А теперь они вас будут убивать. Юрий Алексеев

   Дата публикации: 11 марта 2015, 16:47

Письмо донецкому другу

 

Написал этот текст две недели назад. Раз пять заносил руку — опубликовать. Но останавливался… А вдруг ошибаюсь? А вдруг обойдется? Не обошлось.

 

Дата публикации: 05.05.2014

 

А теперь они вас будут убивать. Юрий Алексеев

 

Справочка: мой кореш Серега имеет в Донецке небольшой бизнес. Не жирует, много работает, к распилу бюджета не приближен. Его жизненное кредо: «Ребята, давайте жить дружно». С Серегой мы ведем многолетний спор. Я ему рассказываю, что будет на Украине дальше, он мне стандартно отвечает — «Юрка, не каркай, не все так плохо», а потом удивляется — «Откуда ты знал?» Объясняю.

 

 

Латвия — это Украина в миниатюре

 

Вернее так: Латвия — это западная Украина в миниатюре. Историческая судьба латышей близка к западенской. Сотни лет ходили они из-под одного хозяина под другого в качестве слуг. Свою государственность получили только в 20-м веке, причем не в результате всенародной борьбы, а в виде подарка. У обоих народов — «родовая травма». У обоих — комплекс неполноценности.

 

В военное время и западенцы, и латыши дали гитлеровским оккупантам изрядное количество карательных батальонов, изничтожавших жидов, цыган, москалей, белорусов, поляков с таким усердием, что даже самих гитлеровцев передергивало. Оба народа пытались выслужить у Гитлера «независимость», оба получили гробы и бесславие.

 

В послевоенное время, не знаю почему, руководство СССР активно принялось строить там высокотехнологичную промышленность. Причем синхронно: в Латвии — «Радиотехнику», во Львове — «Электрон», в Латвии — РАФ, во Львове — ЛАЗ, в Латвии — Ригасельмаш, во Львове — Львовсельмаш и т.д.

 

В постсоветское время западенцы и латыши с песнями и танцами распилили эту промышленность на металлолом, продали и проели. А потом оба народа занялись украинизацией/латышизацией своих русских и переписыванием истории. В Латвии народными героями стали легионеры СС, на львовщине — бандеровцы. У обоих народов в государственном строительстве активное участие приняли потомки эсэсовцев-эмигрантов. Злые и продажные.

 

В чем разница: Латвия не простирается далее 200 км от столицы. А граница Украины — о-го-го где от Львова. Латыши уперлись быстро, а западенцам было куда ползти аж 20 лет. Еще разница: микроскопическую Латвию в докризисные годы успел скушать Евросоюз, а Украина зависла где-то между СССР и «Государством Великих Укров».

 

К чему все эти параллели? А к тому, что Латвия идет на 10-12 лет впереди Украины по части постсоветской деградации. И многие процессы на Украине повторяют пройденное латышами. Вот оттуда и мое предвидение украинского будущего.

 

 

Бандеровское выражение лица

 

10 лет назад, глядя на первый киевский Майдан, я написал своему другу: «Сначала ваши «оранжевые» перегрызутся за кресла и бабки, потом начнут поход на русский язык, потом станут переписывать учебники истории, и наконец, сделают народным героем какого-нибудь Бандеру… А на следующих выборах опять победит Янукович…»

 

«Да ты шо! — взвился Серега, — русский язык они тронуть не посмеют, на нем полстраны говорит, про Бандеру ты глупо юморишь, а Янукович — политический труп, о нем через 5 лет никто не вспомнит!»… Хе-хе, каждый раз, когда мое пророчество сбывалось, я звонил Сереге в Донецк и язвительно спрашивал: «Н-ну?»

 

А дело в том, что в Латвии мы это все проходили. Разница: наш песенный майдан случился в момент распада Союза. А дальше пошло по классическому сценарию: грызня «демократов», наезд на русский язык, героизация латышских эсэсовцев… А через 5 лет во власти угнездились профессиональные воры и разграбили все, что еще уцелело.

 

Прошлой осенью, когда со сцены Майдана-2 только начали орать про «евроинтеграцию», я написал Сереге: ой, будет кровь. «Откуда кровь? — удивился Серега, — поорут и разойдутся». А мне было достаточно глянуть в лица тех, кто скакал на Майдане, чтобы понять — кровь обязательно будет.

 

Объясняю: 10 лет назад правительство Латвии решило перевести все русские школы на латышский язык. То есть русским марьиваннам предписали законом вести свои уроки исключительно на латышском языке. Прикиньте: школа — русская, дети — русские, преподаватели — русские, а русский язык на уроках типа запрещен.

 

Мы вышли на демонстрации. Верите ли, дорогие украинцы, мы ни одной покрышки не сожгли. Просто показали, что МЫ — против, и нас — много. Я тогда внимательно вглядывался в лица молодых латышей… Так вот, они смотрели на нас именно такими «слава-украинскими» «москаляку-на-гилякскими» глазами, как ваши майданутые смотрят на вас. Злыми, пустыми и с нескрываемым превосходством. Мы для них — «быдло», «колорады», «ватники»… Как и вы для западенцев.

