Беженцы подорвали европейскую солидарность. Александр Шамшиев

Дата публикации: 10 Июнь 2015, 15:41

Из-за революций и войн на Ближнем Востоке и в Африке сотни тысяч беженцев с моря штурмуют европейские берега. Старой Европе надоело справляться в одиночку, поэтому она решила попросить помощи у своих собратьев с Востока… и получила отказ.

 

Беженцы подорвали европейскую солидарность

 

Ситуация с беженцами в Европе удручающая. В 2014 году количество прошений о предоставлении политического убежища достигло рекордной отметки в 600 тысяч. По данным ООН, в этом году 60 тысяч человек пытались пересечь Средиземное море в поисках лучшей жизни. Более 1800 из них погибло во время рискованного путешествия. Всего 219 тысяч человек осели в Евросоюзе в 2014 году, за прошедшие январь-апрель прибыло еще 46 тысяч беглецов от разрухи и ужасов войны. Большинство из них приплыли из раздираемых конфликтами Сирии и Ливии. Остальные спасаются из Сомали, Эфиопии, Эритреи, Мали, Ирака и Афганистана.

 

Право беженца на политическое убежище в иностранном государстве — одно из основополагающих прав человека. Оно закреплено во Всеобщей декларации прав человека 1948 года и в Конвенции ООН о статусе беженцев 1951 года. Внутри ЕС прием беженцев регулировался Дублинской конвенцией 1990 года и заменившими ее регламентами «Дублин II» и «Дублин III», прописывающими определенные обязанности членов ЕС по рассмотрению заявок на политическое убежище. Основная масса из них ложилась на так называемые «первые страны» — государства, на территорию которых беженец попадал изначально.

 

Резкий наплыв беженцев в результате Арабской весны и последующих войн наглядно продемонстрировал огромную диспропорцию в «дублинской системе». В подавляющем большинстве случаев «первыми странами» для причаливающих сирийцев и африканцев оказываются Италия, Греция и Мальта. К ним добавляются Франция, Германия, Швеция и Австрия — государства, куда беженцы впоследствии предпочитают ехать за убежищем. Расчеты Еврокомиссии показали, что 90% всех беглецов принимают 10 членов ЕС (из 28), а обработка 72% заявок на убежище в Евросоюзе приходится на пять стран.

 

Чтобы решить проблему, Еврокомиссия во главе с Жаном-Клодом Юнкером предложила равномерно разделить бремя по приему и обустройству беженцев между всеми членами союза. Юнкер призвал к солидарности. Действительно, отдельные страны вроде Италии буквально задыхаются от нескончаемого потока беженцев, пока другие собратья по европейскому дому прохлаждаются в сторонке. Хотя соблюдение прав человека считается святой обязанностью и общим делом Евросоюза. Поэтому Еврокомиссия предложила усовершенствовать Общую европейскую систему убежища по принципу «разделения ответственности».

 

В Плане действий по миграции Еврокомиссии предлагается перейти от распределения беженцев по странам на добровольной основе к квотам по их перемещению и расселению. Квота на каждую страну рассчитывается исходя из ее ВВП, численности населения, уровня безработицы и количества уже принятых беженцев. Всего по квотам в государства-члены ЕС предполагается переместить 40 тысяч человек, находящихся в Италии и Греции. Все страны вдобавок должны будут суммарно принять 20 тысяч человек, которые получат статус беженца в будущем в соответствии с «единой европейской клятвой». Приоритетными регионы, откуда будут брать беженцев — Северная Африка, Ближний Восток и район полуострова Африканский Рог.

 

Отдельной строкой от Еврокомиссии любезное приглашение принять участие в коллективном спасении беглецов получили и «ассоциированные» члены ЕС, такие как Украина.

 

«Солидарность идет рука об руку с ответственностью», — напомнил первый зампредседателя Еврокомиссии Франц Тиммерманс. «Это — вопрос справедливости, — добавил австрийский канцлер Вернер Файман. — Убежище — не акт милосердия, а право человека».

