Горе побеждённым! Евгений Попов

   Дата публикации: 25 декабря 2014, 22:09

Различные враги и горе – провидцы истории Российского Государства не раз предрекали ему гибель в краткосрочной исторической перспективе и, в силу этого неправильного посыла, терпели поражения от него, вплоть до исчезновения собственных государств. Я не буду останавливаться на истериках нынешних российских либерастов, защитников прав человеков (только не русских, судя по их действиям и риторике), просто иностранных пропагандистов, а просто покажу, к чему приводила неправильная или предательская политика элиты погибших государств. Я не ставлю своей целью показать чью – то правоту в тогдашних конфликтах, это уже разжёвано и разъяснено историками и моё мнение ничего, в принципе, не изменит, да и цель статьи в этом не состоит.

 

Novorossia

 

Чтобы не раздувать количество строк до неприемлемого количества, остановлюсь на материалах истории, которые изучали все читатели в 5 и последующих классах средней школы, по крайней мере, прослушали вполуха.

 

Начнём с Ассирии… около 660 г. до Р.Х. Ассирия находилась на высоте своего могущества; если она и утеряла некоторые районы, которыми владели предыдущие цари, то она захватила Египет, одно из сильнейших и древнейших даже в ту эпоху государств. Но, начиная с этого времени, нарастают события, которые затем привели Ассирию к быстрой гибели.

 

В пределах Ассирийской державы не было недостатка в людях, желавших её уничтожения. Народы Передней Азии считали своими главными врагами ассирийскую знать (включавшую должностных лиц администрации и высшее жречество), военщину и городских купцов — маленькую группу людей, наживших неслыханные по масштабам того времени богатства и эксплуатировавших в своих интересах всё остальное население Ближнего Востока. Весь Восток жил мечтой о гибели Ассирии — «логовища львов» и надеждой на падение Ниневии — «города крови». В этом сходились и представители окраинных, ещё не покорённых племён, и переселённые на новые земли пленные, и эксплуатируемые общинники, и представители рабовладельческих кругов за пределами собственно Ассирии. В то же время внутри привилегированной верхушки ассирийских рабовладельцев шла постоянная внутренняя борьба между военной и служилой знатью, с одной стороны, и рабовладельческой знатью храмов и городов с другой.

 

Широкие народные массы — земледельцы, ремесленники и рабы ещё не выступали в качестве самостоятельной политической силы, их классовая борьба проявлялась пока в бегстве от хозяев, убийствах отдельных рабовладельцев. Но эти массы представляли собой огромную скрытую силу, которая могла прийти в движение в случае военного поражения или ослабления государственной власти.

 

При таких условиях речь может идти не столько о том, почему погибла Ассирийская держава, сколько о том, что позволяло ей сравнительно долго продолжать своё существование. Причиной этого было главным образом отсутствие необходимого единства и достаточных военных сил у её противников.

 

Однако постоянные военные успехи Ассирии вели к тому, что внешняя опасность стала недооцениваться господствующим классом, в то время как раздоры между его отдельными группировками усилились. Что касается ассирийской армии, то, хотя нет данных о том, чтобы Ассирия стала прибегать к наёмным войскам, однако так или иначе эта армия была переполнена чужеродными элементами, навербованными из среды всевозможных покорённых народов. Возможность наживаться во время походов (особенно в период военных успехов Ассирии) превращала значительную часть этих воинов в послушное орудие ассирийских рабовладельцев, но, в конце концов, враждебные настроения населения в целом не могли не сказываться и на армии, не могли не подрывать её боеспособности. Положение Ассирии резко ухудшилось, когда против неё сложилась мощная коалиция в составе Вавилонии и Мидии. Неясно, впрочем, был ли союз между ними заключён с самого начала или он оформился лишь в ходе самой войны.

