Одесская Хатынь. Год спустя. Colonel Cassad

   Дата публикации: 02 мая 2015, 17:03

Прошел ровно год с Одесской Хатыни. В тот день с утра гремел второй штурм Славянска, войска хунты начали продвижение к городу, со стороны Карачуна взлетали осветительные ракеты и гремел стрелковый бой, за городом падали сбитые ополченцами вертолеты. Бои шли весь день, их масштаб возрастал — такого еще не видели с начала войны. Но к вечеру в военные сводки внезапно вклинилась Одесса, откуда начали приходить страшные, сюрреалистические кадры заживо сожженных и зверски замученных людей, которые открыли новую страницу в гражданской войне на Украине.

 

Страшное фото из одесского Дома профсоюзов. На черной от копоти стене следы человека. Вероятно, перед смертью он прислонился к ней лицом...

Страшное фото из одесского Дома профсоюзов. На черной от копоти стене следы человека. Вероятно, перед смертью он прислонился к ней лицом…

 

 

Несмотря на то, что к 2 мая 2014 года жертв этой войны было немало, данные убийства, крупнейшие со времен убийств в Киеве, выбивались из общего ряда не только количеством жертв, но и новым уровнем жестокости, который тогда еще многим казался чем-то невозможным. Это сейчас, когда за год мы уже насмотрелись на убитых фашистами женщин и детей, разрушенные города и страшные следы боев, пронзительность Одесской трагедии несколько притупилась. Мы привыкли к тому, к чему привыкать нельзя. Но тогда, 2 мая 2014 года Одесса вызвала масштабное потрясение общественного сознания, в котором война на Украине разделилась на до и после Одесской Хатыни. Для многих, именно Одесса стала точкой невозврата, после которой говорить о единой Украине, федерализации, примирении и сосуществовании стало невозможным. Именно после Одесской Хатыни, термин фашизм в применении к киевской хунте обрел внутреннее содержание, так как люди наконец увидели знакомое лишь по книгам лицо фашизма пришедшего к власти и осуществляющего открытый террор.

 

События в 2 Одессе целенаправленно готовились и не являлись чем то случайным. На фоне усиливающейся войны на Донбассе, хунте было крайне важно усмирить Одессу, где продолжались открытые выступления и существовал даже местный аналог постоянного «майдана» рядом с домом Профсоюзов. К тому времени уже было разгромлено открытое сопротивление в Харькове и Запорожье, которое давилось силами завезенных банд «самообороны евромайдана», перешедшей на сторону хунты милицией и иностранными наемниками. Одесса были следующей в этом списке. За ней должен был последовать Мариуполь.

 

Основной задачей хунты было максимально жестко подавить открытое сопротивление в Одессе и фактически установить свою власть в городе, которая до того момента не была полноценной в силу колебаний местного чиновничества и милиции. Так как своих сил у хунты не хватало, в дополнение к лояльным хунте сотрудникам милиции, в городе завозились футбольные ультрас и боевики «самообороны». Среди известных организаторов подготовки случившихся кровавых событий были Коломойский и Парубий. Начальник местной милиции Фучеджи и местный губернатор (впоследствии замененный ставленником Коломойского Палицей), знали о том, что должно произойти и заранее расчистили площадку. Милиция и ряд муниципальных служб зная о том, что в городе будут столкновения и будет кровь, фактически были на время устранены, чтобы завезенные боевики могли беспрепятственно сделать свое дело. Позднее, ответственность за Одесскую Хатынь пытались свалить на людей вроде Фучеджи, которые были всего лишь соучастниками, но не организаторами произошедшей бойни и от которых избавились (Фучеджи бежал в Приднестровье), когда нужда в них отпала.

 

Как показали дальнейшие события, силы были изначально неравны. Местный антимайдан (несмотря на внутренние противоречия) превосходил числом местных правосеков и бандеровцев, но за счет завезенных подкреплений, из центральной Украины, противник получил преимущество, которым и воспользовался. В ходе вооруженных столкновений в городе, которые происходили практически при полном попустительстве милиции, в особенно ее руководства, преимущество противника в численности, организованности довольно быстро начало сказываться и к вечеру 2 мая, столкновения начали развиваться в неблагоприятном для антимайдана направлении. Под давление превосходящего противника, часть активистов начала отступать к лагерю у дома Профсоюзов, где собственно и произошла Одесская Хатынь. Часть людей смутно понимала, что происходит что-то нехорошее и сразу покинули лагерь, который стал целью наступавших бандеровцев. Но ушли не все, часть людей остались, чтобы защитить лагерь или во всяком случай найти укрытие в здании Дома Профсоюзов, полагая, что это все еще драки времен боданий майдана с антимайданом, а не гражданская война, где противников убивают.