 

Предложение мгновенно вызвало разногласия. Германия, Франция, Италия и Испания в целом поддержали систему квот, но предложили ввести иную формулу расчета. В совместном заявлении Берлин и Париж выступали за ответственность и солидарность и попросили во главу угла ставить не экономику страны-реципиента, а усилия, которые страна уже приложила по приему беженцев. Так, немцы попросили учесть, что их МВД за три года выдало гуманитарные визы 34 тысячам сирийцев. В прошлом году Германия предоставила убежище 47,5 тысячам человек, Франция — 20,6 тысячам.

 

Из Старой Европы против квот ожидаемо высказалась Великобритания. Соединенное Королевство многие десятилетия ведет политику оговорок и уклонения от многих элементов евроинтеграции, будь то отказ от введения евро или неучастие в Шенгенской зоне. Премьер-министр Дэвид Камерон давно критикует правила ЕС по миграции и согласился до конца 2017 года инициировать национальный референдум о возможности выхода из Евросоюза. Таким образом, правительство консерваторов смогло не только перетянуть голоса евроскептиков, но и получить дополнительный стимул торговаться в Брюсселе. Последовательная позиция Британии по отстаиванию своих интересов привела к тому, что она во многом оказалась за бортом плана Еврокомиссии. Квоту на перемещение ей вообще не насчитали, а квоту на расселение оформили как рекомендацию.

 

На восточном фронте активнее всех на квоты по беженцам ополчилась Прибалтика. В соответствии с двумя квотами, Литве приписали прием 710 человек, Латвии — 737, Эстонии — 1064.

 

Меньше досталось только Кипру, Словении и крохотной Мальте с Люксембургом. Политики и чиновники трех балтийских стран восприняли идею в штыки. Аргументы в ход шли самые разнообразные. Еще до раздачи квот экс-глава эстонского МИД, ныне евродепутат Кристийна Оюланд, вовсе усмотрела в беженцах угрозу «белой расе» и призывала запретить им пересекать Средиземное море, посетовав на «политкорректные слюни». Министр здравоохранения Латвии Гунтис Белевич начал страшить эболой (подавляющее большинство людей бежит в Евросоюз из регионов, где серьезных вспышек эболы не наблюдалось).

 

Прибалтийские республики принялись дружно наперебой доказывать Еврокомиссии, насколько они на самом деле маленькие и незначительные на фоне других членов ЕС, как в экономическом измерении, так и в плане населенности. Капля в европейском море. Следовательно, с несколькими сотнями беженцев им не справиться. К тому же, их мало просто принять, их нужно содержать. Денег на это нет. И культура не готова. «Мы не готовы принимать столько беженцев ни материально, ни в плане культуры. Если нам принять столько беженцев, то их некуда будет поселить. Латвии 5—6 млн евро придется отложить, чтобы построить для них жилье», — возмутился латвийский евродепутат Артис Пабрикс, добавив: «Если мы сейчас примем этих 737 беженцев, нам потом еще больше пришлют». Его слова подтвердил руководитель МВД Рихард Козловскис: «Мы к такому не готовы». Касательно денежной стороны вопроса стоит добавить, что Еврокомиссия планирует направить на реализацию амбициозного плана 50 миллионов евро только за первый год. Латвии прочат по 6 тысяч евро за беженца, но, по мнению премьера Лаймдоты Страуюмы, этого недостаточно.