 

В течение 616—615гг. до Р.Х. военные действия между ассирийцами и вавилонянами шли с переменным успехом. В ноябре 615 г. мидяне, воспользовавшись тем, что основные силы ассирийцев действовали против Вавилонии, прорвались в Ассирию. Это было началом конца. Преследуя отступавших в панике ассирийцев, они достигли её старой столицы, Ашшура. Город был взят штурмом, и подвергнут разграблению. Но и после падения Ашшура ассирийцы ещё не теряли надежды. В 613 г. до Р.Х. они сумели нанести поражение своим противникам. Однако дни Ассирии были сочтены. Весной 612г. объединённые войска Мидии и Вавилона двинулись на Ниневию. Осада продолжалась с мая по конец июля. Несмотря на ожесточённое сопротивление ассирийцев, Ниневия была взята, и ассирийская знать, попавшая в руки победителей, вырезана. Так окончилось существование Ассирийской державы. С этого времени Ассирия больше никогда не играла никакой политической роли. Немногочисленные потомки ассирийцев продолжали жить на тех же местах, но родной их язык (ассирийский), с которым уже и раньше успешно соперничал широко распространённый в Ассирийской державе арамейский, был теперь полностью им вытеснен. Ассирийцы влились в общую массу арамеев.

 

Вторым историческим примером сокрушительного поражения и гибели и государства и народа приведу в пример войны, которая шли более столетия, с 264 по 146 годы до Р.Х. и закончилась полным уничтожением одной из сторон. Это три войны Рима с Карфагеном, т.н. Пунические войны. Как мне пришлось убедиться, практически никто не знает, почему они так называются.

 

Пуны, пунийцы – »мстители», так называли римляне карфагенян. Якобы, когда легендарный предок римлян, Эней, тайком покинул полюбившую его Дидону [Дидона – Доблестная, так римляне называли Элиссу, основательницу Карфагена], она поклялась отомстить не только ему, но и всем его потомкам, т.е. римлянам. Этой легендой, приведенной римским поэтом Вергилием, римляне обосновывали свое право на “защиту” от карфагенян и справедливость Пунических войн.

 

Правда, я совсем не уверен, что сами карфагеняне знали древнеримские мифы и легенды, но идеологическое обоснование для малообразованного римского плебса было, и оно ничем не хуже »Завещания Петра Великого» (создано для солдат и офицеров оккупационной армии Наполеона в России), “Синопсиса” (и написано и выпущено малороссами в Киеве в Киево — Могилянской коллегии в 1674 г., второе издание, тоже киевское, вышло в 1678 г., третье киевское издание в 1680 г.) которым обосновывают свою борьбу против России и русских “щирые” украинские нацисты “пiд трiзубом и жовто – блакытным прапором”. Не касаясь перипетий первых двух проигранных войн с Римом, сразу перейдём к последней — третьей.

 

Ведь даже проиграв две войны и согласившись на самые унизительные условия капитуляции (самым главным было требование не начинать ни с кем войну без разрешения Сената Рима) Карфаген, сумел быстро оправиться и вскоре вновь стал одним из богатейших городов. В Риме к тому времени торговля тоже стала существенной отраслью экономики, конкуренция Карфагена сильно мешала её развитию. Большое беспокойство вызывало также его быстрое экономическое восстановление. Марк Катон, бывший во главе одной из комиссий, расследовавших споры Карфагена, сумел убедить большую часть сената, что он всё ещё представляет опасность (как сильно напоминает нынешнюю пропагандистскую риторику о России). Вопрос о начале войны был решён, но необходимо было найти удобный повод. Такой повод был спровоцирован.

 

Царь, соседнего Нумидийского царства, Массинисса постоянно нападал на карфагенские владения; поняв, что Рим всегда поддерживает противников Карфагена, он перешёл к прямым захватам. Все жалобы карфагенян игнорировались или решались в пользу Нумидии. Наконец, карфагеняне были вынуждены дать ему прямой военный отпор. Рим незамедлительно предъявил претензии в связи с началом боевых действий без разрешения. К Карфагену прибыла римская армия. Испуганные карфагеняне просили мира, римский консул потребовал отдать всё оружие, затем потребовал, чтобы Карфаген был разрушен и чтобы новый город был основан вдали от моря. Попросив месяц на обдумывание, карфагеняне приготовились к войне. Так началась III пуническая война. Город был хорошо укреплён, поэтому захватить его удалось только через 3 года трудной осады и тяжёлых боевых действий

 

