия, партизанскую войну, терроризм и преступное поведение на поле боя, чтобы добиться политических целей. Да, очень мне нравится, что журналист подвел итог, и даже сам не понял, насколько здравый. Ведь реальная война действительно представляет собой «любые действия врага, который мгновенно и слаженно использует сложную комбинацию разрешенного оружия, партизанскую войну, терроризм и преступное поведение на поле боя, чтобы добиться политических целей».

 

А знаете, почему? Да потому, что надо победить. Не верите, что так бывает? Давайте вспомним «гибридную» Великую Отечественную Войну, где также мгновенно и слаженно действовали военные подразделения, и партизаны, и терроризм, и все что угодно ради победы. Но только Сталин, как и Жуков, тоже не знали, что это была гибридная война.

 

Я могу еще очень много примеров привести того, что наши западные товарищи — хотя они нам и не товарищи — по военному делу несут полный бред. И гибридная война — одно из проявлений этого бреда. Она ничем не отличается от множества войн, которые вели западные страны в свое время, и которые мы вели в свое время.

 

Сомали, Гренада, Фолкленды, Афганистан, Иран, Ирак, Югославия — мне не хватит клавиатуры, чтобы перечислить все войны, которые можно назвать гибридными, потому что все они гибридные. Потому что война в любом случае включает в себя весь диапазон действий — от мягкого дипломатического до самого жесткого военного, в том числе, и ядерной угрозы.

 

Потому что это война. А то, что представитель самой крупной военной группировки мира ляпнул что-то про гибридную войну, и это подхватили — не принимайте всерьез.

 

Вениамин Сухарев 

 

 

Метки по теме: ;


Комментировать \ Comments
image


bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1