 

Несмотря на сильную озабоченность нарушениями прав человека в различных уголках мира (в особенности — у соседей), с конца 90-х Латвия дала политическое убежище всего 65 беженцам, Эстония — 108. По сравнению с другими странами ЕС — мизерные цифры. Впрочем, протестуя против принудительных квот, литовский президент Даля Грибаускайте решила похвастаться: «Наше государство предоставило убежище более чем 400 иностранцам, основная часть которых прибыла из Украины, Грузии и России» (пример такого беженца — сын чеченского боевика Джохара Дудаева Авлур, живущий в Литве под именем Олег Давыдов). Интересно, что с аналогичным аргументом «против» не выступила Польша (хотя у нее тоже нашлись претензии к квотам), при том, что поляки давно принимают куда больше беженцев с Украины и, по специальным программам, принимают сирийских христиан, бегущих от «Исламского государства». И при том, что Литва пару месяцев назад приостановила прием украинцев, намекнув, что им на исторической родине должно быть, где укрыться, а ранее грозилась выдворить украинского журналиста-беженца Анатолия Шария за «антиукраинскую позицию».

 

Поэтому премьеру Альгирдасу Буткявичюсу пришлось сообщить, что Литва готова сверху принять 30-40 человек, не больше. Его эстонский коллега Таави Рыйвас назвать свою допустимую цифру приема беженцев отказался, потому что «если сейчас четко обозначить эту позицию, Эстония сама лишит себя возможности дальнейшего маневра [перед Еврокомиссией]». Но согласился со Страуюмой и Буткявичюсом, что квота для страны неподъемная. Остается надеяться, что, как выразилась Кристина Каллас из Эстонского совета по беженцам, из-за трудностей с социальной адаптацией и низкой зарплатой сирийцы с эритрейцами добровольно уедут из Эстонии на Запад в поисках лучшей доли.

 

Споры вокруг судьбы беженцев показали, что европейская солидарность — вещь зыбкая и хрупкая, когда Евросоюз сталкивается с реальными вызовами.

 

Прибалтийские республики отказались разделить ответственность по приему беженцев с другими членами ЕС и поучаствовать в благородной миссии спасения по нескольку сот арабов с африканцами, ссылаясь на собственную малонаселенность. Для сравнения, в прошлом году в Дании (6,5 млн человек) убежище получили 5765 беженцев, в Норвегии (5,1 млн) — 5865, в Швеции (9,1 млн) — 33 тысяч, в Швейцарии (8,1 млн) — 15,6 тысяч. Бедная Греция приютила 3850 человек.

 

Евросоюз задумывался как организация, где солидарно делятся не только блага, но и обязанности, о чем и пыталась напомнить Еврокомиссия. Литва, Латвия и Эстония очень активно вовлекают партнеров по ЕС в собственную повестку дня, когда это касается раздачи грантов и программ по получению евроденег, введения евро с отменой виз, либо когда нужно задействовать общую политику в сфере безопасности по отражению «российской угрозы» или помощи Украине. Однако помощь Италии, Германии и Италии в трудную минуту не нашла аналогичного отклика у балтийских политиков.

 

«Почему Латвия ноет из-за беженцев?», — задался вопросом Алекс Коулз, автор англоязычного блога Life in Riga («Жизнь в Риге»). Испытав явный ценностной диссонанс, он посоветовал жителям Латвии вспомнить, когда в результате Второй мировой войны десятки тысяч латышей (как и литовцев, и эстонцев) переплывали Балтику, ища спасения у шведских берегов, бежали в Западную Европу и находили новое пристанище в США.

 

«Не у одной Литвы такая позиция. Литва, Латвия, Эстония, страны Вышеградской группы, примечательно, что страны, которые последними присоединились к ЕС, на самом деле демонстрируют меньшую солидарность, — раздосадовано посетовал на соотечественников литовец Поливас Андрюкайтис, еврокомиссар по вопросам здравоохранения и безопасности продуктов. — Когда нужны дополнительные средства для ликвидации африканской чумы свиней, тогда эти страны звонят в Брюссель, а когда нужно увидеть, что трагически гибнут люди и Средиземное море превращается в кладбище, тогда солидарность не действует, потому что «мы не можем».

 

Александр Шамшиев, RuBaltic.Ru

 

 

 

Окажи помощь Новороссии и команде News Front

 

 

 

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
Bezhency_cd22


bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1