Котлета по-донбасски. Юрий Петрушевский

Дата публикации: 17 мая 2015, 11:20

Украинский журналист пытается дать объективную оценку о происходящем на Донбассе. Насколько ему это удалось- судите сами.

 

Волноваха находится северней Мариуполя, примерно километрах в шестидесяти. Я уже писал о том, что везде я путешествовал своим ходом, потому, дабы добраться до Волновахи, мне пришлось ехать на автовокзал в Мариуполе. На вокзале я увидел огромные очереди людей, которые, набрав полные сумки хозяйственных товаров (мыло, памперсы, шампуни), планировали ехать домой, на оккупированные территории.

162541

Мой автобус следовал по маршруту Мариуполь — Донецк, и на входе водитель просил предъявить не только билет, а и пропуск на оккупированную территорию. Без пропуска, по его словам, человека не пустят через крайний украинский блокпост, и назад придется идти пешком, ведь автобус проследует далее. Но в тот момент примерно у половины пассажиров не было этого документа, потому все говорили: «Мы лично договоримся с военными, все будет нормально».

 

Автобус был забит полностью, до Волновахи мне пришлось ехать стоя, да еще и согнувшись в три погибели. Единственным утешением был тот факт, что через каждые 20 минут пути можно выйти и размять ноги, пока проверяют документы на блокпостах.

 

Военные на мариупольском направлении требуют, чтобы обязательно все мужчины выходили из автобуса, в руках нужно держать паспорт в развернутом виде. Некоторых заставляют выходить с вещами, но это, скорее, исключение. У всех обязательно спрашивают конечный маршрут и цель поездки. Ко мне в основном были вопросы такого характера: «Что? Полтавская прописка? Что ты тут делаешь? Журналист? А где твоя камера? А, ты же радио, точно! А что в Волновахе? Просто так? Ну, будь аккуратнее».

 

Примерно через 1,5 часа пути я был уже на месте. Город встретил меня хорошей погодой, но не совсем приветливыми жителями.

 

Прогулявшись полчасика в районе автовокзала, нашел памятник Ленину и понял, что я в центре. Тут я решил провести опрос местных на улице, но очень быстро передумал.

 

Первые три человека, гулявшие по парку, просто послали меня. «Журналист из Киева? Пошел отсюда», «Уезжай в свой Киев, нам тут и без вас было хорошо».

 

Одна женщина обрадовалась, услышав, что я журналист, и с надеждой в голосе произнесла: «Из Донецка?». Я ответил отрицательно, на что она сказала: «Ой, я тороплюсь, извините». В тот момент я понял, что нужно сначала позавтракать и потом продолжать искать собеседников.

 

С адекватными кафе в Волновахе очень сложно. Большинство местных заведений закрыты. Я поспрашивал у местных, где все-таки можно подкрепиться, и меня направили в баню, при которой еще работает ресторанчик. На Донбассе я принципиально пытался заказывать борщ, ну и что-то из украинской кухни на второе. В меню меня удивил один пункт: «Котлета Донбасская». Я спросил о том, что это такое. На что мне бармен, которая одновременно официант и кассир, ответила: «Это куриная котлета, внутри которой сливочное масло». «Девушка, но это же называется «котлета по-киевски». «У нас это «котлета Донбасская». Дальше спорить мне не хотелось, и я молча ждал свой борщ и котлету. Оставив чаевых и тем самым задобрив мою собеседницу, я решил расспросить, каково им работается в зоне АТО. «Отсутствие местных клиентов компенсируют военные», — рассказала мне Инна. «Пьют много и ведут себя дерзко. Но у них много денег, потому, не жалея их, оставляют много на чай». Услышав наш диалог, к нам быстро подключились уборщица Нина и прибежавший из кухни повар Армен. Все они уверены, что украинская армия их не защищает, а терроризирует. Тогда я впервые услышал о том, что военные зарабатывают на АТО с помощью блокпостов. Местные об этом говорят много, но когда спрашиваешь подробности и достаешь диктофон, все замолкают.

 

После кафе я решил отправиться на тот роковой блокпост, возле которого боевики расстреляли из «Града» автобус с мирными жителями в январе этого года. На центральной площади стояли таксисты. Услышав, что мне нужно ехать к военным на блокпост, лишь один согласился отправиться со мной.

 

Звали его Олег. До пенсии он работал участковым в местной милиции. Сначала он меня повез на место расстрела офицера СБУ. Убили его возле местного кафе «Ромашка». В тот день, по словам Олега, возле заведения стояли фуры с алкоголем, которые наши военные хотели провезти на оккупированную территорию. Тогда они не смогли договориться о цене взятки с СБУшником, и, поконфликтовав, произвели выстрел. Олег первый, кто мне подробно рассказал о том, какова такса на проезд фуры с продуктами на оккупированную территорию.

 

По его словам, самый дешевый товар по цене это картофель. За одну машину на блокпосте берут 50 тысяч гривен. Фура яиц — 70 тысяч гривен. Молокопродукты — от 90 тысяч. Поэтому в самой Волновахе стоит так много грузовых машин. Все они «ждут своей очереди» на проезд. По словам Олега, взятка распределяется поровну между пограничниками, фискальной службой, представителями Нацгвардии и другими подразделениями, которые «бдят» над спокойствием на блокпосте.

 

С начальником этого трагического и одновременно коррумпированного (по словам местных жителей) блокпоста мне поговорить не удалось. Он затребовал журналистскую аккредитацию в зону АТО, а ее надо было забирать в штабе в Краматорске, до которого я еще не успел доехать. В общем, на мои вопросы начальник блокпоста отказался отвечать и пошел дальше трапезничать. Я же отправился назад пешком в Волноваху (таксист Олег меня не ждал, ведь возле блокпоста стоять запрещено).

 

Прогулявшись до города, я начал искать гостиницу, ведь не за горами был вечер, а в это время журналистам советуют не ходить по улицам. Но работающих гостиниц в Волновахе нет. Также нет возможности снять квартиру или комнату, потому я принял решение ехать дальше — за аккредитацией в Краматорск.

 

Волноваха в моей памяти останется очень неоднозначным городом. Городом, который не был под властью «самопровозглашенных», но при этом ностальгирующий по «русскому миру». Город, в котором на одной стене написано: «ДНР», «Украина», «Идем на Киев» и «ПТН ПНХ». Город, в котором в церкви Московского патриархата говорят на украинском языке. Такая разная, но многострадальная Волноваха. Как и весь Донбасс.

 

Юрий Петрушевский, журналист «Радио Вести»

 

 

 Окажи помощь Новороссии и команде News Front

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
Самые популярные новости соцсетей

bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1