Казус Шамрило. Дмитрий Заборин

Дата публикации: 29 Май 2015, 12:01

Несколько лет назад наша поисковая организация нашла под Киевом останки второго секретаря киевского горкома Тимофея Шамрило, именем которого названа улица в Шевченковском районе столицы. Об этом человеке никто ничего толком не знал, кроме того, что он пропал без вести в 1941 году.

 

Казус Шамрило

 

Но вот нашлась его родная дочь, нашлись кое-какие документы в архивах, прошли исторические диспуты. И перед нами развернулась судьба простого парня из-под Нежина, который состоялся как руководитель в рамках существовавшей государственной формации.

 

Человек приехал из маленького городка, закончил КПИ, занимался проблемами города, стал народным депутатом. Жил в служебной квартире на улице Заньковецкой, имел жену и дочь. Когда пришла война – вошел в состав штаба по обороне Киева и в 36 лет погиб на ближних подступах к нему, во время второго, решающего наступления немцев на украинскую столицу. В этих семи предложениях вы в настоящий момент наблюдаете «оправдание преступного коммунистического режима» и «создание позитивного образа лица», занимавшего руководящую должность в Компартии.

 

Вступивший в силу закон «Об осуждении коммунистического и национал-социалистического (нацистского) тоталитарных режимов в Украине и запрещении пропаганды их символики» еще должен быть проанализирован на предмет практического применения. Но уже в данный момент, чтобы не подвести никого под пять лет с конфискацией, я обязательно должен добавить, что украинец Шамрило был преступником и людоедом только потому, что занимал, по-современному говоря, должность заместителя председателя КГГА. Или заммэра, если хотите. А то, что по штатам военного времени он должен был быть одним из руководителей подполья, вообще низводит его до демонического уровня.

 

Эта толика откровенного бреда отныне обязательна, поскольку информагентства не имеют права «пропагандировать коммунистический режим» в своих материалах. А рассказывать про историю Шамрило в эфире тем более нельзя, поскольку телерадиовещателям прямо запрещено «создавать позитивный образ лиц, занимавших руководящие должности в коммунистической партии, начиная с должностей секретаря районного комитета и выше».

 

Где находится грань между позитивом и нейтральной оценкой, определить невозможно. Следовательно, она будет определяться произвольно, со всеми вытекающими последствиями. Начиная с банальной цензуры, столь порицаемой и ненавидимой каких-то год-два назад.

 

Возможно, у кого-то есть иллюзии по этому поводу. Но как это работает, видно по результатам позапрошлой ночи. Сильную грозу, как цинично сообщают «гражданские активисты», не вынесли «сразу три памятника коммунистам»: Андрею Иванову, Демьяну Коротченко и комсомольцам 20-х годов. В нынешнем прочтении – бывшему губернатору Киевской, Харьковской и Одесской областей; премьеру и главе парламента; политически активной молодежи.

 

В то же время, рассматриваемый нами закон в статье первой прямо указывает, что к символике тоталитарного режима не относятся памятники, связанные с развитием украинской науки и культуры. Кто и когда оценил персоны Коротченко, Иванова и безвестных мальчиков и девочек применительно к развитию украинской культуры? Какая комиссия вынесла решение о необходимости сноса памятников? Где решение этой комиссии? И почему, наконец, судьбу памятников решают ночью, как воры, какие-то люди, не читавшие даже «Википедии» и не знающие, чем занимался Коротченко?

 

В резолюции ПАСЕ № 1652 от 29.01.2009 г. «Отношение к памятникам, имеющим спорную историческую интерпретацию, в государствах-членах Совета Европы» (то есть, и в Украине тоже) содержатся прямые указания, как с ними поступать. Например, переносить в музеи. И хотя решение судьбы памятников – суверенное право государств, ПАСЕ настаивает на «консолидации всех основных политических сил, представляющих различные подходы… для достижения окончательного решения на основе мнения большинства». ПАСЕ, знаете ли, призывает к дискуссии и взаимопониманию. ПАСЕ просит различать военные могилы и памятники, «возведенные во славу тоталитарных режимов или оккупационных сил».

 

Но получается, что формально мечтающая о слиянии с Европой Украина плевать хотела и на примирение, и на ПАСЕ с его рекомендациями, и на мнение большинства. Улицы и целые города должны быть переименованы в приказном порядке. В соответствии с поправками в закон «О местном самоуправлении в Украине» если местный совет не принимает соответствующее решение – их переименуют все равно, волей отдельно взятого сельского головы или мэра. А если и эти откажутся, полномочия переходят к облгосадминистрациям. Причем их главы обязаны это сделать в трехмесячный срок, если процесс не идет. Нетрудно предвидеть, что облгосадминистрации окажутся в итоге крайними, и всячески будут затягивать процесс, лишенный не только здравого смысла, но и бюджетных средств.

 

Кроме того, кому потом захочется оказаться на месте обвиняемого в тоталитаризме? Ведь подход к процессу переименований – сугубо «коммунистический», то есть – насильственный. Не менее тоталитарными выглядят прямые ограничения деятельности оппозиционных политических партий и отдельных кандидатов в депутаты, мэры или президенты, что прямо противоречит Конституции Украины.

 

Но и заниматься защитой памятников людям дела и воинских захоронений от «активистов» тоже никто не будет. Грань между требованиями о соблюдении действующих законов государства и встречными обвинениями в симпатиях к «украиножерам» тоже невероятно тонка. То есть, с одной стороны, люди с остатками разума и совести будут всячески противиться претворению норм антидемократического, антиконституционного и антиевропейского закона в жизнь. Зато, с другой стороны, всякий, кто сочтет нужным, прикроется им для оправдания собственной дурной удали.

 

Боюсь показаться банальным, но помноженная на исторические комплексы и чувство безнаказанности гордыня побеждает. А единственные ее последствия – нищета, бесправие и все более непримиримая ненависть людей друг к другу.

 

Два года назад Гаина Тимофеевна Шамрило сказала мне: «…А сейчас всех, кто в Киеве тогда был, забыли. Я очень боюсь, что и улицу Шамрило переименуют, ну как же – секретарь горкома Компартии! Главное, чтобы пока я жива, этого не случилось».

 

К сожалению, она как в воду глядела.

 

Дмитрий Заборин

 

 

Окажи помощь Новороссии и команде News Front

 

 

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
Lenin_60_main


bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1