 

Крови тогда в Латвии не пролилось. Страна как раз вступала в Евросоюз, власти испугались ненужного шума и пошли на компромисс. Но это «эсэсовско-бандеровско-майданное» выражение лиц латышской молодежи я запомнил хорошо. Через пару лет в соседней Эстонии сносили памятник советскому солдату. Именно с таким выражением лица молодые эстонские полицейские месили дубинками протестующих русских. С удовольствием месили, по-эсэсовски! А эстонская молодежь рукоплескала в интернете.

 

Мой отец Георгий Васильевич Алексеев прошел войну минометчиком от Днепра до Берлина. Два ордена, шесть медалей, четыре ранения и — ни одного седого волоса. После войны, подучившись, стал работать следователем по военным преступлениям. Разбирал «подвиги» бандеровцев и латышских полицейских батальонов… К 30 годам поседел.

 

Об одном горько жалел мой папка — что не всех карателей успел подвести под суд. В начале 1950-х гуманная советская власть решила так: тех, кто по плечи в крови — все-таки судить, а тех, кто только по локоть — отпустить с миром. А зря! На земле, где от нацистов погибло 20 миллионов народу, в нацизм нужно забивать осиновый кол до упора. Чтобы потомки нацистов до седьмого колена при одних только словах «Бандера», «Шухевич» и «Нации слава!»  непроизвольно мочились в штаны… Не забили кол — вот и имеем, что имеем.

 

 

Есть такая национальность — олигарх

 

Я своему Сереге как-то изложил эти соображения. «Опять обостряешь, — вздохнул он. Какие бандеровцы? Мальчишки! К тому же их еврей Коломойский спонсирует. Он же не станет нацистов спонсировать».

 

Так в том-то и беда, старик! Нацисты, в отличие от нас, воюют не за идею (идея — для оправдания методов), их интерес — шкурный. Гитлеровские солдаты, когда шли на нас, не о «великой миссии арийской расы» размышляли. Они грелись мыслишкой, что после войны получат фермочку в российском Черноземье и пару десятков исполнительных славянских рабов…

 

Коломойский — не еврей, он — олигарх (есть такая отдельная национальность). Мы в Латвии это проходили в 90-х, когда партии латышских нацистов с идеологией вашего «Правого сектора» спонсировали именно наши олигархи. Одной рукой давали деньги на памятники жертвам Холокоста, а другой — наследникам тех, кто этот Холокост проводил. Последним — больше.

 

Мы и тут опередили вас по времени. Латвия — маленькая, ее активы, накопленные во времена СССР, разворовали быстро. А на Украине «ништяки» закончились только сейчас. Не думай, Серега, что «черные человечки» Яроша-Коломойского пришли к вам за «федеративность Украины» и «статус русского языка» дискутировать. Они пришли поживиться. Коломойские — по крупному, их «мясо» — по мелкому.

 

Кстати, про русский язык. Я сейчас слышу выступления ваших депутатов с трибуны Рады типа «один народ — один язык», «сохраним великую украинскую культуру» и прочее… Точно так же вещали депутаты нашего Сейма в 90-х. Но один из них, бывший легионер СС (зажился на этом свете старичок), проговорился: «Нам не нужно, чтобы вы знали наш язык, нам нужно, чтобы вы знали свое место». Это и к тебе относится, Серега.

 

 

У вас нет выбора, мужики

 

Дальше мне прогнозировать судьбу Украины труднее. В 2004-м Латвия вступила в ЕС, открылся Шенген, и ее прыщавые нацистские детки потихоньку рассосались по просторам Европы. Основной контингент латышских «правосеков» сейчас находится там, где ему и положено — моет сортиры в европейских забегаловках. А наши коломойские, убедившись, что красть уже нечего, пишут мемуары в особнячках на берегу моря. Из почти трехмиллионной развитой страны Латвия превратилась в пенсионерское захолустье с населением меньше 2 млн. Доживаем потихоньку…

 

У вас ситуация — хуже. Шенген вам в этой жизни не светит. Украинские 45 миллионов голодного народу Европе нужны разве что в качестве доноров на органы. Потому придется вам и дальше вариться в одной кастрюле с ярошами, парубиями, коломойскими, турчиновыми, порошенками и тимошенками. И что самое поганое: украинские нацисты уже перешли точку невозврата, им отступать некуда. У них сзади — тюрьма. Значит, они вас будут убивать. Или вы — их…

 

Вот такую статью я написал, когда до стрельбы в Славянске и адского огня в Одессе было еще две недели. Публиковать боялся, печатное слово имеет свойство материализовываться. Но другу Сереге отослал. На этот раз он мне не ответил обычным «Юрка, не сгущай краски». Сказал, что семью отправил в Краснодар к теще, а сам купил бронежилет и ящик картечи для своего охотничьего ружья…

 

Держись, Серега!

 

Юрий Алексеев

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1