Даже когда штурмом город был взят, то борьба далеко еще не окончилась. Римлянам приходилось штурмом брать один за другим громадные дома, достигавшие высоты 6 этажей. По крышам или по балкам, перекинутым через улицы, солдаты переходили из одного здания-крепости в другое, соседнее, или стоявшее на другой стороне улицы и убивали всех, кто попадался им под руку. Так прошло шесть дней. Это были ужасные дни для жителей города, но и римлянам пришлось преодолеть немало трудностей и опасностей. Наконец, римляне добрались до крутой скалы, где находилась крепость, в которой укрылись остатки армии карфагенян. Чтобы расширить подступы к стенам крепости, Сципион приказал поджечь взятые с боем улицы и дома и расчистить улицы от мусора. При этом погибло множество мирного населения, укрывшегося в домах. Только тогда, наконец, последние карфагеняне, скучившиеся в крепости, стали просить о пощаде. Им было обещано лишь сохранить жизнь; перед победителем предстали 30 000 мужчин и 25 000 женщин, это не составляло и десятой доли прежнего населения города

 

Только 900 римских перебежчиков и карфагенский главнокомандующий Гасдрубал с женой и двумя детьми укрылись в храме бога-целителя, хотя для дезертиров и там, у алтаря, не могло быть пощады. Но когда, изнемогая от голода и жажды, перебежчики сами подожгли осаждённый храм, у Гасдрубала не хватило мужества погибнуть в огне, он один выбежал из горящего здания и на коленях молил римлян пощадить его жизнь. Ему была дарована эта милость. Жена Гасдрубала, стоя со своими детьми среди других на крыше храма увидела Гасдрубала у ног Сципиона, мужественное сердце патриотки возмутилось при виде унижения погибающей родины; язвительно прокричав супругу беречь свою жизнь, столкнула в огонь своих сыновей, и затем сама бросилась в пламя.

 

Карфаген был полностью разрушен, из 500 000 населения 50 000 (согласно сообщению Орозия 55 000) были взяты в плен и стали рабами. Все движимое имущество, за исключением золота, серебра и даров, пожертвованных в храмы, было отдано на разграбление солдатам. Из сокровищ храма сицилийским городам была возвращена добыча, вывезенная в Карфаген во время его могущества. Остальное досталось римскому государству. Сенат приказал сравнять с землей город Карфаген, предместье Магалию и все города, до последних мгновений его существования стоявшие на стороне Карфагена; чтобы положить конец даже юридическому существованию города, сенат распорядился пройти плугом по всей занимаемой им территории, посыпать солью и предать это место вечному проклятью, дабы на нём никогда не появились ни дома, ни пашни.

 

Только самые знатные карфагеняне — Вифий и Гасдрубал — были в качестве государственных пленников интернированы в Италии.

 

Литература Карфагена была уничтожена, за исключением трактата о сельском хозяйстве, написанного Магоном. На территории Карфагена была создана римская провинция. Карфагеняне, как языковая и культурная общность, исчезли с исторической арены навсегда.

 

Рассмотрим уже более близкую к нам эпоху: массовые депортации немцев после 1945 г

 

Окончание Второй мировой войны имело своим итогом, в том числе, массовые депортации немецкого населения, которые имели два основных направления: внешняя – выселение немцев с тех территорий Третьего Рейха, которые отходили другим странам (Польше, СССР, Чехословакии, Югославии), а также перемещение в Германию этнических немцев из государств бывших союзников Германии (Венгрии, Румынии). Внутренняя – насильственное переселение немцев внутри страны (СССР и частично Румыния).

 

На протяжении достаточно длительного времени большинством историков эти события достаточно односторонне оценивались как справедливая мера возмездия и наказания немцев (немецкие этнические меньшинства в «странах народной демократии» квалифицировали как пятую колонну нацистов). При этом обходились вниманием вопросы масштабов депортаций и степень виновности тех лиц, что ей подвергались.

