Русские пираты в контексте международного права. Захар Прилепин

Дата публикации: 05 Июнь 2015, 18:33

Арабский историк Мас`уди интересно писал про русских и славян в 943 году.

(Он называл их через запятую: «русы и сакаалиба» (славяне); иронизировать на эту тему уже лень, но никаких «украинцев» ни он, ни какой иной историк тех эпох никогда не называли, потому что их ещё не было тогда и в помине).

«Русы — громадное племя, — писал он, — Они не подчиняются никакому царю и никакому закону».

 

Фрагмент картины Бориса Кустодиева «Степан Разин». 1918 год

Фрагмент картины Бориса Кустодиева «Степан Разин». 1918 год

 

 

(И ещё: «Они сжигают своих мертвецов вместе с их конями, утварью и украшениями. Когда умирает мужчина, его жену заживо сжигают вместе с ним, но если умирает женщина, мужа не сжигают…». Суровый народ. Строка поэта «…в горящую избу войдёт» приобретает здесь несколько иной смысл).

 

Арабский историк печально констатирует (речь идёт о Каспийском море): «Русы проливали кровь, делали что хотели с женщинами и детьми (ещё бы — они и своих-то женщин не жалели — прим. моё) и захватывали имущество. Они рассылали отряды, которые грабили и жгли. Народы, живущие на побережьях этого моря, пришли в смятение, так как в прежние времена не видали, чтобы враг наступал на них с моря».

 

Любопытно именно неподчинение государства русов закону. Мир уже придумал себе международное право, а русы пользовались правом силы.

 

Второй момент, который удивляет.

 

Русы терроризируют, помимо Каспия, Византию, Хазарию, Северный Кавказ, однажды их побивают на территории Дагестана, но они возвращаются через год. До прихода монголов длятся эти забавы.

 

Безусловно, в их войске силён варяжский элемент, который обрастает славянами и скоро становится, по сути, славянским.

 

И вот забавно: периодически русы предлагают правителям тех или иных земель, куда приходят, свои воинские услуги: давайте мы будем служить вам, помогать вам, беречь вас. Но тайная их цель — через службу какому-либо царю, самим стать элитой этого царя, заместить власть: возможно, так у части варягов получилось в славянской земле — и они хотели распространить этот опыт; в сущности, он распространился, хотя был славянами видоизменён.

 

К чему я это вспоминаю: в 1667 году, то есть, спустя пятьсот лет, Степан Разин, тогда ещё не национальный русский герой, а удачливый казак, идёт на Каспий (опять на Каспий), наводит там ужас на оба берега, грабит и захватывает целые города, но, останавливаясь, предлагает, скажем, персам свою службу. «Возьмите нас, будем вашей элитой».

 

То есть, один в один повторяет поведение первых русских князей.

 

Гипотетически можно представить: если бы Менеды-хан, персидский правитель, согласился на предложение Разина — пространство вокруг Каспия неизбежно стало бы «другой Россией» («второй Россией») — и ушло бы под власть России много раньше.

 

Для Разина его приключения не являлись стихийной инициативой, пиратством — известно, что он был дипломатом (знал восемь языков!), до начала своей «разбойной деятельности» и «крестьянской войны» участвовал в заключении ряда международных договоров, — то есть, он воспроизводил не только, скажем, опыт Ермака — а вообще русскую традицию, вполне себе княжескую, от самых её истоков.

 

Другой момент про Разина, на этот раз уже «украинским историкам» на заметку. Персидские правители не взяли Разина на службу, за это он перебил там множество народа и разбил флот Менеды-хана (судя по всему, взяв в плен его дочь, которую потом утопил и сына, которого, впрочем, вернул обратно по просьбе администрации г. Астрахань, пропускавшей его домой на Дон).

 

Отдохнув после каспийских приключений, в 1670 году Разин собрался идти на Русь. В 1669 году он — внимание! — звал в сообщники украинских атаманов, в том числе Дорошенко и Серко: «пойдём вместе пошатаем Москву». Но те подумали-подумали и не поддержали Разина.

 

Разин пошёл один. Сначала вниз по Волге (взял Царицын и Астрахань), а затем вверх по Волге (взял Саратов и Самару). Дошёл до Симбирска, где его победил посланный Алексеем Михайловичем князь Боратянский.

 

При иных обстоятельствах Разин мог бы взять ещё Казань и Нижний — и оказаться в Москве.

 

Это я к тому, что «украинские историки» могут теперь локти кусать: вот-де, могли бы ещё тогда дойти до Москвы, нарисовать трезубец на кремлёвской стене, да сплоховали.

 

С другой стороны, если б дошли, Разин, конечно же, обманул бы украинских атаманов и тихо зарезал по одному. Потому что он всё-таки был дипломат и великокняжескую русскую традицию соблюдал.

 

Советские историки не очень любили упоминать, что на своих стругах Разин вёз якобы истинного наследника царской фамилии и патриарха Никона. На самом деле Никон тоже отказался поддержать авантюру Разина, он сидел в ссылке и надеялся, что Алексей Михайлович сам приползёт на коленях просить прощения.

 

Тогда Разин переодел в Никона какого-то мужика, а какого-то паренька в царевичи, и был таков.

 

То есть, Разин хоть и характеризовал «бунташный дух» и «крестьянский бунт» — в целом он был полный и законченный патерналист и консерватор. Государевы стяги висели на его стругах, а не, скажем, череп с костями, и в каждой «прелестной грамоте» Разин клялся именем Господним и царским именем.

 

Ну, то есть, чтоб вам было понятно, Разин являл собой что-то среднее между Захарченко, Мозговым и Стрелковым.

 

…если бы Разин пришёл к власти, ничего с Россией не случилось бы. Через некоторое время он стал бы обычным русским правителем, его бы «легализовали» и продолжилось бы всё то, что было до этого. А именно: строительство многонационального государства русских и неизменная русская экспансия.

 

«Неподчинение никакому царю и никакому закону» русами вечно оборачивалось подчинением своему царю и своему закону. Арабский историк ошибался.

 

Захар Прилепин

 

 

 

Окажи помощь Новороссии и команде News Front

 

 

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
Prilepin_117944


bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1