Не вижу причин молчать, когда происходит массовое убийство. Захар Прилепин

   Дата публикации: 03 апреля 2015, 08:55

Автор одного из главных романов прошлого года «Обитель» недавно представил свою новую книгу — «Не чужая смута. Один день — один год». Это объёмный публицистический сборник, посвящённый конфликту на Украине. В него вошли эссе, репортажи, очерки из поездок… Большая часть из них наверняка вызовет широкую полемику.

 

0414d7eec094ecfb6822c55450b6c83b

 

Не могу молчать!

Сергей Грачёв, «АиФ»: Захар, в условиях полной неразберихи, когда невозможно понять, где правда, а где ложь, у определённой аудитории может возникнуть ощущение, что ваш сборник — этакая заказуха, «кремлёвская пропаганда»…

 

Захар Прилепин: Нужно быть совсем «слепым» читателем, чтобы не заметить, насколько страстно моё человеческое и душевное участие в описаниях и рассуждениях о происходящем. Это, видимо, у людей, которые задаются во­просами о «заказухе», проблемы… Проблемы с их грубо-материалистической картиной мира. Безумцев много и с одной, и с другой стороны баррикад. И пытаться с каждым спорить, что-то доказывать — глупо.

 

— Вы действительно настолько эмоционально и сопереживательно рассказываете об украинских событиях, что, опять же, задумываешься: а зачем вы это делаете?

 

— Сейчас исторические процессы обнажены настолько, что напоминают открытый перелом — когда можно разглядеть все косточки, вены, сухожилия. В какой-то момент нынешние российско-украинские события я стал воспринимать в контексте всей русской истории. Эти события созвучны, например, не только 90-м годам ХХ века или революции 1917 года, но и истории петровских времён, периоду Смутного времени, древнерусским событиям. У меня возникло ощущение, что это какой-то до боли знакомый «мотив», который надо только постараться вспомнить. Вот это я и попытался нащупать, услышать и сформулировать.

 

У нас огромное количество литераторов, в том числе патриотического толка, которые поддерживают события в Донбассе, но при этом молчат, как воды в рот набрали. Многих из них я знаю лично, они хорошие ребята, но выбрали для себя позицию «лучше промолчать». Почему? Может, опасаются каких-то неприятностей, а может, просто морально не готовы. Но лично я не вижу никаких причин молчать в то время, когда происходит массовое убийство людей.

 

— У вас звучит мысль о том, что у российской истории нет «прогресса». Что история страны движется по спирали, что Россия загружена в некую фатальную «карусель». Зачем об этом в сотый раз говорить?

 

— (Задумывается.) Сложно говорить о таких вещах в двух словах… Если со­всем просто, то стоит начать с того, что исследователи древнерусской литературы многократно и в разных формах обращали внимание, что в этой самой русской древней литературе понятие «прогресс» отсутствовало в принципе. Так или иначе, но это обстоятельство наложило определённый отпечаток на наше восприятие мира, исторических процессов на ментальном уровне. Безусловно, в каких-то вещах Россия вполне находится в контексте мировых тенденций. Есть определённые виды и типы прогресса на самых разных социальных уровнях. Но в целом наше национальное мышление не прогрессивное! И, как ни парадоксально это прозвучит, это обстоятельство спасает нас от той ситуации, в которой оказалась европейская цивилизация.

 

— Вы о чём?

 

— Я о том, что в Европе рушатся традиционные институты семьи, другие государственные институты. О том, что через несколько десятилетий или пусть даже через столетие те же Франция, Испания, Англия просто перестанут существовать в их нынешнем виде — просто будут замещены масштабным восточным вливанием. Вот и всё! И то, что Россия в подобных проблемах далека от «прогресса», — это безусловно благо. Но это не единственный пример…

 

По поводу цикличности российской истории многие качают головой: ну вот, мол, ходим по одному и тому же кругу — сколько можно?! А я лично не вижу никаких особых причин печалиться по этому поводу! Ну, ходим и ходим! Что такого?! Это далеко не самый худший круг на свете!

 

Не надо учить!

 

— Захар, а вам не кажется, что круг этот порочный?

 

— С чего вы взяли? Порочность круга выявляется только тогда, когда нация, народ перестают существовать. Вы сейчас говорите о порочности одной из древнейших цивилизаций мира! Посмотрите на карту Х века! На ней нанесено не более пяти европейских государств, которые существуют до сегодняшнего дня! Все остальные страны как появлялись, так и исчезали! Значит, в их круге истории было что-то куда более порочное, чем то, о чём пытаетесь говорить вы. История и Господь Бог лишили их присутствия на Земле. Говорить о каком-то порочном круге России с её колоссальным культурным, историческим наследием — это, по крайней мере, недальновидно. Я ещё как-то понимаю, если бы нам что-то советовала китайская цивилизация… Но когда нас учат жить страны, которые появились на карте мира «поза­вчера», как, например, Бельгия, я испытываю странные и противоречивые чувства.

 

— Вы произнесли важное слово — «существовать». Можно веками сохранять своё единство, культуру, но, извините, опять возникают избитые вопросы: почему русский человек веками вынужден выживать, а не жить?!

 

— Вы какие-то умозрительные вещи произносите, которые к действительности не имеют никакого отношения. Вот вы про себя лично можете сказать, что существуете, а не живёте?

 

— Речь не обо мне! Я говорю об огромной массе населения и провоцирую вас, в конце концов…

 

— Я понимаю, что провоцируете! Скажу так: я вдоль и поперёк изъездил весь мир и могу уверенно сказать, что разительных условий существования в жизни грека ли, испанца ли, португальца, француза или русского человека не заметил. При всей внимательности к деталям не возникло у меня ощущения, что там, за кордоном, люди живут полной жизнью и наслаждениями, а мы лишь выживаем. Мир живёт одними и теми же проблемами. Люди болеют, умирают, воруют, убивают, берут взятки, прозябают в нищете…

 

Ну давайте опять вернёмся к истории, когда не было никакого Интернета. Опять же, со слов либералов, русские жили намного несчастнее, чем, например, коренные австралийцы. Ну тогда объясните: как народ, а мы говорим про русский народ, пребывая в состоянии нищеты и полной деградации, создал великую культуру?

 

Есть страны, где уровень жизни чуть лучше, чуть хуже… В Финляндии или Швейцарии, например, лучше, чем у нас, по уровню жизни. И пособия, и ­зарплаты хорошие… Ну поезжайте жить туда! Но там же можно удавиться от скуки! Там ничего не происходит! Это страны, которые находятся в моём понимании за пределами того, что я называю исторической жизнью. Лично мне гораздо интереснее жить в России…

 

Сергей Грачев, «АиФ»

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1