 

Из стран народной демократии было депортировано подавляющее большинство этнических немцев (а из ЧСР – еще и венгры, о чём ниже). Если быть справедливыми, то следует признать, что на период окончания Второй мировой войны были исчерпаны все возможности для дальнейшего мирного сосуществования немцев и основных народов этих государств. Поэтому депортация была, наверное, единственно возможным решением проблемы (если не принимать в расчет возможность геноцида, так в Советском Союзе по тем же причинам, т.е. нежелания уничтожения практически всего мужского населения, дезертировавшего из РККА и сотрудничавшего с оккупантами, было произведено выселение татар из Тавриды). Однако насколько справедливым было такое решение? Вместе всмотримся в цифры. С германских территорий, отходивших восстанавливаемой Польской республике(Силезия) и СССР (Восточная Пруссия) после 1945 г. было депортировано в пределах 8 миллионов немцев (данные разных авторов колеблются от 6 до 9 млн. чел.). За годы войны нацисты по самым мрачным подсчетам депортировали и уничтожили на территории Польши около 6 млн. человек (некоторые авторы останавливаются на цифре 4,5 млн.). Таким образом, за более чем 5 лет господства нацисты депортировали и уничтожили в Польше как минимум на 2 — 4 млн. человек меньше, чем победители за куда более короткий срок после 1945 года.

 

Еще один пример: в 1945-1946 годах с территории Чехословакии было депортировано более 3-х млн. немцев, в то время как, за предыдущие шесть с лишним лет гитлеровцы уничтожили от 35 до 55 тыс. чехов и 77297 евреев. Таким образом, масштабы депортаций немецкого населения неправомерно больше превышали масштабы репрессий со стороны нацистов. В этом отношение отмечу определенное сходство сталинских насильственных переселений в СССР и депортаций немцев из Восточной Европы после 1945 года, и там и тут, правящие режимы стремились избавиться от неблагонадежных граждан другой национальности. На тот период времени это, может быть, было и оправдано, но насколько это было справедливо? Ведь среди депортируемых немцев число явных сторонников нацистского режима было невелико (депортировали и антифашистов!). Более того, большинство мужского населения было призвано в армию. Так что депортации подвергались преимущественно женщины, дети, старики, больные.

 

В начале 1990-х гг. в СССР была признана незаконность насильственного выселения немцев Поволжья в 1941 году, им разрешено было селиться всюду или выехать из страны.

 

Что касается депортаций немцев из «восточных территорий», ЧСР и других стран, то здесь всё сложнее, они формально осуществлялись на законных основаниях: решениях Потсдамской конференции стран — победителей. Поэтому непредвзятому автору неизбежно приходится сталкиваться с проблемой политической оценки этих событий. Большинство из них оказалось на территории Западной Германии (ФРГ), хотя какая – то часть оказалась и в ГДР: только из ЧСР в последнюю выехало чуть менее 1 млн. судето – немецких переселенцев. Споры об этом уже много лет идут, как в Германии, так и в тех странах, откуда были депортированы немцы. В частности, в Чехии идет дискуссия о так называемых преступлениях депортации, которые чешская сторона отказывается признать. С другой стороны, такие страны, как Словакия, Словения, Эстония признали незаконность депортаций немцев со своих территорий.

 

Вот мы и рассмотрим проблему самого большой депортации (в процентном отношении к населению страны) комплексно.

 

С самого начала Второй мировой Бенеш мечтал о послевоенной тотальной зачистке Чехословацкой Республики (ЧСР) от национальных меньшинств. В 1943 году в Москве он передал советскому наркомату иностранных дел записку «О выселении части населения Чехословакии». В ней предусматривалось, что в стране не останется ни одного населенного пункта, «где бы чехи и словаки не составляли 67% населения».

 

В 1944 году, едва ступив на освобожденную землю Словакии, он заявил: «Наше государство будет национальным государством чехов и словаков — и никого другого!» Наконец, в речи 9 мая 1945 года Бенеш заявил: «После войны у меньшинств не будет никаких прав. Вслед за наказанием всех виновных из нашей страны должно уйти подавляющее большинство немцев и венгров».