 

Силы к этому моменту были однозначно неравны, поэтому лагерь у Дома Профсоюзов был сожжен в считанные минуты, что хорошо показывает системную подготовку именно к такому сценарию развития событий. Далее началось самое страшное. Людей которые пытались спастись в здании, там уже ждали на верхних этажах, ввиду чего укрытие превратилось в ловушку. В уже подожженное здание, начали врываться фашисты и убивать спасающихся людей, тех кто пытался выпрыгивать из окон, избивали и убивали прямо на улице не стесняясь телекамер, запечатлевших происходящее. Крики убиваемых людей разносились над площадью. Это происходило в стране, которая кичилась тем, что она «европейская».

 

Все это происходило на фоне бездействия милиции и пожарных, которые появились на сцене ровно тогда, когда акция устрашения уже прошла. Примерно тогда в сеть попали первые жуткие кадры того, что происходило внутри Дома Профсоюзов, сильно обгоревшие тела людей принявших жуткую смерть, следы крови на стенах и те самые размазанные следы от рук на стекле ставшие одним из символом Одесской Хатыни. Те кто это видел, не могли поверить, что подобное происходит. Многим казалось, что утверждения о фашизме на Украине это миф, пропагандистский фантом. А тут как пелена с глаз упала. На фоне произошедшего, даже отбитый штурм Славянска несколько померк. Сожженные заживо люди, задушенная женщина и торжество озверевших от крови бандеровцев фотографирующихся с трупами и радостно отчитывающиеся по телевизору, что «дело сделано» на фоне аплодирующей биомассы.

 

Разумеется ни о каком государственном расследовании массового убийства говорить не приходилось, так как расследованием фактически занимались те, кто это убийство организовал.

 

Европа в рамках традиционных двойных стандартов эти убийства тоже проигнорировала. На Украине было объявлено, что «люди сами себя сожгли». Позднее по этой же логике будут подаваться обстрелы городов Донбасса — «террористы сами себя обстреливают». Неприкрытый цинизм стал нормой, «хрустящие колорады» стали поводом для шуток «новых европейцев» радостно скакавших вокруг костра, в котором сгорала их страна. Начавшись как протесты против отказа от подписания ничего не значащей бумажки, все вылилось в массовые убийства собственных сограждан, страна погрузилась в коллективное безумие искривленного мира фашизма.

 

Для меня произошедшее не стало само по себе сюрпризом, для меня генезис происходящего стал незадолго до государственного переворота, но с тем, как это произошло, смирится было нельзя и лично для меня, Одесская Хатынь стала еще одним очень веским доводом в пользу того, что текущий режим в Киеве должен быть сменен, потому что дальше будет еще хуже. И собственно предчувствия не обманули, дальше было еще хуже, хотя казалось бы куда уж. Я тогда написал, что 2 мая в Одессе сожгли в первую очередь не одесситов, а саму Украину под радостный гогот нелюдей. Так собственно и произошло. После Одессы, несмотря на целый год различных переговоров и перемирий, три уже отвалившиеся от Украины области и не думают возвращаться, а сожженные люди в Одессе обернулись тысячами гробов с Донбасса, где среди убитых «защитников единой Украины» мы так же видели страшно обгоревшие тела, которые смотрелись как расплата за Одессу. Но главные виновники до сих пор при власти и для них расплата еще не наступила.

 

Сама Одесса была запугана и сейчас живет фактически в режиму внутренней оккупации. Постоянные аресты вперемешку с вылазками подпольщиков, продолжались в течении прошедшего года. Тех кто думал, что если тогда можно отсидеться и происходящее их не касается, начала догонять суровая реальность — уровень жизни начал падать, с Донбасса потянулась вереница гробов, хатаскрайникам начали приходить повестки, где им была уготована роль пушечного мяса, их друзей и знакомых могли спокойно арестовать просто по подозрению в нелояльности. Пытаясь быть вне политики, люди пожали в полной мере плоды этой «аполитичности». Пытаясь убежать от войны, люди сполна сполна «насладились» ее последствиями, хотя в их силах было не допустить ее при активной гражданской позиции. Атомизация общества и потребительское сознание в итоге создали достаточную почву для того, чтобы фашизм восторжествовал и смог приступить к открытому террору. Люди просто не поняли, что издержки протестов весной 2014 года будут намного меньше той цены, которую заплатит Украина за время пребывания хунты при власти. Эта цена уже исчисляется десятками тысяч жизней. И как показал прошедший год эта цена будет страшной. Осознание этого рано или поздно придет, но жертв украинской трагедии это уже не вернет, как не вернет уже и жизни тех, кто сложил свои головы в горниле Одесской Хатыни.

 

 

Может быть, я пробудил бы в вас ненависть. Но не это нам сейчас нужно. Нам нужно ясное понимание преступности фашизма и того, как с ним бороться. Мы должны понять, что эти убийства — всего лишь жесты бандита, опасного бандита — фашизма. А усмирить бандита можно только одним способом — крепко побив его.

(с) Хемингуэй

 

 

Colonel Cassad

 

Метки по теме: ;


Комментировать \ Comments
bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1