 

Вернувшись из Лондона, президент Бенеш 2 августа 1945 года подписал первый временный декрет, который лишал гражданства всех судетских немцев. В 1946 году декреты стали законами. Собственность всех судетских немцев конфисковали, а их самих выслали, хотя фактически депортация началась ещё до распоряжения Бенеша. Число погибших при депортациях колеблется от 30 тысяч (по оценке чешской стороны) до четверти миллиона (по подсчетам организаций судетских немцев). Как считают некоторые современные чешские авторы: Бенеша и других лидеров Чехословакии в 1945-м можно понять. Это решение принималось после войны. Чехи боялись, что если немцы останутся, кровопролитие может возобновиться. Они боялись нового предательства со стороны немцев — и их можно понять… хотя с современной точки зрения можно сказать, что это было плохое решение. С судетскими немцами было все понятно: их симпатии к гитлеровской Германии стали фактором, который позволил нацистам в 1938 году расчленить Чехословакию. Но вот словацкие венгры были в массе своей лояльны республике. А коммунистическая партия Чехословакии, например, до войны имела гораздо большее влияние у венгров (среди которых было много рабочих), чем среди словаков.

 

Сам Бенеш в своих воспоминаниях признавал: «Против меня стоял внутренний фронт, так называемое движение судетских немцев, затем фронт словаков». Вообще – то, если быть исторически беспристрастными, именно словаки, объявив в марте 1939 года о независимости, уничтожили Чехословацкую Республику. На следующий день гитлеровцы оккупировали Чехию.

 

Но Бенеш не мог по политическим причинам возложить вину за крах первой Чехословацкой республики на словаков, ведь страна вторично стала опять именоваться Чехословакия. Это означало бы признать неудавшимся весь эксперимент с 1918 по 1939 гг. по построению новой нации (это будет сделано только в 1992–м, когда Чехия и Словакия вновь окончательно разойдутся). Поэтому в Словакии по идеологическим причинам на роль козлов отпущения были выбраны венгры. Еврейская карта тут не годились по одной причине — все чехословацкие евреи были уничтожены.

 

Кстати, единственным членом парламента Словакии, голосовавшим в 1942 году против депортации евреев в нацистские лагеря, был… председатель Венгерской партии Словакии Янош Эстерхази. «Мне стыдно за руководство страны, считающее себя благочестивыми католиками», — заявил он тогда. В 1944 году Эстерхази спас сотни евреев, чехов, словаков и поляков. За это он был объявлен гестапо в розыск.

 

Все это не помешало благодарным чехам в апреле 1945 года арестовать графа в Словакии. Эстерхази был приговорен к пожизненному заключению и умер в тюрьме в 1957 году.

 

Чехословацкое руководство начало «зачистку» территории Словакии. 3 мая 1945 года в Братиславе начались облавы на венгров, которых направляли в концлагеря с формулировкой «по соображениям национальной безопасности». Туда же депортировали немногих выживших евреев, которые были зарегистрированы как «говорящие на венгерском». Разговаривать на венгерском в общественных местах запрещалось под страхом увольнения с работы, а то и ареста.

 

Наконец, 2 августа 1945 года следует декрет № 33. Бенеш полагал, что, имея за собой поддержку СССР, может творить все что угодно — знакомая ситуация, не так ли? Прекращалось членство венгров даже в компартии Чехословакии. Венгерские школы и газеты закрывались, священников увольняли, все службы отныне вели «только на государственных языках». Дошло до того, что неграждане, как евреи в годы нацистской оккупации, должны были носить отличительный знак — белую повязку на рукаве.

 

Стоит напомнить, как вообще венгры появились в Чехословакии. Когда в 1918 году в Версале державы – победительницы Первой мировой кроили новые границы, основатель первой Чехословацкой Республики Томаш Масарик заявил: границу нельзя проводить по этническому принципу, потому что на юге Словакии живут никакие не венгры. А кто же? Вот же данные переписи! А их Будапешт сфальсифицировал, — отвечал он. Там живут «мадьяризированные словаки», мы их обратно «ословачим». В итоге Чехословакии достался даже Прессбург — нынешняя Братислава, в которой в 1918 году насчитывалось 15% словаков, а остальные — немцы, венгры, евреи (как тут не вспомнить Лемберг – Львов на Украине).

 

Я мог бы и дальше перечислять «демократические» действия в нынешних странах НАТО по наведению правильного национального строительства, но…нельзя объять необъятное. Спрошу только, что ждёт русских на Украине, в Тавриде, после предложений либерастов в сфере национальной политики? Что будет с малороссами и русскими людьми в Новороссии? Смотрите текст выше…

 

Евгений Попов

 


Комментировать \ Comments
bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1